Книги по тегу «властный герой»: ""
— Сам вылезешь или за шкирку?
— Не надо за шкилку! — звучит вдруг тоненько и следом раздается всхлип.
Из-за стола сперва показывается курчавая темная макушка, а потом заплаканное детское лицо. Кажется, девчонке не больше шести.
— Ты кто? — спрашиваю первое, что приходит на ум.
Откуда здесь, черт возьми, взялся ребенок? Да еще и в такое время.
— Любаша, — снова хлюпает носом.
— Как сюда попала? И с кем пришла?
Девчонка мнется, кусает губу. Опускает вниз слипшиеся ресницы и отвечает:
— Я Сухаля искала.
— Зачем тебе Сухарь?
Догадаться, что Сухарь это я, не сложно. Само собой, мне известно, как меня называют подчиненные.
— Потому что он злодей. Он и Ольга логопед. Я хотела им сказать, чтобы маму не обижали. И чтоб не жлали ее, она холошая. А они — нет.
— Так… И?
— И потелялась…
Голос становится совсем тихим. Большущие градины слез ползут вниз по щекам, а я ума не приложу, что делать и чей это ребенок. И самое главное, как она оказалась в моем кабинете?
— Не надо за шкилку! — звучит вдруг тоненько и следом раздается всхлип.
Из-за стола сперва показывается курчавая темная макушка, а потом заплаканное детское лицо. Кажется, девчонке не больше шести.
— Ты кто? — спрашиваю первое, что приходит на ум.
Откуда здесь, черт возьми, взялся ребенок? Да еще и в такое время.
— Любаша, — снова хлюпает носом.
— Как сюда попала? И с кем пришла?
Девчонка мнется, кусает губу. Опускает вниз слипшиеся ресницы и отвечает:
— Я Сухаля искала.
— Зачем тебе Сухарь?
Догадаться, что Сухарь это я, не сложно. Само собой, мне известно, как меня называют подчиненные.
— Потому что он злодей. Он и Ольга логопед. Я хотела им сказать, чтобы маму не обижали. И чтоб не жлали ее, она холошая. А они — нет.
— Так… И?
— И потелялась…
Голос становится совсем тихим. Большущие градины слез ползут вниз по щекам, а я ума не приложу, что делать и чей это ребенок. И самое главное, как она оказалась в моем кабинете?
Семь лет назад он называл меня Пышкой и клялся в любви под проливным дождем. А сегодня боевой генерал Леонид Морозов смотрит сквозь меня, как на пустое место, и цедит сквозь зубы, оценивая ущерб своей «танкетки», которую я поцарапала старой развалюхой. Он не узнал во мне ту худую девчонку с отчаянным сердцем. И уж точно не подозревает, что шестилетний мальчишка с его ямочкой на подбородке и серыми глазами, рисующий танки на полях, — его родной сын.
Теперь он — властный генерал, которого сплавили муштровать курсантов. А я, Василиса, — пышная, шумная училка младших классов и мать-одиночка, привыкшая тащить всё на себе. Только вот однажды тайна моего сына перестанет быть тайной, и Леониду придется заново (не)узнать меня — ту самую, кого он потерял семь лет назад.
Сможет ли боевой генерал, привыкший брать крепости штурмом, завоевать сердце обычной Пышки, которая боится снова поверить в любовь? Или прошлое, полное лжи и недомолвок, оставит нас на руинах недосказанных слов?
Теперь он — властный генерал, которого сплавили муштровать курсантов. А я, Василиса, — пышная, шумная училка младших классов и мать-одиночка, привыкшая тащить всё на себе. Только вот однажды тайна моего сына перестанет быть тайной, и Леониду придется заново (не)узнать меня — ту самую, кого он потерял семь лет назад.
Сможет ли боевой генерал, привыкший брать крепости штурмом, завоевать сердце обычной Пышки, которая боится снова поверить в любовь? Или прошлое, полное лжи и недомолвок, оставит нас на руинах недосказанных слов?
