Книги в жанре «Романы о неверности»
— Когда ты уже своей старухе скажешь о нас, а? Я хочу всем показать, что ты мой, — слышу женский голос.
— Скоро, сладкая. Потерпи немного, — говорит муж. — Надо подождать, когда сыну исполнится восемнадцать и тогда Марина останется без гроша. Я ничего ей не оставлю.
— Правильно. Этой овце место в деревне. Паш, скажи, что любишь меня!
— Люблю, очень. Чувствуешь?
Двадцать лет брака. Двое детей. А муж решил так меня унизить, променял на молодую девицу.
Мне сорок лет, и кажется, что моя жизнь кончена. Муж думал, что я не решусь на развод. Как же он ошибался. Терпеть я не стану!
— Скоро, сладкая. Потерпи немного, — говорит муж. — Надо подождать, когда сыну исполнится восемнадцать и тогда Марина останется без гроша. Я ничего ей не оставлю.
— Правильно. Этой овце место в деревне. Паш, скажи, что любишь меня!
— Люблю, очень. Чувствуешь?
Двадцать лет брака. Двое детей. А муж решил так меня унизить, променял на молодую девицу.
Мне сорок лет, и кажется, что моя жизнь кончена. Муж думал, что я не решусь на развод. Как же он ошибался. Терпеть я не стану!
— Ты на паре?
— На паре. Экзамен.
— В девять сорок вечера? Экзамен?
Он замолчал. Этого хватило.
Я — фельдшер приёмного. Он — преподаватель. Дети, кот, вдруг кружка с чужой помадой на нашей кухне. «Ночь перед экзаменом» превращается в ночь вранья, а пресс-служба заканчивается поцелуем «за закрытой дверью».
Я включила диктофон раньше, чем он придумал алиби. Двадцать семь секунд — и тишина стала уликой. Кольцо — в воду. Предателя — за борт. Он пожалеет, начнет захлебываться, но назад дороги не будет.
— На паре. Экзамен.
— В девять сорок вечера? Экзамен?
Он замолчал. Этого хватило.
Я — фельдшер приёмного. Он — преподаватель. Дети, кот, вдруг кружка с чужой помадой на нашей кухне. «Ночь перед экзаменом» превращается в ночь вранья, а пресс-служба заканчивается поцелуем «за закрытой дверью».
Я включила диктофон раньше, чем он придумал алиби. Двадцать семь секунд — и тишина стала уликой. Кольцо — в воду. Предателя — за борт. Он пожалеет, начнет захлебываться, но назад дороги не будет.
Случайно задеваю иконку сообщений, и экран меняется.
И мир рушится.
"Скучаю по твоим рукам. Когда увидимся?" – сообщение от некой Алисы, отправленное вчера вечером в половине десятого. Вчера в половине десятого мы смотрели новый фильм с Райаном Гослингом. Роман лежал рядом со мной на диване, его рука лениво поглаживала мои волосы. Я чувствовала себя счастливой и защищённой.
А он в этот момент получал сообщения от другой женщины.
Дрожащими пальцами пролистываю переписку выше.
"Твоя жена опять со своим фотоаппаратом? Неужели ей не надоело щёлкать?"
"Дашка живёт в своём мире. Иногда мне кажется, что я для неё просто красивый фон для семейных фото."
Читаю это сообщение снова и снова. Дашка. Он называет меня Дашкой в разговоре с другой женщиной. Не "моя жена", не "Даша" – Дашка. Пренебрежительно, как-то по-хозяйски.
И мир рушится.
"Скучаю по твоим рукам. Когда увидимся?" – сообщение от некой Алисы, отправленное вчера вечером в половине десятого. Вчера в половине десятого мы смотрели новый фильм с Райаном Гослингом. Роман лежал рядом со мной на диване, его рука лениво поглаживала мои волосы. Я чувствовала себя счастливой и защищённой.
А он в этот момент получал сообщения от другой женщины.
Дрожащими пальцами пролистываю переписку выше.
"Твоя жена опять со своим фотоаппаратом? Неужели ей не надоело щёлкать?"
"Дашка живёт в своём мире. Иногда мне кажется, что я для неё просто красивый фон для семейных фото."
Читаю это сообщение снова и снова. Дашка. Он называет меня Дашкой в разговоре с другой женщиной. Не "моя жена", не "Даша" – Дашка. Пренебрежительно, как-то по-хозяйски.
