Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»

— Нина. – Мужчина в маске хорошенько меня встряхивает, и глаза распахиваются сами.
— А?!
— Надо уходить. Скоро заметят и будет погоня. – Его карие глаза так красивы в этих прорезях. – Нина, твою мать! – Он хватает меня за плечи снова, и я прихожу в себя окончательно.
— Все! Я здесь. – Что это со мной?! Мне бежать бы без оглядки, а я туплю по страшному!
— Идти, говорю, можешь? Или на руках нести?
— А можно? – Дорога предстоит по гористой местности, а это тяжело. Хорошо, что в кроссовках, а не в домашних тапочках.
— Нет! – Отрезает мои мечты прокатиться с ветерком.
— Тогда могу. — Фыркаю и отхожу, неуверенной походкой.
— Не туда! – Мужчина закатывает глаза и разворачивается в противоположную сторону. Черт!

— Дамы! Одной из вас сегодня повезет больше, чем другой! Уважаемый человек будет выбирать ту, что будет принадлежать ему.
Двери из дорогого темного дерева в кабинет распахиваются, и оттуда выходят четверо мужчин. Они громко разговаривают на арабском языке и жестикулируют.
— Ты! – Охранник подхватывает мою землячку, вздергивая её на ноги.
— Она дерзкая! Все, как вы любите!
— Пойдет! А эту вон!
Я понимаю, что «эту» — это про меня и начинаю задыхаться в панике, все сильнее сворачиваясь в комок.
— Мухаммед, подожди. – звучит спокойный и в меру грубый голос.
— Амир, посмотри на нее! Она труслива как мышь и выглядит так же!
Вдруг, моих пальцев касается горячая рука, пытаясь сдвинуть их в сторону.
— Не бойся. – Слышу русский язык с акцентом и открываю щелочки для глаз.
Мужчина, присев на корточки, загораживает меня от остальных. Его серо-зеленые глаза с интересом изучают меня словно зверушку.
— Давай, — улыбается он, ослепляя белоснежной улыбкой, — покажи мне личико.

— Руку убери, мужик, она моя девушка. — Визжит ее парень.
— Не делай ей больно, щенок. У тебя ровно три секунды убрать руки. — Шиплю я.

Я не помню, как оказалась в туалете клуба. И почему жених там с другуой. И зачем он подсыпал мне что-то в шампанское. Помню только, как бежала от него через танцпол — и как незнакомец в синей рубашке перехватил мою руку на выходе.

Он спас меня. Увёз к себе. Не тронул, хотя я сама была готова. А утром я узнала, что мой спаситель — друг моего отца. Того самого, кто продал меня этому монстру в розовых кроссовках.

— Ты слишком стар для неё, — рычит отец.
— Она мой выбор, — отвечает мужчина.

Отец ещё не знает: я не просила разрешения. Я уже выбрала.

- Привет. – девушка плюхается на стул напротив меня и бесцеремонно ощупывает синими глазищами.
- Привет. – продолжаю потягивать кофе, как ни в чём не бывало.
Мне не привыкать. Девицы всегда липнут ко мне, как мухи на сгущёнку.
- Ну, сыночка-корзиночка, с телом альфы, что мы делать с тобой будем? – она хватает коктейль Мии и втягивает в себя половину стакана.
Сказал бы я ей, что хочу с ней сделать,врождённая вежливость не позволяет. И потом, у меня уже есть свободный ротик на сегодняшний вечер.
- Почему сыночка-корзиночка?
- А как мне тебя ещё назвать? Не Масиком же? – ухмыляется она.
- Масик, это что за шлёндра?! Почему она сидит на моём стуле? - врывается в диалог Мия.
- Ого! Оказывается, есть на свете шмокадявры, которые зовут тебя Масиком! – фыркает дева.
- Ах, ты! – Мия опускает сумочку Биркин на голову наглой девицы.
От неожиданности та плюхается лицом в Тирамису. Реагирует молниеносно. Одной рукой выплёскивает содержимое стакана на голову Мии, другой вытирает св

