Книги в жанре «Попаданцы» по тегу «popadancy-skachat»
В день, когда мой муж-дракон объявил перед всем советом, что собирается жениться на другой, меня решили лишить не только брака, но и имени, дома и всего, что я создала.
Однако древняя Корона Двенадцати Клятв выбрала не его.
Она заговорила со мной.
Одиннадцать имён стёрты. Один закон скрыт. До выбора новой королевы осталось тридцать дней.
Теперь мне предстоит восстановить законы, которые десятилетиями переписывал могущественный канцлер, вернуть право на существование городу, исчезнувшему со всех карт, и не позволить драконьим родам захватить столицу.
А рядом снова окажется Тарвейн — мужчина, который выбрал корону вместо меня.
Он утверждает, что готов исправить свои ошибки. Но доверие нельзя вернуть одной красивой клятвой. Его придётся заслужить поступками.
И если древняя корона решила, что именно я достойна править, отдавать её бывшему мужу я не собираюсь.
Однако древняя Корона Двенадцати Клятв выбрала не его.
Она заговорила со мной.
Одиннадцать имён стёрты. Один закон скрыт. До выбора новой королевы осталось тридцать дней.
Теперь мне предстоит восстановить законы, которые десятилетиями переписывал могущественный канцлер, вернуть право на существование городу, исчезнувшему со всех карт, и не позволить драконьим родам захватить столицу.
А рядом снова окажется Тарвейн — мужчина, который выбрал корону вместо меня.
Он утверждает, что готов исправить свои ошибки. Но доверие нельзя вернуть одной красивой клятвой. Его придётся заслужить поступками.
И если древняя корона решила, что именно я достойна править, отдавать её бывшему мужу я не собираюсь.
История о любви, достойная летописей всех времен и народов. Война с тварями, перерождения, дружба... поиски себя и Истины. Это история поведает о многом. Но главное о чем она поведает, так это о Любви - Наcтоящей и Истинной!
Часть IV
Заключительная Часть Романа.
Часть IV
Заключительная Часть Романа.
Марина думала, что ее жизнь закончилась в свете фар джипа. Ан нет! Новая жизнь началась на холодном камне в теле юной нищей вдовы Лариэль. Теперь у нее есть двое голодных детей-магов, долги покойного мужа и заброшенный трактир на отшибе.
Но Марина не привыкла сдаваться. Вооружившись опытом московского шеф-повара, цинизмом и волей к жизни, она берется за дело. Генеральная уборка? Легко. Торговля с поставщиками? Как нефиг делать. Воспитание детей-магов? Главное — направить их силы в мирное русло. Огонек для печи и богатырская сила для переноски мешков — вот и вся магия.
Казалось бы, чего еще желать? Но однажды у ее порога появляется Он. Могущественный, красивый и смертельно опасный. Он смотрит на Лариэль так, будто искал ее всю свою долгую жизнь. И предлагает не просто помощь, а саму судьбу. Готова ли она променять свое тяжело заработанное счастье на вечность с драконом?
Но Марина не привыкла сдаваться. Вооружившись опытом московского шеф-повара, цинизмом и волей к жизни, она берется за дело. Генеральная уборка? Легко. Торговля с поставщиками? Как нефиг делать. Воспитание детей-магов? Главное — направить их силы в мирное русло. Огонек для печи и богатырская сила для переноски мешков — вот и вся магия.
Казалось бы, чего еще желать? Но однажды у ее порога появляется Он. Могущественный, красивый и смертельно опасный. Он смотрит на Лариэль так, будто искал ее всю свою долгую жизнь. И предлагает не просто помощь, а саму судьбу. Готова ли она променять свое тяжело заработанное счастье на вечность с драконом?
Когда-то боевой дракон на службе вампиров, теперь я просто старый генерал в отставке. Сын поселил меня в пригороде Аварина, купив ферму:
- Отдыхай, отец. Выращивай пинелепов и молодильные яблоки.
Я честно пытался! Пока в один и без того гадких дней мне на голову не свалилась девочка в розовом платье. Матильда утверждает, что она моя внука, а её пес Цы - оборотень, забывший, как стать человеком.
Только я свыкся с мыслью, что теперь дед, как на моём пороге появляется женщина, утверждающая, что она свалилась мне на голову прямо из Москвы.
- Ничего, деда, - смеется Мати. - Чини мой велик, я всё разрулю!
