Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena»

— Ну всё, мне холодно, — сказала она капризно и громко, и голос её долетел через дорогу легко и отчётливо. — Витя, ну что ты стоишь.
Витя.
Я не пошевелилась.
Виктор что-то ответил — тихо, я не расслышала. Она засмеялась опять, уже по-другому — довольно, — и обняла его. Прижалась лбом к его плечу, и он не отстранился. Его рука поднялась и легла ей на спину — медленно, без раздумий, как ложится на знакомое место.
— Питер — это хорошо, — сказала она. — Я уже соскучилась. Только я хочу тот же отель, что в прошлый раз, договорились?
— Договорились, — ответил он — тихо, довольно. Я знала этот голос. Этот тон. Только не думала, что он бывает не для меня.
Он открыл пассажирскую дверь. Она села, закинув ногу, пальто распахнулось ещё шире. Он обошёл машину и сел за руль.
«Volvo» тронулся и уехал.
Я стояла на тротуаре с пакетом в руках. Мимо шли люди. Кто-то толкнул плечом и не извинился. Светофор переключился на зелёный.

Я сидела в сторонке и смотрела на мужа. Слава сидел в том же кафе, где прошлой зимой нравоучал нашего сына не баловаться и сесть наконец прямо, чтобы ничего не разбить. А сейчас он с искренним интересом ждал здесь другую женщину, анонимную, незнакомую, которая в его голове, кажется, уже давно существовала. И это было хуже всего.
Я встала и пошла к нему.
Сначала он увидел только мою фигуру, потом поднял на меня глаза. На его лице мелькнуло что-то смешное и жалкое одновременно: глаза округлились от недоумения, тогда как на лице уже застыла отрепетированная широкая улыбка, адресованная явно не мне, а той, на свидание с которой он явился.
- Лиз... Ты?
Я села напротив, не спрашивая.
- А ты ждал кого-то другого?
Слава оглянулся по сторонам, будто искал выход. Но выхода уже не было. По плану дальше был только скандал.

- Папа с Катей встречается, - совершенно будничным тоном сообщает мне дочь.
Это звучит так… странно, малозначительно, что мне приходится переспросить:
- В каком смысле – встречается?
- Мам, ну что ты как ребёнок? Спит он с ней!
Я не знаю, что потрясает меня сильнее: сама новость об измене или спокойное отношение дочери к этому?
- Оль… тебе что, все равно, что папа мне изменяет?
- А что тут такого? У них ведь любовь!
***
Долгие годы брака, прекрасная дочь и мечты встретить с любимым человеком старость... Все, что у меня было, все, чем я жила, всегда было связано с ним - Демидом.
И все это рухнуло в один момент, когда дочь сообщила мне, что наш папа связался с её лучшей девятнадцатилетней подругой и у них, оказывается, безумная любовь.
И не просто любовь. Они хотят создать семью.

Лика, резко зажав рот ладонью и издав сдавленный, болезненный звук, бросилась в сторону ванной комнаты.
– Ой, Мая... опять накрыло... – донеслось до меня сквозь шум включенной воды. – Посмотри, пожалуйста, в моем телефоне... контакт «Врач Елена». Она моя подружка. Набери, спроси, что мне выпить от этой проклятой тошноты! Мне совсем плохо...
Смартфон Лики остался лежать на столе экраном вверх, поблескивая глянцевой поверхностью. На нем всё еще висело открытое окно мессенджера.
Последний диалог в списке – «Руслан».
Что?
О чем это они переписывались с моим мужем?
Мои пальцы сами собой открыли чат. В переписке фотография черно-белого изображения, на котором отчетливо угадывался крошечный плод.
И текст от Лики, напечатанный под снимком, как моя личная эпитафия: «Поздравляю, папа!»

— Я вернусь за тобой, Ясная. Женой моей будешь, — обещал он.
Я выходила его, полюбила, ждала. А он обманул, не вернулся. Женился на другой.
Я осталась одна. Беременная, преданная, под колесами чужой машины. Меня спас тот, кто потом стал моим тюремщиком: муж, хозяин города, для которого моя дочь лишь чужой «щенок».
Живое напоминание о другом.
А когда я попыталась сбежать, он отнял у меня всё.
Ребенка. Свободу.
И в день, когда я думала, что хуже уже не будет, в комнату для свиданий вошел он. Мой бывший.
Полковник. Каменное лицо в шрамах от ожога, лед в глазах. Тот самый, кого я три года назад вычеркнула из сердца. Похоронила.
— У вас только один шанс выйти на свободу, гражданка Воронцова. Сдать мужа, — обронил он. Как чужой.
Только глаза сверкнули затаенной ненавистью.
Он не знает, что у меня растет дочь.
Его дочь.
И не догадывается, что по ночам я всё еще шепчу его имя.

