Книги в жанре «Романы о неверности»
– Лад, давай без соплей.
– Ты изменяешь. Эта рыжая беременна…
– Её зовут Ксюша, – отрезает муж. – И она родит мне настоящего ребёнка. Моего. А не пробирочного. Потому что я здоровый мужик! А ты меня только химией пичкала.
– Мы вместе десять лет, – сглатываю. – Я ждала тебя из командировок. Я родила тебе сына…
– Да не мой это ребёнок! – муж ударяет по рулю. – Его отец – какой-то левый мужик, который надул в медицинскую банку! И вообще… Ты мне надоела. Задолбала!
Он тянет руку и отстёгивает мой ремень безопасности.
– Пошла вон! – рявкает.
– Валер… – сердце колотится, как бешеное.
– Попробуй одна, – усмехается зло. – Без меня. А твой сын… мне нахлебники не нужны. В детский дом сдам.
Муж выталкивает меня из машины.
Поддаёт газу, виляет за поворот и исчезает.
Лес обступает со всех сторон.
А над моей головой летит беспилотник…
– Ты изменяешь. Эта рыжая беременна…
– Её зовут Ксюша, – отрезает муж. – И она родит мне настоящего ребёнка. Моего. А не пробирочного. Потому что я здоровый мужик! А ты меня только химией пичкала.
– Мы вместе десять лет, – сглатываю. – Я ждала тебя из командировок. Я родила тебе сына…
– Да не мой это ребёнок! – муж ударяет по рулю. – Его отец – какой-то левый мужик, который надул в медицинскую банку! И вообще… Ты мне надоела. Задолбала!
Он тянет руку и отстёгивает мой ремень безопасности.
– Пошла вон! – рявкает.
– Валер… – сердце колотится, как бешеное.
– Попробуй одна, – усмехается зло. – Без меня. А твой сын… мне нахлебники не нужны. В детский дом сдам.
Муж выталкивает меня из машины.
Поддаёт газу, виляет за поворот и исчезает.
Лес обступает со всех сторон.
А над моей головой летит беспилотник…
Я вычеркнула его целиком. Не с болью — начисто. Перестала помнить, как он варит кофе.
И всё это время знала про себя одну вещь: я сильная. Я приняла тяжёлое решение и вынесла его сама, без чужой помощи и без чужого мнения.
Теперь он стоит в моём подъезде, и решение надо принимать заново — каждую неделю, по кусочку. Пустить на час. На два. В квартиру. За стол. К ребёнку, которого он не знает и который знает про него всё.
Он не давит. Не спорит. Не обещает — он вообще перестал обещать. Просто приходит, когда сказал, и уходит, когда сказала я.
Хуже всего оказалось не то, что я не могу его простить.
Хуже всего — что моя мать не хочет, чтобы я с ним даже разговаривала. И каждый раз, когда я спрашиваю прямо, она находит, чем занять руки.
Я думала, эта история про измену.
Она про одну деталь, которую мне не дали. Без неё я решила правильно.
С ней я бы не решала вовсе.
И всё это время знала про себя одну вещь: я сильная. Я приняла тяжёлое решение и вынесла его сама, без чужой помощи и без чужого мнения.
Теперь он стоит в моём подъезде, и решение надо принимать заново — каждую неделю, по кусочку. Пустить на час. На два. В квартиру. За стол. К ребёнку, которого он не знает и который знает про него всё.
Он не давит. Не спорит. Не обещает — он вообще перестал обещать. Просто приходит, когда сказал, и уходит, когда сказала я.
Хуже всего оказалось не то, что я не могу его простить.
Хуже всего — что моя мать не хочет, чтобы я с ним даже разговаривала. И каждый раз, когда я спрашиваю прямо, она находит, чем занять руки.
Я думала, эта история про измену.
Она про одну деталь, которую мне не дали. Без неё я решила правильно.
С ней я бы не решала вовсе.