- Отдыхай, отец. Выращивай пинелепов и молодильные яблоки.
Я честно пытался! Пока в один и без того гадких дней мне на голову не свалилась девочка в розовом платье. Матильда утверждает, что она моя внука, а её пес Цы - оборотень, забывший, как стать человеком.
Только я свыкся с мыслью, что теперь дед, как на моём пороге появляется женщина, утверждающая, что она свалилась мне на голову прямо из Москвы.
- Ничего, деда, - смеется Мати. - Чини мой велик, я всё разрулю!
Он командует драконами. Его приказы исполняют даже стены. А она — единственный человек, который способен сказать ему «нет».
Психолог Веста Ларина привыкла задавать неудобные вопросы. Но однажды прямо в её кабинете появляется дверь в другой мир — в крепость проклятого командора Эйрдана Тарвеля, где сотни людей давно разучились возражать.
Чтобы вернуться домой, Весте придётся разгадать тайну двенадцати комнат, разоблачить ложь королевского советника и доказать властному дракону, что страх создаёт тишину, но не верность. Вот только чем ближе она подбирается к сердцу проклятия, тем труднее понять, чего хочет сама: открыть дорогу назад или остаться рядом с мужчиной, который впервые учится не приказывать.
Психолог Веста Ларина привыкла задавать неудобные вопросы. Но однажды прямо в её кабинете появляется дверь в другой мир — в крепость проклятого командора Эйрдана Тарвеля, где сотни людей давно разучились возражать.
Чтобы вернуться домой, Весте придётся разгадать тайну двенадцати комнат, разоблачить ложь королевского советника и доказать властному дракону, что страх создаёт тишину, но не верность. Вот только чем ближе она подбирается к сердцу проклятия, тем труднее понять, чего хочет сама: открыть дорогу назад или остаться рядом с мужчиной, который впервые учится не приказывать.
Из технического мира попала в магический? Ничего, адаптироваться можно. Выгнали из последнего пристанища? Можно отправиться поступать в закрытую академию за казенный счет. Но по пути столько всего неожиданного происходит в мире, где кроме людей живут и другие расы.
Ой, что делать, если слишком отличилась? Как теперь избежать внимания дознавателей, которые хотят заодно и в сговоре с инорасниками по подрыву местной власти обвинить? Уступить настойчивым ухаживаниям королевского бастарда, чтобы отвести подозрения?
Нет, надо было всё-таки меньше выделяться своими новшествами. Слишком многие здесь заинтересовались (не) баронессой, оставшейся без защиты семьи. Как бы теперь не пришлось... выходить замуж защиты ради. Только за кого из них?
Развлекательная история о том, как очередная попаданка в новом мире обустраивалась. Поэтому в первую очередь бытовое фэнтези и авторские расы. Романтические отношения будут, но не скоро. Юмор местами.
Ой, что делать, если слишком отличилась? Как теперь избежать внимания дознавателей, которые хотят заодно и в сговоре с инорасниками по подрыву местной власти обвинить? Уступить настойчивым ухаживаниям королевского бастарда, чтобы отвести подозрения?
Нет, надо было всё-таки меньше выделяться своими новшествами. Слишком многие здесь заинтересовались (не) баронессой, оставшейся без защиты семьи. Как бы теперь не пришлось... выходить замуж защиты ради. Только за кого из них?
Развлекательная история о том, как очередная попаданка в новом мире обустраивалась. Поэтому в первую очередь бытовое фэнтези и авторские расы. Романтические отношения будут, но не скоро. Юмор местами.
Я — успешный кризисный психолог. Привыкла работать со сложными случаями, выгоревшими боссами и трудными подростками.
Моя новая реальность? Чужое тело, должность самой ненавистной преподавательницы в Магической Академии и перспектива быть съеденной местной фауной.
Мой новый босс? Мрачный трудоголик-ректор, который не спит сутками, тащит на себе весь университет и мечтает меня уволить.
Ну уж нет! Вы не на ту напали. Я наведу порядок в головах студентов, вылечу от депрессии подвального монстра и заставлю самого ректора лечь на кушетку. Главное — в процессе терапии не влюбиться в этого невыносимого мага и самой не сойти с ума!
Моя новая реальность? Чужое тело, должность самой ненавистной преподавательницы в Магической Академии и перспектива быть съеденной местной фауной.
Мой новый босс? Мрачный трудоголик-ректор, который не спит сутками, тащит на себе весь университет и мечтает меня уволить.