Захожу в квартиру, в нос бьёт сладковатый запах дешёвых духов, в коридоре валяются мужские ботинки, а рядом — женские туфли на каблуке.
У нас гости? В такой час?
Прохожу в зал, все еще держа в руке пакеты из “Пятерочки” и вижу, как Сергей, мой муж, сидит в кресле с распахнутой рубашкой, а на коленях у него, какая-то девица в короткой юбке.
— Сережа…
— Чего вылупилась? Видишь, я отдыхаю.
— Сергей, ты… — пытаюсь хоть что-то сказать, но он обрывает, не дав договорить.
— Я мужик, понялa? Мужик! Мне нужна женщина, а не… — он обводит меня взглядом с головы до ног, долгим, мерзким, оценивающим. — …не корова в вытянутом свитере.
У нас гости? В такой час?
Прохожу в зал, все еще держа в руке пакеты из “Пятерочки” и вижу, как Сергей, мой муж, сидит в кресле с распахнутой рубашкой, а на коленях у него, какая-то девица в короткой юбке.
— Сережа…
— Чего вылупилась? Видишь, я отдыхаю.
— Сергей, ты… — пытаюсь хоть что-то сказать, но он обрывает, не дав договорить.
— Я мужик, понялa? Мужик! Мне нужна женщина, а не… — он обводит меня взглядом с головы до ног, долгим, мерзким, оценивающим. — …не корова в вытянутом свитере.
— Ты изменил?
— Один раз. Ерунда.
— Один раз — тоже измена. Дальше — у нас развод.
— Ты правда подашь?
— Уже подала. И заявление в полицию.
— Тебе никто не поверит.
— Камера поверит и судья.
Я — ректор, он — преподаватель. У нас пятилетние двойняшки и простое правило: в дом ложь не приносить. Но он решил иначе. Я не буду устраивать сцен — я делаю, как сказала.
Он уверен: «Даже измена нас не разлучит».
Ночь. Запасной вход университета. Один фонарь. Я включаю диктофон — и начинается наша история.
— Один раз. Ерунда.
— Один раз — тоже измена. Дальше — у нас развод.
— Ты правда подашь?
— Уже подала. И заявление в полицию.
— Тебе никто не поверит.
— Камера поверит и судья.
Я — ректор, он — преподаватель. У нас пятилетние двойняшки и простое правило: в дом ложь не приносить. Но он решил иначе. Я не буду устраивать сцен — я делаю, как сказала.
Он уверен: «Даже измена нас не разлучит».
Ночь. Запасной вход университета. Один фонарь. Я включаю диктофон — и начинается наша история.
И снова третье сентября…
Кабинет. Стол. Женские ноги, грудь, стоны, крики, рычание Макара, пошлости, которыми он сопровождает свои действия.
В ресторане гробовая тишина.
Гости в шоке, мой муж тоже. Смотрит на экран раскрыв рот, как будто никогда не видел себя со стороны.
Не так красиво, как хотелось бы, да?
Что ж.
Развод – это еще более некрасиво. Но выхода у тебя нет, любимый. Ведь у меня будет служебный роман с твоим адвокатом.
Я календарь переверну.
Кабинет. Стол. Женские ноги, грудь, стоны, крики, рычание Макара, пошлости, которыми он сопровождает свои действия.
В ресторане гробовая тишина.
Гости в шоке, мой муж тоже. Смотрит на экран раскрыв рот, как будто никогда не видел себя со стороны.
Не так красиво, как хотелось бы, да?
Что ж.
Развод – это еще более некрасиво. Но выхода у тебя нет, любимый. Ведь у меня будет служебный роман с твоим адвокатом.
Я календарь переверну.
— Это просто мамочки детей. Я тренер. Было просто кофе и спасибо.
— На парковке в 19:30 вместо «спасибо» не целуются.
— Ты всё придумала.
— Камеры не фантазируют.
Сначала я заметила мелочи: смайлики в чате, второй телефон, контейнер «домашних котлет», чужая резинка в машине. Потом — шёпот «скоро будет братик» при ребёнке. Больно так, что ночью выть хочется. Я молчала и собирала себя по частям.
Решила, что орать не буду. Соберу факты. На нашем празднике скажу свое слово. Предателям покажу правду — без крика и без пощады. Они пожалеют. А дальше — тишина и новая жизнь по моим правилам.
— На парковке в 19:30 вместо «спасибо» не целуются.
— Ты всё придумала.
— Камеры не фантазируют.
