Книги по тегу «бандит»: ""
Отец подруги, настоящий бандит. Опасный, жестокий, властный мужчина. Он спас меня, и теперь я осталась в его доме.
Я оказалась в его ловушке. И кажется, я не хочу уходить.
И теперь должна отплатить за спасение... своей невинностью?
Я оказалась в его ловушке. И кажется, я не хочу уходить.
И теперь должна отплатить за спасение... своей невинностью?
- Смотри туда, - средним пальцем Велиев ткнул в стекло. - Это моя тачка. Которую только что разукрасил твой ученик.
- Боже, - сощурилась на залитую солнцем площадку перед крыльцом и дорогой черный БМВ...
Украшенный неприличным рисунком.
- Вызывай сюда родителей этого придурка, - потребовал Велиев. И показал мне фотографию, на которой рядом с машиной я увидела собственного младшего брата с цветным баллончиком в руках. - Что стоишь, училка?
- Ох. Понимаете, родители у парня в другом городе, здесь только сестра...старшая, - выдохнула. - Она сейчас очень занята...
- Че ты мне лечишь, - отец ученика угрожающе надвинулся на меня. - Если через полчаса сестра его не метнется сюда - этот придурок малолетний до самого выпускного мою машину будет бесплатно мыть. А сестрица его. До самого лета. Каждое утро. Будет мне делать омлет, - сказал он четко.
С паузами.
Глядя мне в глаза.
И толкнулся в меня бедрами.
- Боже, - сощурилась на залитую солнцем площадку перед крыльцом и дорогой черный БМВ...
Украшенный неприличным рисунком.
- Вызывай сюда родителей этого придурка, - потребовал Велиев. И показал мне фотографию, на которой рядом с машиной я увидела собственного младшего брата с цветным баллончиком в руках. - Что стоишь, училка?
- Ох. Понимаете, родители у парня в другом городе, здесь только сестра...старшая, - выдохнула. - Она сейчас очень занята...
- Че ты мне лечишь, - отец ученика угрожающе надвинулся на меня. - Если через полчаса сестра его не метнется сюда - этот придурок малолетний до самого выпускного мою машину будет бесплатно мыть. А сестрица его. До самого лета. Каждое утро. Будет мне делать омлет, - сказал он четко.
С паузами.
Глядя мне в глаза.
И толкнулся в меня бедрами.
Будучи маленькой девочкой, я решила отомстить тем, кто убил мою мать. Я решила во что бы то ни стало, пристрелить всех, кто имел к этому отношение. Но почему, зная о том мужчине всё... моё тело жаждет его прикосновений?
На моём пути появилась рыжая бестия, смотрящая на меня с ненавистью, но играющая роль невинного цветка. А может она и есть цветок, который нужно полюбить? А могу ли я?
На моём пути появилась рыжая бестия, смотрящая на меня с ненавистью, но играющая роль невинного цветка. А может она и есть цветок, который нужно полюбить? А могу ли я?
- Спасибо вам большое за помощь, - немного запинаясь, говорю я.
- Твоё спасибо мне не надо, - отвечает мужчина.
- Не надо? А что надо?
Разговарию с Бурым, а сама подцепляю пальцами ручку дверцы. Даже если выпаду на дорогу - не страшно. Страшно сейчас находиться с этим мужчиной наедине. Он смотрит мне прямо в глаза, а чувство такое, будто в душу заглядывает, завораживает, давит своей тяжёлой энергетикой, к месту прибивает.
- Рот, - хищно скалясь, выдаёт Бурый.
- Р-рот? - пищу я, заикаясь.
Убегая от отморозков, я прошу помощи у незнакомца, совершенно не подозревая, насколько дорого он мне обойдётся. Ведь мой спаситель - известный в городе криминальный авторитет...
- Твоё спасибо мне не надо, - отвечает мужчина.
- Не надо? А что надо?
Разговарию с Бурым, а сама подцепляю пальцами ручку дверцы. Даже если выпаду на дорогу - не страшно. Страшно сейчас находиться с этим мужчиной наедине. Он смотрит мне прямо в глаза, а чувство такое, будто в душу заглядывает, завораживает, давит своей тяжёлой энергетикой, к месту прибивает.
- Рот, - хищно скалясь, выдаёт Бурый.
- Р-рот? - пищу я, заикаясь.
Убегая от отморозков, я прошу помощи у незнакомца, совершенно не подозревая, насколько дорого он мне обойдётся. Ведь мой спаситель - известный в городе криминальный авторитет...
В этом сборнике собраны рассказы о нелёгких буднях сотрудников полиции, Росгвардии, следственных органов, а также о бандитах и как любовь и человечность меняет мир к лучшему.
Когда судьба сталкивает людей в одной точке, это начало чего то захватывающего.
А когда это столкновение приносит за собой любовь, боль, разочарования и жертвы?
Мила - девочка с авторитарной мамой которая вбивала ей своё виденье этой жизни.
Клим - мужчина который никогда и ничего не боялся, всегда готов погибнуть и не расчитывает на чью либо помощь.
Смогут ли эти две параллельные прямые стать одним целым и принять реалии мира?
А когда это столкновение приносит за собой любовь, боль, разочарования и жертвы?
Мила - девочка с авторитарной мамой которая вбивала ей своё виденье этой жизни.
Клим - мужчина который никогда и ничего не боялся, всегда готов погибнуть и не расчитывает на чью либо помощь.
Смогут ли эти две параллельные прямые стать одним целым и принять реалии мира?
- У меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться, - заявляю уверенно и внимательно слежу за реакцией Ани.
- Да ладно?