Ну уж нет! Вы не на ту напали. Я наведу порядок в головах студентов, вылечу от депрессии подвального монстра и заставлю самого ректора лечь на кушетку. Главное — в процессе терапии не влюбиться в этого невыносимого мага и самой не сойти с ума!
В сорок четыре года я точно не собиралась начинать жизнь заново. Тем более в чужом мире.
Но вместо знакомой улицы я оказалась у ворот разоренного Водного двора, который через сутки должны закрыть. Хозяйка почти сдалась, клиенты требуют вернуть деньги, а суровый дракон-инспектор Тарвис Эренд уже принес официальный приказ.
Есть только одна проблема: цифры не сходятся.
Двор много лет платит за воду, которой никогда не получал. Кто-то подменяет измерительные механизмы, использует настоящие инспекторские печати и медленно разоряет независимые предприятия. А человек, которому выгоднее всех исчезновение нашего двора, уже предлагает купить его целиком.
Я не умею колдовать, не знаю законов этого мира и точно не собираюсь спасать всех подряд. Зато умею считать, замечать несоответствия и не верить удобным объяснениям.
Но вместо знакомой улицы я оказалась у ворот разоренного Водного двора, который через сутки должны закрыть. Хозяйка почти сдалась, клиенты требуют вернуть деньги, а суровый дракон-инспектор Тарвис Эренд уже принес официальный приказ.
Есть только одна проблема: цифры не сходятся.
Двор много лет платит за воду, которой никогда не получал. Кто-то подменяет измерительные механизмы, использует настоящие инспекторские печати и медленно разоряет независимые предприятия. А человек, которому выгоднее всех исчезновение нашего двора, уже предлагает купить его целиком.
Я не умею колдовать, не знаю законов этого мира и точно не собираюсь спасать всех подряд. Зато умею считать, замечать несоответствия и не верить удобным объяснениям.
Те, кого Марго называла семьёй, предали её и оставили умирать на холодном бетонном полу тюремной камеры. В момент смерти она наконец поняла настоящую цену их амбиций.
Но вместо покоя Марго просыпается в мягком кожаном кресле их лимузина — ей снова восемнадцать.
Она знает, что они сделают. Она знает, когда они ударят.
Возрождение — это оружие, и она намерена использовать его, чтобы стереть их в порошок.
Есть только одна проблема: теперь каждая её мысль о мести транслируется им в прямом эфире.
Но вместо покоя Марго просыпается в мягком кожаном кресле их лимузина — ей снова восемнадцать.
Она знает, что они сделают. Она знает, когда они ударят.
Возрождение — это оружие, и она намерена использовать его, чтобы стереть их в порошок.
Есть только одна проблема: теперь каждая её мысль о мести транслируется им в прямом эфире.
Сорок пять лет, две войны, колено, которое ноет к дождю, и ни одного своего ребёнка. Помер я, между прочим, героически — из горящего дома чужих детей вытаскивал. Очнулся в другом мире, в чужом теле. Тоже, кстати, в горящем доме. Традиция, видимо.
Итого имею: троих детей, которые зовут меня папой, пенсию, на которую не прожить, и проснувшийся дар. Мелочь, казалось бы, — только в этом мире дар просыпается у подростков. У сорокапятилетних — никогда. Последний такой случай был тысячу лет назад, и чем он кончился, мне рассказывать почему-то никто не хочет.
Выбор мне предложили богатый: браслет-подавитель, от которого я помру к вечеру, или парта в магической академии. Среди шестнадцатилетних. В десятке «Ж» — куда сливают безнадёжных. Местные остряки зовут его «Яслями».
Ладно. Я двадцать лет делал из вчерашних школьников солдат. Разберёмся и с этими.
Итого имею: троих детей, которые зовут меня папой, пенсию, на которую не прожить, и проснувшийся дар. Мелочь, казалось бы, — только в этом мире дар просыпается у подростков. У сорокапятилетних — никогда. Последний такой случай был тысячу лет назад, и чем он кончился, мне рассказывать почему-то никто не хочет.
Выбор мне предложили богатый: браслет-подавитель, от которого я помру к вечеру, или парта в магической академии. Среди шестнадцатилетних. В десятке «Ж» — куда сливают безнадёжных. Местные остряки зовут его «Яслями».
Ладно. Я двадцать лет делал из вчерашних школьников солдат. Разберёмся и с этими.
Выберите полку для книги