Шесть лет назад Максим выбрал ложь вместо меня и подписал развод, не зная, что я ухожу не одна. Теперь он снова стоит на пороге моей жизни — успешный, чужой и слишком поздно вспомнивший о любви.
Только за моей спиной живёт девочка с его глазами. Моя дочь. Его дочь, о которой он не должен был узнать.
Я не позволю ему ворваться в её мир и сломать его так же, как когда-то он сломал мой. Но прошлое уже вернулось, и теперь Максиму придётся доказать поступками, что он достоин не только правды, но и права быть рядом.
Вот только я не забыла, какой ценой мне досталась наша жизнь без него. И второй шанс не дают за красивые слова.
Только за моей спиной живёт девочка с его глазами. Моя дочь. Его дочь, о которой он не должен был узнать.
Я не позволю ему ворваться в её мир и сломать его так же, как когда-то он сломал мой. Но прошлое уже вернулось, и теперь Максиму придётся доказать поступками, что он достоин не только правды, но и права быть рядом.
Вот только я не забыла, какой ценой мне досталась наша жизнь без него. И второй шанс не дают за красивые слова.
— Паша, сколько это будет продолжаться? — слышу женский голос за дверью кабинета главврача и замираю.
— Не сейчас, — отвечает мой муж. — Я все решу.
— Когда? Мне надоело прятаться.
Я толкаю дверь и вхожу.
Муж резко оборачивается, а его любовница медленно слезает с края стола и поправляет юбку.
— Раз уж ты все увидела, скажу прямо, — холодно произносит он. — Да, у меня другая. Я ухожу.
— Куда? — спрашиваю, потому что в ушах уже шумит.
— Из семьи. Хватит делать вид, что у нас все нормально.
— И ты думал уйти вот так? Тихо? Красиво?
Муж смотрит на меня с раздражением, будто это я все испортила.
А я вдруг понимаю главное.
— Нет, Паша, — говорю ему прямо в лицо. — Ты не уйдешь красиво.
Я думала, у меня крепкая семья. Работа в больнице, дом, сын, уставшая, но нормальная жизнь. Пока однажды не застала мужа с любовницей в его кабинете. Он уже давно все решил: бросить меня, создать себе удобную репутацию, оставить мне боль и сделать вид, что это обычный развод.
Только он не учел од
— Не сейчас, — отвечает мой муж. — Я все решу.
— Когда? Мне надоело прятаться.
Я толкаю дверь и вхожу.
Муж резко оборачивается, а его любовница медленно слезает с края стола и поправляет юбку.
— Раз уж ты все увидела, скажу прямо, — холодно произносит он. — Да, у меня другая. Я ухожу.
— Куда? — спрашиваю, потому что в ушах уже шумит.
— Из семьи. Хватит делать вид, что у нас все нормально.
— И ты думал уйти вот так? Тихо? Красиво?
Муж смотрит на меня с раздражением, будто это я все испортила.
А я вдруг понимаю главное.
— Нет, Паша, — говорю ему прямо в лицо. — Ты не уйдешь красиво.
Я думала, у меня крепкая семья. Работа в больнице, дом, сын, уставшая, но нормальная жизнь. Пока однажды не застала мужа с любовницей в его кабинете. Он уже давно все решил: бросить меня, создать себе удобную репутацию, оставить мне боль и сделать вид, что это обычный развод.
Только он не учел од
Меня продали за долги. А он купил — как вещь, как трофей, как свою собственность. Осмотрел, унизил, заставил раздеться. Ждал, когда сама попрошу. Сломал мою гордость, спас от пули, завладел телом и сердцем. А когда я забеременела, поняла: от него не сбежать. Дикий, жестокий, мой.
Продана. Сломлена. И всё равно его. Дикий кавказец не отпустит.
Продана. Сломлена. И всё равно его. Дикий кавказец не отпустит.
Лиза была лучшим садовником в элитном садовом центре, пока один крайне неудачно упавший кактус не отправил её прямиком в Обитель Вечной Тьмы. Теперь вместо цветущих оранжерей Майами перед ней — мрачный готический замок, заваленный вековой пылью, и его хозяин — прекрасный, но совершенно невыносимый Повелитель Тьмы.