Усмехается, не верит. Зря.
- Я устраню причину, по которой ты работаешь на Бурого. Ты станешь абсолютно свободна, неприкосновенна, вернёшься к своим трудным подросткам….
Я вижу, как она вся подбирается. Не верит, но в глазах вспыхивает надежда. От волнения она прикусывает губу.
- Взамен? – всё же спрашивает она.
- Ты только моя на месяц. Вылетаем в Питер на этой неделе.
Я замираю в предвкушении, скрещиваю руки на груди, смотрю на неё. Жду, когда она приоткроет свои пухлые губы и скажет: «Я согласна».
- Минута на размышление. Выбирай. Свободная жизнь или жизнь в постоянном страхе. Принимаешь моё предложение? Да или…
- Нет! – она обрывает меня, даже не дав договорить.
Тут же поднимается и быстрым шагом идёт к двери.
НЕТ???
Какого..???
- Да ладно?
Усмехается, не верит. Зря.
- Я устраню причину, по которой ты работаешь на Бурого. Ты станешь абсолютно свободна, неприкосновенна, вернёшься к своим трудным подросткам….
Я вижу, как она вся подбирается. Не верит, но в глазах вспыхивает надежда. От волнения она прикусывает губу.
- Взамен? – всё же спрашивает она.
- Ты только моя на месяц. Вылетаем в Питер на этой неделе.
Я замираю в предвкушении, скрещиваю руки на груди, смотрю на неё. Жду, когда она приоткроет свои пухлые губы и скажет: «Я согласна».
- Минута на размышление. Выбирай. Свободная жизнь или жизнь в постоянном страхе. Принимаешь моё предложение? Да или…
- Нет! – она обрывает меня, даже не дав договорить.
Тут же поднимается и быстрым шагом идёт к двери.
НЕТ???
Какого..???
Два разных мужчины. Два разных мира. Но методы одинаковые.
Агрон был хищником. Когда он трогал её, тело подчинялось — само, против её воли. Он умел брать. И не отдавал того, что принадлежало ему.
Варг был другим. Он был её щитом. Знал, как найти правильные слова, когда весь мир оборачивался против Саги. Но когда они были вместе — он тоже брал. По-своему.
Она не могла объяснить разницу. Но чувствовала: и тот, и другой хотели обладать ей. Хотели. Как своё.
Варг — бессмертный воин, веками скитающийся от битвы к битве. Агрон — глава преступного албанского клана, одержимый страстью, которая способна сжечь весь Стокгольм. Сага, дочь успешного предпринимателя, — их надежда и живое проклятие. Связь с ней оборачивается для обоих тем, чего они всегда избегали — слабостью. Один рискует Вальхаллой. Другой — криминальной империей. Но кем готова пожертвовать сама Сага?
— За что вы дерётесь?
— За то, что хотим. За то, что любим. За то, что не можем отпустить. Ты знаешь, за что.
Агрон был хищником. Когда он трогал её, тело подчинялось — само, против её воли. Он умел брать. И не отдавал того, что принадлежало ему.
Варг был другим. Он был её щитом. Знал, как найти правильные слова, когда весь мир оборачивался против Саги. Но когда они были вместе — он тоже брал. По-своему.
Она не могла объяснить разницу. Но чувствовала: и тот, и другой хотели обладать ей. Хотели. Как своё.
Варг — бессмертный воин, веками скитающийся от битвы к битве. Агрон — глава преступного албанского клана, одержимый страстью, которая способна сжечь весь Стокгольм. Сага, дочь успешного предпринимателя, — их надежда и живое проклятие. Связь с ней оборачивается для обоих тем, чего они всегда избегали — слабостью. Один рискует Вальхаллой. Другой — криминальной империей. Но кем готова пожертвовать сама Сага?
— За что вы дерётесь?
— За то, что хотим. За то, что любим. За то, что не можем отпустить. Ты знаешь, за что.
Рома Карасев, сын бандита, с которым мы дружили с детского сада, а после сидели за одной партой в элитной школе. Как только Карась научился разговаривать, стал нашёптывать всякое разное мне на ушко, что я впитывала с самого детства, до щекотки и мурашек по телу. Позже он учился в Лондоне, но на первом курсе мы снова оказались в одном аквариуме.
Я до сих пор не понимаю, как этот псих, Омен, умудрился сделать из меня свою «вещь».
Я до сих пор не понимаю, как этот псих, Омен, умудрился сделать из меня свою «вещь».
Незнакомец не дёргается. Он лишь чуть сильнее прижимает меня к себе, и от этого мне становится ещё страшнее.
— Соколов! Оружие на пол! Руки так, чтобы я видел! — снова раздается голос и аккуратные шаги по битому стеклу.
Внезапно мой спаситель хватает меня за здоровое плечо и рывком поднимает на ноги вместе с собой.
Холодное дуло пистолета утыкается в мой висок, а я закусываю губу до крови.
— Стоять на месте! У меня заложница!
Мое сердце бьется так, словно вот-вот пробьет грудную клетку. Меня спасли лишь для того, чтобы сделать пушечным мясом...
— Соколов! Оружие на пол! Руки так, чтобы я видел! — снова раздается голос и аккуратные шаги по битому стеклу.
Внезапно мой спаситель хватает меня за здоровое плечо и рывком поднимает на ноги вместе с собой.
Холодное дуло пистолета утыкается в мой висок, а я закусываю губу до крови.
— Стоять на месте! У меня заложница!
Мое сердце бьется так, словно вот-вот пробьет грудную клетку. Меня спасли лишь для того, чтобы сделать пушечным мясом...
Выберите полку для книги