Книги в жанре «Женский роман» по тегу «razvod»

Спальня в конце коридора. Я толкаю дверь.
Секунда – и я понимаю всё.
Их двое. В нашей постели. Леонид, мой муж, и женщина. Светловолосая. Она лежит рядом с моим мужем, и это так очевидно, так обыденно, так – будто они здесь у себя дома, а чужая здесь я.
Леонид просыпается – наверное, от звука двери. Поднимает голову. Видит меня.
Первые секунды – тишина.
А потом что-то внутри меня лопается.
Я не помню, как беру вазу. Не помню замаха. Помню только звук – оглушительный треск, когда фарфор встречается со стеной, и белые осколки летят по тёмному полу.
– Что ты делаешь?! – голос Леонида – резкий, злой, совсем не испуганный.
– Кто она?

— Скажу честно, Зоя, я тебе изменил. Но это случилось по ошибке…
Он произносит это с холодом, без капли раскаяния, пока я лежу на больничной кровати, прижимая ладонь к животу.
Ещё утром я чувствовала шевеления, а сейчас... сейчас всё.
Господи, как же больно.
Он целовал её. Раздевал прямо на моих глазах, зная, что я рядом! В тот момент мне не хотелось жить.
— Хочу развод. Ты больше для меня никто...
— Зоя, — вздыхает он, качая головой, — не бросайся такими грубыми словами сгоряча. Брак для меня — святое.
— Хватит издеваться! Ты делал с ней это прямо при мне!
Пауза. Лицо Руслана меняется за секунду.
— А знаешь что? Будь по-твоему. Но я уверен, ты и недели без меня не протянешь. А Марьяна будет мне очень рада...
Снимает с пальца кольцо, оставляя на тумбочке.
— Можешь сдать в ломбард и оплатить адвоката.

***

Он причинил мне невыносимую боль. Разбил сердце и ушел. Я была уверена, что мы больше не увидимся никогда.
Если бы не то, что случилось в день развода…

– Таня? – ошеломленно моргает бывший муж, взирая на мой живот.

– Выглядите… замечательно, – хихикает его любовница. – Зря вы надели синее платье, красное было бы в самый раз. Прямо как пожарная машина.

– А вы, кажется, еще больше похудели… Это старое платье, или я ошибаюсь? – бросаю ответную колкость я.

Муж изменил, а я ушла беременной, ничего ему не сказав… Не захотела, чтобы моего малыша растил предатель…

А теперь мы встретились снова…

Я – счастливая бывшая в сопровождении главного конкурента мужа и шикарного мужчины.

Да и мой благоверный поймал удачу за хвост: у него новая, перспективная должность и шикарная, молодая любовница…

А потом идеальная картинка, вдруг, рассыпается…

Я узнаю еще одну страшную тайну, и она меняет мою жизнь полностью…

🦋ПОЛНЫЙ ТЕКСТ!🦋
— Не умеешь ты так как она меня ублажать, — признается Демид снимая пиджак и бросая его на спинку нашего нового кожаного дивана. — Не получается у тебя. Видимо, постарела.
Смотрю на мужа и сердце в груди словно разрывается на части. После стольких лет брака! Как он может меня в этом упрекать? Как у него вообще язык поворачивается?
Не сразу даже понимаю, что боль — не только от его слов, но и от того, насколько цинично он мне это говорит. Так спокойно, буднично, с легкой ленцой в голосе, будто обсуждает какую-то мелочь, сущую ерунду, а не ломает меня пополам.
Я медленно выпрямляюсь, сжимая пальцы так, что ногти впиваются в ладони.
— Ну, прости! В сорок плюс тяжеловато сутками стоять на четвереньках с раскрытым ртом, — каркаю в ответ, сама не узнавая свой голос.
Демид смотрит на меня своим тёмно-карими глазами и нагло так усмехается.
💕ЭМОЦИОНАЛЬНО!💕
💕ПРЕДАТЕЛИ ПОЛУЧАТ ПО ЗАСЛУГАМ!💕
💕ХЭ ДЛЯ ГЕРОИНИ!💕

— Ты бросаешь меня после того, как я тебе жизнь спасла? В тот момент, когда я больше всего на свете в тебе нуждаюсь? — сидя на больничной койке, смотрю на мужа, который пришел сообщить мне "новость" о разводе.
— Мне выдался второй шанс на счастье, и я хочу им воспользоваться по полной, — пожимает плечами Лев, в его глазах нет ни капли раскаяния. — Прости, но чахнуть сидя у кровати больной жены, я не собираюсь.
А я ведь "чахла" и даже почку мужу отдала, когда его обе отказали. А он... он отплатил мне изменой.
— Лучше жить полной жизнью с моей племянницей ?
— Ты знаешь? — удивляется он, а потом отмахивается. — Неважно. Да, я влюбился в Кристину, и уверен, мы с ней можем построить что-то стоящее, а ты... ну... не болей.