Дариан привык, что всё живое вокруг него вянет, а подданные дрожат от ужаса. Но он ещё не сталкивался с Лизой. У неё в кармане — секатор, в сумке — чудодейственные удобрения, а в голове — твердое убеждение, что любое проклятие можно победить генеральной уборкой и правильным поливом.
Пока Тёмный Совет строит козни, а бывшие невесты насылают магическую саранчу, Лиза берется за дело.
Дариан привык, что всё живое вокруг него вянет, а подданные дрожат от ужаса. Но он ещё не сталкивался с Лизой. У неё в кармане — секатор, в сумке — чудодейственные удобрения, а в голове — твердое убеждение, что любое проклятие можно победить генеральной уборкой и правильным поливом.
Пока Тёмный Совет строит козни, а бывшие невесты насылают магическую саранчу, Лиза берется за дело.
Моя поездка в Индию к океану была мечтой! Наконец-то, она сбылась…
Океан был добр ко мне, ласков, пока не обернулся самым страшным зверем!
Близкие люди предали меня, я чуть не погибла. И теперь вместо моих планов, я на необитаемом острове среди сильных, властных мужчин. Они не дикари. Они слишком умны. Слишком сдержанны. Но они знаю толк в искушениях…
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Океан был добр ко мне, ласков, пока не обернулся самым страшным зверем!
Близкие люди предали меня, я чуть не погибла. И теперь вместо моих планов, я на необитаемом острове среди сильных, властных мужчин. Они не дикари. Они слишком умны. Слишком сдержанны. Но они знаю толк в искушениях…
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
— Вы мне не подходите для зала.
— Это вы по моему лицу поняли или по размеру?
Шеф медленно поднимает на меня взгляд. Холодный, тяжелый, такой, от которого хочется либо сбежать, либо сказать что-нибудь дерзкое.
— По характеру, — отвечает он. — Слишком острый.
— Зато честный.
— Вот это и проблема.
Я пришла в его ресторан за работой, а не за мужчиной с каменным лицом и руками, которые умеют держать кухню, людей и меня — слишком уверенно. Я полная. Не удобная картинка для открытой кухни. Не та, кого ставят рядом с шефом перед важными гостями и камерами. Но почему-то именно меня Давид оставляет возле себя, когда все летит к черту: сорванные поставки, чужие интриги, слухи, его тяжелая семья и женщины, которых рядом с ним считают куда более подходящими.
— Это вы по моему лицу поняли или по размеру?
Шеф медленно поднимает на меня взгляд. Холодный, тяжелый, такой, от которого хочется либо сбежать, либо сказать что-нибудь дерзкое.
— По характеру, — отвечает он. — Слишком острый.
— Зато честный.
— Вот это и проблема.
Я пришла в его ресторан за работой, а не за мужчиной с каменным лицом и руками, которые умеют держать кухню, людей и меня — слишком уверенно. Я полная. Не удобная картинка для открытой кухни. Не та, кого ставят рядом с шефом перед важными гостями и камерами. Но почему-то именно меня Давид оставляет возле себя, когда все летит к черту: сорванные поставки, чужие интриги, слухи, его тяжелая семья и женщины, которых рядом с ним считают куда более подходящими.
Брат подруги, люблю его, хочу его , но для него я пустое место, пока не добилась своего , но чувствую скоро
Долг. Кровь. Женщина.
Алан и Дамир не берут чужого. Но когда их род теряет миллионы из-за одной подписи, они приходят за ней. Вероника — пышная, красивая, с глазами, которые врут только когда молчат.
В горах Кавказа свои законы. И теперь её тело — часть сделки.
Двое братьев. Одна пышка. Ноль шансов уйти прежней.
Алан и Дамир не берут чужого. Но когда их род теряет миллионы из-за одной подписи, они приходят за ней. Вероника — пышная, красивая, с глазами, которые врут только когда молчат.
В горах Кавказа свои законы. И теперь её тело — часть сделки.
Двое братьев. Одна пышка. Ноль шансов уйти прежней.
Выберите полку для книги