— А ты на что рассчитывала? Я мужик! Имею полное право жить, как я хочу. Бабло тебе кто присылал? — муж, уже почти бывший, нависает надо мной, а я теряюсь от последней его фразы.
— Что ты мне присылал? На что ты там имеешь право? — переспрашиваю и понимаю, что вопросы звучат глупо.
— Ты не придуривайся, Маша, — фыркает он и расставляет руки в стороны. — Всё, что есть в этой квартире, куплено на мои деньги.
От этого вранья и наглости я просто задыхаюсь, но внутри поднимается ещё и волна злости.
— Слушай сюда, Воронов, — закипаю я и радуюсь, что дети в школе. — Я от тебя ни копейки не получила за последние пять лет. Всё, что здесь, — тычу пальцем в пол, — находится, куплено на мои деньги. И дети наши одеваются за мой счёт. Так что проваливай к своей второй семье, и не смей сюда больше являться! На развод я уже подала!
Восемнадцать лет брака. Двое детей. Дом — полная чаша и рога под потолок. Супер, Маша! Ты смогла построить достойную семью (сарказм)!
— Что ты мне присылал? На что ты там имеешь право? — переспрашиваю и понимаю, что вопросы звучат глупо.
— Ты не придуривайся, Маша, — фыркает он и расставляет руки в стороны. — Всё, что есть в этой квартире, куплено на мои деньги.
От этого вранья и наглости я просто задыхаюсь, но внутри поднимается ещё и волна злости.
— Слушай сюда, Воронов, — закипаю я и радуюсь, что дети в школе. — Я от тебя ни копейки не получила за последние пять лет. Всё, что здесь, — тычу пальцем в пол, — находится, куплено на мои деньги. И дети наши одеваются за мой счёт. Так что проваливай к своей второй семье, и не смей сюда больше являться! На развод я уже подала!
Восемнадцать лет брака. Двое детей. Дом — полная чаша и рога под потолок. Супер, Маша! Ты смогла построить достойную семью (сарказм)!
🛟— Ты выдохлась, Ника. Команде нужен новый лидер и новая хозяйка, — во время ночного шторма муж, капитан нашей яхты, хладнокровно разжимает мои пальцы на леере.
Огромная волна сбивает меня с ног. Муж даже не пытается бросить спасательный круг. Он уходит во тьму, оставляя меня умирать в бушующем открытом море ради многомиллионной страховки и молодой любовницы.
Они уверены, что я на дне. Муж безутешно рыдает на камеры, пока его девка примеряет статус новой королевы парусного спорта. Но я выжила.
Меня спас единственный человек, перед которым мой бывший трепещет от страха. Жестокий на воде, но неожиданно чуткий со мной миллиардер. Он забрал меня со дна и вернул желание бороться. Он станет моим щитом в этой войне. А я — его триумфом.
До старта Мирового Кубка никто не должен знать, что я жива. Я пройду через ад, преодолею панический страх воды и вернусь, чтобы забрать всё, что принадлежит мне по праву.
Ты думал, что выбросил меня за борт, дорогой? Ошибаешься!Скоро ты сам пойдёшь ко дну
Огромная волна сбивает меня с ног. Муж даже не пытается бросить спасательный круг. Он уходит во тьму, оставляя меня умирать в бушующем открытом море ради многомиллионной страховки и молодой любовницы.
Они уверены, что я на дне. Муж безутешно рыдает на камеры, пока его девка примеряет статус новой королевы парусного спорта. Но я выжила.
Меня спас единственный человек, перед которым мой бывший трепещет от страха. Жестокий на воде, но неожиданно чуткий со мной миллиардер. Он забрал меня со дна и вернул желание бороться. Он станет моим щитом в этой войне. А я — его триумфом.
До старта Мирового Кубка никто не должен знать, что я жива. Я пройду через ад, преодолею панический страх воды и вернусь, чтобы забрать всё, что принадлежит мне по праву.