Сначала я заметила мелочи: смайлики в чате, второй телефон, контейнер «домашних котлет», чужая резинка в машине. Потом — шёпот «скоро будет братик» при ребёнке. Больно так, что ночью выть хочется. Я молчала и собирала себя по частям.
Решила, что орать не буду. Соберу факты. На нашем празднике скажу свое слово. Предателям покажу правду — без крика и без пощады. Они пожалеют. А дальше — тишина и новая жизнь по моим правилам.
— Сереж, иди давай, иди, — раздается из комнаты дочери кокетливый смех моей коллеги. — Твоя дочь придет с минуты на минуту. Мне нужно подготовиться к занятию. Только сначала помоги мне застегнуть молнию на юбке.
Мое сердце ухает в пятки, возвращается в грудь и с бешеной скоростью бьется о грудную клетку.
Мне становится нечем дышать.
Стою у двери комнаты и чувствую, как начинают дрожать колени.
Кира приходит к нам несколько раз в неделю, чтобы подтянуть нашу с Сережей дочь по географии. И я только сейчас понимаю, что приходит она вовсе не к дочке, а… к моему мужу.
Двадцать лет брака стремительно летят в пропасть, семья рвется по швам, муж уходит к молодой любовнице, а дочь изъявляет желание жить вместе с ними.
Мое сердце ухает в пятки, возвращается в грудь и с бешеной скоростью бьется о грудную клетку.
Мне становится нечем дышать.
Стою у двери комнаты и чувствую, как начинают дрожать колени.
Кира приходит к нам несколько раз в неделю, чтобы подтянуть нашу с Сережей дочь по географии. И я только сейчас понимаю, что приходит она вовсе не к дочке, а… к моему мужу.
Двадцать лет брака стремительно летят в пропасть, семья рвется по швам, муж уходит к молодой любовнице, а дочь изъявляет желание жить вместе с ними.
— Агния девушка из приличной семьи, и я уверен, что она тебе понравится.
Поднимаю на него глаза, сомневаясь, что мне понравится его любовница, о которой я не должна знать.
— Ну что ты так на меня смотришь? В конце концов, Агния очень хороший человек. Мы еще можем познакомить ее с моим братом. Уверен, они сойдутся.
Но я видела его сообщение:
«Моя дура что-то заподозрила, не пиши, и машину верни на парковку.»
— Ага. А твою машину она водила, потому что…
Он дергает щекой.
— Ну… эмм… потому что я…
Потому что ты изменник, предатель и будущий бывший муж.
И ты ответишь за эти десять лет, что я потратила зря.
И ты, и она. Вам сильно не поздоровится.
Я буду мстить…
Поднимаю на него глаза, сомневаясь, что мне понравится его любовница, о которой я не должна знать.
— Ну что ты так на меня смотришь? В конце концов, Агния очень хороший человек. Мы еще можем познакомить ее с моим братом. Уверен, они сойдутся.
Но я видела его сообщение:
«Моя дура что-то заподозрила, не пиши, и машину верни на парковку.»
— Ага. А твою машину она водила, потому что…
Он дергает щекой.
— Ну… эмм… потому что я…
Потому что ты изменник, предатель и будущий бывший муж.
И ты ответишь за эти десять лет, что я потратила зря.
И ты, и она. Вам сильно не поздоровится.
Я буду мстить…
Герои – талантливые кулинарные парфюмеры. Особенно герой – непревзойдённый флейфорист, за услугами которого дорогие рестораны столицы выстраиваются в очередь. Он заставит мясо пахнуть не просто мясом, а парным мясом, сыр – настоящими лугами и отменной выдержкой, а рыба превзойдёт все ваши ожидания даров Северного моря.
Пара на отдыхе, всё чудесно, отель превосходный, СПА на уровне, но жена что-то чувствует. Одна красотка на пляже кажется ей знакомой. Да, точно, она её вспомнила. Она фуд-фотограф и приходила к ним в компанию по работе. Но почему муж упорно не хочет её замечать? И почему она крутится около них третий день подряд? И тут начинается… финал должен удивить)
Пара на отдыхе, всё чудесно, отель превосходный, СПА на уровне, но жена что-то чувствует. Одна красотка на пляже кажется ей знакомой. Да, точно, она её вспомнила. Она фуд-фотограф и приходила к ним в компанию по работе. Но почему муж упорно не хочет её замечать? И почему она крутится около них третий день подряд? И тут начинается… финал должен удивить)
Выберите полку для книги