Десять лет! Десять лет брака закончились тем, что я поняла, что даже самым родным людям доверять нельзя. Но на этом мои испытания не закончились.

— Олег? Я привезла тебе обед. Ты забыл.
Мой муж резко обернулся. На его лице за секунду сменилось несколько выражений — удивление, досада и то, что я меньше всего ожидала увидеть. Страх.
— Марина? — он шагнул ко мне, заслоняя собой женщину, которая поправляла блузку. — Я же говорил — никаких визитов без предупреждения!
— Я просто обед привезла, — повторила я.
Женщина спокойно сползла со стола, поставила бокал на подоконник и стала поправлять юбку. На ее лице не было ни капли смущения.
— Олеж, я пойду, пожалуй, — сказала она лениво. — Позвони, как освободишься.
И вышла из кабинета, цокая каблуками. Проходя мимо, даже не взглянула на меня. Я для нее не существовала.

«От тебя пахнет борщом, а не духами. Ты просто прислуга в моём доме».
Муж сказал это после двадцати лет брака, когда я узнала об измене. В сорок лет я осталась у разбитого корыта: ни денег, ни жилья, только горькое клеймо «разведенка». Но у меня есть сын, который не дал мне сломаться, и я решила бороться.

Дрожащими руками Анжела открывает конверт и достает плотный лист бумаги.
«Привет, непослушная дочь. Это твой отец. Я очень слаб и не в силах писать длинные послания. Поэтому перейдем к делу!
Все нужные данные находятся у моего поручителя, который в любое время расскажет, что делать, если ты решишься исполнить мой завет.
У тебя есть ровно двадцать четыре часа, чтобы позвонить ему и сказать свое «Да». Его телефон ты найдешь в визитке в конверте.
Итак! Я завещаю тебе десять миллионов долларов, а также твоему мужу пять миллионов долларов, если вы выполните три моих требования:
1. Вы разводитесь.
2. Ты уезжаешь в другую страну (лучше всего - с дочерью, но это на твое усмотрение) и не возвращаешься в течение трех лет. Все затраты на переезд лежат на мне, работой я тоже тебя обеспечу.
3. Все это время ты не видишься с мужем, и вы не общаетесь. Даже в интернете! Никакого общения. Вы разведены и строите новую жизнь.

ЗАВЕРШЕНО!
Поднимаюсь на второй этаж. Коридор тускло освещён, а двери прикрыты. Слышу голос мужа. Замираю.
— Да, детка, это была охренительная идея, спрятаться здесь... — говорит Сергей с придыханием, будто наслаждается моментом.
Замираю, как вкопанная. И сердце стучит так, что за его гулом в ушах плохо разбираю, что мямлит в ответ женский голос.
Да нет же, не мямлит, мычит и мерзко причмокивает!
Понимаю, что мой муж сейчас там... с Катей... Со своей бывшей.
Делаю глубокий вдох, а потом распахиваю дверь настежь, чтобы застать этих двоих врасплох.
Кажется, более мерзкой картины я в жизни не видела... Нет, это конец, развод. Выбраться бы только из этого чёртового коттеджа, что расположен в трёх часах езды от города.

– Альберт, у тебя есть вторая семья? – спрашиваю мужа, замерев в дверях его кабинета.
Он поднимает голову, смотрит равнодушно.
– Есть. И это не должно тебя волновать, – его взгляд возвращается к экрану ноутбука.
Как будто там нечто гораздо важнее меня. И я даже догадываюсь, что.
Вернее, кто. Его любовница, у которой от моего мужа двое милых близнецов. И сейчас Альберт любуется их фотографией.
Я вижу это в отражении окна за его спиной.
Мне сорок три, а ей едва за двадцать. Мужу сорок пять.
– Она же годится тебе в дочери! – шепчу, цепляясь за дверной косяк, чтобы не упасть.
– Ну и? Зато ее я люблю, а тебя терплю, дорогая. И мое терпение давно на исходе.

— Мне Павел изменил, — мой голос предательски дрожит.
На лице Макара Константиновича ничего не отражается. Ни удивления, ни сочувствия. Только напряжённость в линии челюсти. Он медленно делает шаг вперёд.
— Он… у него другая.
В комнате наступает тишина. Я чувствую, как воздух становится гуще, как обостряются все мои чувства. Макар Константинович не спешит говорить. Он просто стоит, тяжело разглядывая меня, словно оценивая масштаб катастрофы.
— Где он сейчас? — наконец спрашивает он.
Я прикусываю губу.
— Не знаю… дома, наверное. Или… нет, не знаю.
Он медленно качает головой.
— Изменил... Шли его на ***, — спокойно констатирует мамин муж.
— Макар! — осаживает его мама.
Наверное, это единственная женщина, которая в его присутствии смеет повышать голос.
Я вздрагиваю. Его голос ледяной, безразличный. Он не говорит слов утешения, не предлагает помощь. Только констатирует факт.
— А что? — спокойно спрашивает он. — Ему только туда и дорога.
— Что мне делать? — мой голос звучит глу