Ты думал, что выбросил меня за борт, дорогой? Ошибаешься!Скоро ты сам пойдёшь ко дну
Муж сказал, что едет в командировку в Новосибирск, а сам отжигал с любовницей в Дубайске, ну а потом случилость то, что случилось, и вернуться назад он вовремя не смог.
Что ж... Развод - дело добровольное. Никто его не принуждал изменять.
Имущество делится. Адвокат у меня хороший.
Новый босс, только... скотина!
- Реброва, ты уволена.
- Ты в этом уверен, Бессонов?
Как там говорят седина в бороду, бес в ребро?
Только у нас не бес, а босс... посмотрим, кто из нас посмеётся последним.
- Никогда не стал бы спать с такой как ты!
- А вы что, спать собираетесь? Я рассчитывала на другое.
Что ж... Развод - дело добровольное. Никто его не принуждал изменять.
Имущество делится. Адвокат у меня хороший.
Новый босс, только... скотина!
- Реброва, ты уволена.
- Ты в этом уверен, Бессонов?
Как там говорят седина в бороду, бес в ребро?
Только у нас не бес, а босс... посмотрим, кто из нас посмеётся последним.
- Никогда не стал бы спать с такой как ты!
- А вы что, спать собираетесь? Я рассчитывала на другое.
Я стою у приоткрытой двери кабинета Германа и слышу стоны, которые врезаются в мой мозг раскалёнными гвоздями, один за другим, не оставляя ни единого шанса на спасительное непонимание или ошибку восприятия. Приехала распечатать документы — у меня дома сломался принтер, который я откладывала починить уже три недели, и теперь именно он, кусок бездушного пластика, стал моим личным Иудой, приведшим меня сюда в самый неподходящий момент моей жизни.
***
Толкаю дверь шире, и Герман сидит на своём кожаном кресле, этом кресле, которое я выбирала вместе с ним, а теперь это кресло стало сценой для самого банального, самого пошлого, самого унизительного спектакля, какой только можно вообразить. На нём, раскинувшись так, будто имеет на это право, сидит Катя из бухгалтерии и я вижу, как её длинные, наманикюренные пальцы с идеальным красным лаком сжимают плечи моего мужа....
***
Толкаю дверь шире, и Герман сидит на своём кожаном кресле, этом кресле, которое я выбирала вместе с ним, а теперь это кресло стало сценой для самого банального, самого пошлого, самого унизительного спектакля, какой только можно вообразить. На нём, раскинувшись так, будто имеет на это право, сидит Катя из бухгалтерии и я вижу, как её длинные, наманикюренные пальцы с идеальным красным лаком сжимают плечи моего мужа....
— Выбирай, Тома. Либо ты сейчас распаковываешь вещи, идешь на кухню и готовишь ужин. Либо будешь выживать там, за пределами этой квартиры. Одна, конечно, потому что сын будет жить со мной.
— Сашку я не отдам, — поднимаюсь с колен и выпрямляю спину.
Смотрю на скоро бывшего мужа волком.
— Поверить не могу, что мы это обсуждаем, — говорит. — Откуда в тебе столько гордости, Тамара? Ты ничто без меня. Не единое целое, а так… половинка.
Он достает из папки десять тысяч и швыряет их на стол:
— На вот… на первое время, — улыбается. — Номер ты мой знаешь, буду ждать звонка.
— Звонить не стану, Дима.
— Еще как станешь. Соскучишься за сыном — еще и на коленях приползешь.
Я застала мужа за изменой, но вместо извинений он сказал, что заберет сына и выставил меня за дверь.
— Сашку я не отдам, — поднимаюсь с колен и выпрямляю спину.
Смотрю на скоро бывшего мужа волком.
— Поверить не могу, что мы это обсуждаем, — говорит. — Откуда в тебе столько гордости, Тамара? Ты ничто без меня. Не единое целое, а так… половинка.
Он достает из папки десять тысяч и швыряет их на стол:
— На вот… на первое время, — улыбается. — Номер ты мой знаешь, буду ждать звонка.
— Звонить не стану, Дима.