– Слушай, кисуня, – Муромцев говорит тихо, почти интимно, но в тоне звучит металл. – Я устал, у меня был адский день. Я знаю, как ваш бизнес работает. Сколько тебе накинуть сверху, чтобы мы пропустили эту часть с «я не такая»?
Пазл окончательно складывается. Этот мажор принял меня за эскортницу… и судя по всему, возражения не принимаются…
Паника накрывает меня ледяной волной.
– В-вы не поняли! – мой голос дрожит, срываясь на писк. – Я массажистка! У меня сертификаты есть!
– А резинки у тебя есть? А то у меня только одна пачка на три штуки, – в его глазах вспыхивают ртутные блики.
– Я-я лучше пойду, а вы перезакажете, хорошо? – я стряхиваю его руку, отползая по стене к выходу.
Муромцев ухмыляется ещё шире. Упирается ладонями в стену по обе стороны от моей головы, создавая живую клетку из мышц и наглости.
– Никто никуда не уйдет, пока я не получу то, на что настроился. Тебе ясно?

— Так это ты меня спасла? – снова этот дикий шепот. От него трясутся коленки. И страшно и будоражит одновременно.
Киваю и молчу.
— Тогда спасибо. – Говорит уже чуть громче.
Его рука продолжает скользить от шеи вниз, переходя на грудь. Он тяжело дышит мне в затылок. Я зажмуриваюсь, делаю рывок вперед и… вырываюсь, отбегая от него к окну.
— Зачем вы это сделали? – злость пробивается сквозь страх.
Он крепок телом, даже слишком. Тут и там, из-под больничной распашонки, видны татуировки. Высок. Лицо сейчас совсем другое. Не то, искаженное болью. Теперь — это наглое дерзкое и красивое лицо опасного типа. Такие выделяются из толпы. Звериный оскал вместо улыбки, взгляд голубых холодных глаз исподлобья. По телу пробегает табун мурашек.
Он отрывается от стены у двери и медленно идет к кровати. Отвечать мне не собирается. Рукой он держится за бок, куда был ранен. У кровати убирает руку, чтобы опереться, и я замечаю красное пятно на распашонке.
— Вот черт!

Меня продали, как скот, в семью, где женщины это молчаливые тени. Тимур красив, как дьявол, и хочет одного - сломать меня до свадьбы. Но его отец, Ахмед, смотрит на мои синяки и вдруг произносит:

— Я забираю её себе. Осмотр пройден, теперь она моя ответственность.

Я кричу ему в лицо, что он такой же монстр, как сын. А он медленно снимает перчатки и отвечает так тихо, что я слышу только шёпот: «Выбирай: подвал с крысами или моя постель. Третьего не дано». Я выбираю его и тут же понимаю, что этот холодный хирург разбудил во мне ту же тьму, что живёт в нём. Теперь я не знаю, кто кого сломает. Но одно ясно: я больше не жертва. Я стала его самой опасной ошибкой.

Я всегда боялась собственного тела. Пряталась, сжималась, отворачивалась от зеркал, потому что мать научила меня стыдиться себя. Но когда я переступила порог его кабинета, всё изменилось. Воронов не стал жалеть меня, не пытался утешить, он просто увидел во мне то, чего я сама не замечала: скрытую силу, готовую проснуться.
Между нами возникла странная, пугающая связь, которую невозможно объяснить логикой. Он ломал мои стены, а я училась доверять, не ему, а себе. Теперь я возвращаюсь к нему не из страха, а потому что он подарил мне свободу быть настоящей. Это моя история о том, как невинность перестаёт быть бременем, а зависимость оборачивается осознанным выбором. О том, как две сломанные души находят друг друга и создают свой собственный мир.

— Ну, я жду, — нахально заявляет здоровенный мужик, бандитской наружности, не бог весть откуда взявшийся на пороге моего дома. — Перебирай своими стройными ножками побыстрее.
Смотрю на него, мягко сказать, как на блаженного.
— И чего же ты ждешь? — уточняю.
— Когда ты начнешь собираться.
Кажется, он и головой весьма нехило приложился.
— Мужчина, психушка, к счастью, не здесь находится. Можете проваливать, сударь.
— Киселек, ты по ходу тупишь. Сейчас прикрываешь ротик и потопаешь собираться свои вещи.
— Зачем?
— С сегодняшнего дня ты живешь со мной.
***
Однажды я совершила фатальную ошибку.
Притащила домой незнакомца с пулей в боку.
Думала, проявляю милосердие. А в итоге подставила свою жизнь под угрозу.
Потому что мой слишком живой «пациент» пришел в себя и, поразмыслив, решил, что я принадлежу ему.

– Пожалуйста, нет! – реальность меня захлестнула, и я стала биться.
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!