БЕСПЛАТНО
— Ты опять в этом ходишь? — он смотрит на меня и кривится.
Я машинально тяну край кофты вниз.
— Мне удобно.
— Удобно… — усмехается. — Ты себя в зеркало видела?
Я поднимаю глаза. Внутри что-то щелкает. Мерзкая догадка.
— У тебя есть другая?
Он выдыхает.
— Да.
В тот же вечер я ухожу. С одной сумкой. С ощущением, что меня променяли на любовницу.
На следующий день — новая работа. Я стою перед зеркалом в чужой рубашке, которая тянет на груди, и думаю только об одном: не разреветься.
— У нас тут не жалеют, — говорит он.
— Я не прошу, — отвечаю.
Он — мой босс. Жёсткий, холодный. С ним нельзя быть слабой.
А потом появляется она.
— Теперь понятно, почему он ушёл, — улыбается, разглядывая меня.
И в этот момент я понимаю: я больше не буду подстраиваться.
Только вот проблема… единственный мужчина, перед которым мне хочется выпрямиться — это мой босс.

— Мужчине иногда нужно сбрасывать пар. Желание постоянно получать новые впечатления никто никогда не отменял, — хмыкает муж.
— Новые впечатления? Ты так называешь свою измену? — неверяще смотрю на него.
— А что такого? Мы женаты двадцать лет. Ты же сама понимаешь, что отношения в таком долгом браке в какой-то момент изживают себя. Я старался как мог, а ты не хотела поддерживать огонь между нами, вот я и нашел способ остаться с тобой... получая эмоции от другой.
— А развестись ты со мной просто не мог?
— Зачем? — искренне удивляется муж. — Я же знаю, что все равно нагуляюсь и вернусь к тебе с пониманием, что люблю тебя больше всех на свете.

Восемь лет прошло с момента нашего развода.
Восемь!
Я давно начала новую жизнь, создала новую семью.
Но бывший муж все равно явился-незапылился со словами:

— Я вернулся! Люби меня, бывшая жена!
— Ты дурак? Я давно замужем!
— Кстати, об этом… мы с твоим мужем договорились, он отдал тебя мне!

– Вика, ты готова? – раздается голос Кати из-за двери. – Такси через пять минут!
– Дети у родителей?
– Да, вчера отвезла.
– А Виктор?
– На вахте
– Отлично
Ты – потрясающая мать, отличная жена, и ты заслуживаешь отдохнуть. Голос лучшей подруги звучит подбадривающе…
– Кстати, вот ключи от квартиры.
– Приглядишь за всем?
– Разумеется.
– Все будет хорошо, – говорит она уверенно. – Эта неделя изменит все. Ты вернешься отдохнувшей и жизнь заиграет новыми красками…
***
Виктор стоит на пороге квартиры. Должен был вернуться только через две недели, но неожиданно отпустили раньше. Он проходит в гостиную и замирает. На диване сидит женщина.
– Катя? – произносит Виктор
– Витя? Господи, ты меня напугал
***
Катя протягивает руку через стол и накрывает его ладонь своей. Прикосновение теплое, успокаивающее.
Виктор ведет ее в спальню...
– Это случилось, – говорит она тихо. – И мы не можем это изменить.
Виктор закрывает глаза. Что он наделал? Как он посмотрит Вике в глаза?

— Мама, мне страшно тебе это показывать, но ты должна знать... — дочь протягивает телефон.
На экране мой муж целуется с какой-то длинноногой мымрой в красном платье. Наш брак превращается в руины.
— Да ей не больше двадцати! С силиконовыми буферами и мозгами размером с горошину!
— Это какая-то ошибка! Папа не мог...
— Открой глаза! Это точно он — вот его машина, часы, даже шрам на руке!
Двадцать лет я была идеальной женой — стирала его рубашки, варила супчики, засыпала одна, пока он срывался в командировки. А этот предатель завёл молодую подстилку, едва получив повышение!
Следую за ним до парка.
И когда вижу, КТО эта женщина, земля уходит из-под ног… Этого не может быть!
Всё, война объявлена.
И победителем из неё выйду только я!

Стою в темном коридоре его офиса и не могу пошевелиться. Сердце стучит так громко, что, кажется, они услышат.
– Здесь неудобно, – раздаётся голос мужа. – В следующий раз надо будет снять номер в отеле.
– Зато очень романтично, – молодой женский голос, такой лёгкий, беззаботный. – А давай лучше в следующий раз в аудитории нашего университета? Строгий преподаватель и студентка-двоечница! Самое то.
Она хихикает.
Руки трясутся.
Я делаю шаг к двери. Еще один. Поворачиваю ручку, вхожу, щёлкаю выключателем.
Яркий свет заливает кабинет.
На кожаном диване сидит Влад. У него на коленях – девчонка, лет двадцати с чем-то. Они щурятся, торопливо хватают вещи, прикрываются ими.
– Анна, как...? – он замирает на полуслове.
Я смотрю ему в глаза. В моём взгляде боль и презрение.
Просто смотрю.
Пять секунд. Десять.
Потом разворачиваюсь и ухожу.
Все эти годы врачей. Анализов. Надежды, которая умирала каждый месяц. Таблеток. Слёз.
А он тратил себя на неё.