— Еще как станешь. Соскучишься за сыном — еще и на коленях приползешь.
Я застала мужа за изменой, но вместо извинений он сказал, что заберет сына и выставил меня за дверь.
Ключи скользят в вспотевших ладонях. Сердце бьётся где-то в горле, каждый удар отдаётся в висках.
Подъездная дверь поддаётся с тихим скрипом. Четыре этажа вверх. Ноги ватные, но я иду. Поднимаюсь. Не останавливаюсь.
Квартира 47 – та самая, где мы столько раз бывали в гостях у его брата. Где отмечали дни рождения, где пили чай на кухне, где собирались семьями.
Теперь здесь логово моего мужа и его любовницы.
Вставляю ключ в замок. Поворачиваю. Дверь открывается.
В квартире пахнет её духами. Слышу голоса из комнаты – его и её. Они смеются над чем-то, разговаривают. Звучит музыка – что-то современное, ритмичное.
Достаю телефон и включаю запись видео. Потом делаю шаг вперёд. Еще один. Иду по коридору к комнате.
Дверь приоткрыта.
Захожу внутрь.
Это конец. Окончательный, бесповоротный конец нашего брака.
Время останавливается.
Подъездная дверь поддаётся с тихим скрипом. Четыре этажа вверх. Ноги ватные, но я иду. Поднимаюсь. Не останавливаюсь.
Квартира 47 – та самая, где мы столько раз бывали в гостях у его брата. Где отмечали дни рождения, где пили чай на кухне, где собирались семьями.
Теперь здесь логово моего мужа и его любовницы.
Вставляю ключ в замок. Поворачиваю. Дверь открывается.
В квартире пахнет её духами. Слышу голоса из комнаты – его и её. Они смеются над чем-то, разговаривают. Звучит музыка – что-то современное, ритмичное.
Достаю телефон и включаю запись видео. Потом делаю шаг вперёд. Еще один. Иду по коридору к комнате.
Дверь приоткрыта.
Захожу внутрь.
Это конец. Окончательный, бесповоротный конец нашего брака.
Время останавливается.
Суббота идеальная — солнце, тепло, лёгкий ветер, и Саша рядом, ведёт машину. Мы едем в его офис забрать какие-то документы, и я смотрю на него, думая о том, как же мне повезло. Тринадцать лет вместе и я до сих пор ловлю себя на том, что смотрю на него украдкой, как будто боюсь, что это всё окажется сном.
Он паркуется выскакивает из машины, бросая через плечо: «Пять минут, Маш, я мигом».
Я наслаждаюсь солнцем и хорошим настроением. Мой взгляд останавливается на экране его телефона, когда тот вспыхивает ярким светом. Не собиралась смотреть — но сообщение буквально кричит мне в лицо: «Малыш, жду тебя, приезжай скорей 🔥». И внизу, под текстом — имя контакта: просто «М.»
Я читаю эти слова раз, второй, третий, и они не меняются, не исчезают, не превращаются в шутку или ошибку.
Дверь машины открывается, и Саша садится за руль.
— Ну что, едем? — спрашивает он, и я говорю, глядя ему прямо в глаза:
— Едем. Малыш, нас ждёт некая М. У неё, видимо, что-то срочное.
Он паркуется выскакивает из машины, бросая через плечо: «Пять минут, Маш, я мигом».
Я наслаждаюсь солнцем и хорошим настроением. Мой взгляд останавливается на экране его телефона, когда тот вспыхивает ярким светом. Не собиралась смотреть — но сообщение буквально кричит мне в лицо: «Малыш, жду тебя, приезжай скорей 🔥». И внизу, под текстом — имя контакта: просто «М.»
Я читаю эти слова раз, второй, третий, и они не меняются, не исчезают, не превращаются в шутку или ошибку.
Дверь машины открывается, и Саша садится за руль.
— Ну что, едем? — спрашивает он, и я говорю, глядя ему прямо в глаза:
— Едем. Малыш, нас ждёт некая М. У неё, видимо, что-то срочное.
Еще вчера у меня была семья, карьера успешного хирурга, идеальный муж.
А сегодня в его кабинете в шкафу я нахожу свою полуголую племянницу. И это становится началом конца…
Оказывается, Наташенька ждет ребенка, но развод не входит в планы моего мужа.
— Наташе ребенок не нужен, — заявляет Роман. — А ты мне так и не подарила родного сына. Так что примешь моего ребенка от другой, как я когда-то принял твоего! Иначе…, — угрожающе прищуривается.
— Иначе что? — смотрю на него и поражаюсь цинизму.
— Все, что у тебя есть, дал я. Но также могу и отобрать! — кидает на стол увесистую папку. — Если я пущу вот это в ход, твоей карьере придет конец, Лина! — усмехается с победным видом. — Тебя даже санитаркой ни в одну больницу не возьмут.
Я не прогнулась, и да, муж воплотил свои угрозы в жизнь.
Роман ликовал от победы, но тогда он еще не знал, какое наказание ему уготовила судьба, а я не знала, что мне она подарит взамен…
А сегодня в его кабинете в шкафу я нахожу свою полуголую племянницу. И это становится началом конца…
Оказывается, Наташенька ждет ребенка, но развод не входит в планы моего мужа.
— Наташе ребенок не нужен, — заявляет Роман. — А ты мне так и не подарила родного сына. Так что примешь моего ребенка от другой, как я когда-то принял твоего! Иначе…, — угрожающе прищуривается.
— Иначе что? — смотрю на него и поражаюсь цинизму.
— Все, что у тебя есть, дал я. Но также могу и отобрать! — кидает на стол увесистую папку. — Если я пущу вот это в ход, твоей карьере придет конец, Лина! — усмехается с победным видом. — Тебя даже санитаркой ни в одну больницу не возьмут.
Я не прогнулась, и да, муж воплотил свои угрозы в жизнь.
Роман ликовал от победы, но тогда он еще не знал, какое наказание ему уготовила судьба, а я не знала, что мне она подарит взамен…
Выберите полку для книги
Особенности жанра Романы о неверности
Предлагаем обратить ваше внимание на серию книг из жанра «Романы о неверности». На сайте нашей платформы «Литмаркет» вы найдете и сможете почитать онлайн около двухсот литературных произведений в жанре исторической фантастики.
Этот жанр возник и начал активно развиваться в первой половине девятнадцатого века, когда стали востребованы описания судеб не только отдельных великих людей, но и целых стран и континентов, поданные под другим углом. Почему это произошло? Чтобы понять законы развития современного мироустройства, многие читатели захотели разобраться и проследить, как, по каким законам происходило развитие мира в прошлом. Другими словами – спрос породил предложение.
Сюжетная линия исторической фантастики
В каждом романе или повести этого жанра писатель воссоздает правдоподобную картину прошлых веков, все персонажи ведут себя таким образом, как это было принято в описываемую эпоху. Это касается и одежды героев, и тех словосочетаний, и реплик, которые использовались в те времена, а также соответствующих средств передвижения и технологий. Также авторы тщательно следят за тем, чтобы все, описываемые ими события, были возможны в ту эпоху. Например, Америка была открыта в пятнадцатом веке, значит, герой повести в жанре исторической фантастики, живший в четырнадцатом веке, никак не мог бы оказаться возле пирамиды майя.
Итак, с одной стороны, произведения в жанре исторической фантастики – это один из подразделов фантастики, то есть, вымышленные истории. С другой – они опираются на реальные события, рассказывают о реальных, живших в описываемый исторический период персонажах. С одной стороны – это захватывающие рассказы о вымышленных приключениях реально существовавших исторических фигурах, с другой – прекрасно описанные, происходившие в действительности исторические факты.
Заинтересовались? Из перечня представленных вашему вниманию литературных произведений в жанре исторической фантастики вы обязательно найдете и сможете почитать онлайн ту книгу, которая вам понравится.