Книги по тегу «истинная пара»: ""
Глеб Удальцов исчез. Диана уверена: он использовал её. Исчез, когда тайна оказалась под угрозой. Избил её коллегу.
Но почему сердце всё ещё ждёт? Почему в деле о нападениях появляется кровь, которая не может принадлежать человеку?
Она охотится на зверя по долгу службы. Он бежит от самого себя — ради её безопасности.
Ложь, в которую они оба поверили, рухнет. Вопрос только в том, кто выживет.
Но почему сердце всё ещё ждёт? Почему в деле о нападениях появляется кровь, которая не может принадлежать человеку?
Она охотится на зверя по долгу службы. Он бежит от самого себя — ради её безопасности.
Ложь, в которую они оба поверили, рухнет. Вопрос только в том, кто выживет.
Маргарита упала с моста, ее столкнула собственная сестра, потому что она Бескрылая, и позорит род. Маргарита исчезла а в ее тело попала я, Мария. Я умерла в своем мире и попала в этот. Я не упущу свой шанс! Меня выкинули из дома, сослали с глаз долой, а еще рядом живет угрюмый сосед про которого не утихают сплетни. Я уже ничего не боюсь и буду идти только вперед!
Это не история о «он и она» — это история о слиянии. О моменте, когда границы растворяются, и остаётся только поток: дыхание, тепло, дрожь ресниц, биение двух сердец, постепенно становящихся одним.
Он входит в комнату, держа её на руках, — осторожно, будто несёт что‑то бесконечно хрупкое. В полумраке, в тишине, нарушаемой лишь тихими вздохами, начинается их путь — не к какой‑то цели, а вглубь самих себя.
Через прикосновения — бережные, изучающие, благодарные — они снимают не одежду, а слои страхов, сомнений, масок. Массаж, поцелуи, взгляды — каждый жест здесь не просто действие, а признание. Каждое ощущение — откровение.
Она учится быть — без слов, без прошлого, без будущего. Просто здесь, просто сейчас. В ней просыпается огонь Прометея: не сжигающий, а согревающий, выжигающий неуверенность, оставляющий лишь чистую, первозданную суть.
Он учится чувствовать — не спешить, а слушать: дыхание, подрагивание век, едва уловимые сигналы тела. Его руки не берут — они спрашивают и благ
Он входит в комнату, держа её на руках, — осторожно, будто несёт что‑то бесконечно хрупкое. В полумраке, в тишине, нарушаемой лишь тихими вздохами, начинается их путь — не к какой‑то цели, а вглубь самих себя.
Через прикосновения — бережные, изучающие, благодарные — они снимают не одежду, а слои страхов, сомнений, масок. Массаж, поцелуи, взгляды — каждый жест здесь не просто действие, а признание. Каждое ощущение — откровение.
Она учится быть — без слов, без прошлого, без будущего. Просто здесь, просто сейчас. В ней просыпается огонь Прометея: не сжигающий, а согревающий, выжигающий неуверенность, оставляющий лишь чистую, первозданную суть.
Он учится чувствовать — не спешить, а слушать: дыхание, подрагивание век, едва уловимые сигналы тела. Его руки не берут — они спрашивают и благ
Попасть в тело придворной стервы? ОК. Угодить на казнь за оскорбление дракона? Ну, бывает. Плюнуть в императора жвачкой и вместо смерти получить… личное рабство? Теперь я живу во дворце, строю бизнес на мятных пластинах и каждую ночь доказываю дракону, что я не игрушка. Он называет это «антистресс». Я называю его домашним тираном с крыльями. Его план, удержать любой ценой. Мой план, не влюбиться в чешуйчатого нахала. И у нас есть одна ночь, чтобы договориться. И один поцелуй, чтобы все испортить
Три года назад меня забрал Хлынь — древний водяной, хозяин чёрного омута. Теперь я его водная жена: днём сплю в тине, ночью выхожу на берег заманивать парней. В Купальскую ночь вода становится живой, а я — приманкой.
Но в эту ночь на берег приходит слепой музыкант. Он не видит моей красоты, но слышит мой плач. Он не знает страха, потому что никогда не смотрел в лицо смерти. И он единственный, кто называет меня не наваждением, а человеком.
У нас есть одна ночь. Чтобы найти моё настоящее имя. Разрушить древнее проклятие. И подарить друг другу то, что сильнее любой магии — истинную любовь.
Но в эту ночь на берег приходит слепой музыкант. Он не видит моей красоты, но слышит мой плач. Он не знает страха, потому что никогда не смотрел в лицо смерти. И он единственный, кто называет меня не наваждением, а человеком.
У нас есть одна ночь. Чтобы найти моё настоящее имя. Разрушить древнее проклятие. И подарить друг другу то, что сильнее любой магии — истинную любовь.
Сброшенный в океан лучшим другом, наследник нефтяной империи Владислав Гордеев чудом добирается до необитаемого острова. Он учится выживать в джунглях — но и остров учится взаимодействовать с тем, в ком, как выяснилось, течёт древняя кровь.
Но когда из подземного озера в пещере выныривает мокрая перепуганная девушка, Влад понимает: эта пещера — не просто убежище. Она — ворота, и девушка, вынырнувшая из озера, может оказаться ключом к ним.
Даша — обычная студентка, провалившаяся сюда через дверь в Сокольих горах. Она не верит в оборотней, в истинные пары и в древние проклятия. Но когда на берегу появляются пираты, а в джунглях просыпаются хищники, ей приходится поверить во всё — даже в белого льва, который готов защищать её ценой собственной жизни.
Теперь цель этих двоих — не просто выжить. Им нужно вернуться в Москву, уничтожить клан шакалов и доказать, что наследник нефтяной империи способен на нечто большее, чем сделки и контракты.
Только вот шакалы тоже не дремлют.
Но когда из подземного озера в пещере выныривает мокрая перепуганная девушка, Влад понимает: эта пещера — не просто убежище. Она — ворота, и девушка, вынырнувшая из озера, может оказаться ключом к ним.
Даша — обычная студентка, провалившаяся сюда через дверь в Сокольих горах. Она не верит в оборотней, в истинные пары и в древние проклятия. Но когда на берегу появляются пираты, а в джунглях просыпаются хищники, ей приходится поверить во всё — даже в белого льва, который готов защищать её ценой собственной жизни.
Теперь цель этих двоих — не просто выжить. Им нужно вернуться в Москву, уничтожить клан шакалов и доказать, что наследник нефтяной империи способен на нечто большее, чем сделки и контракты.
Только вот шакалы тоже не дремлют.
Продолжение романа научу покорности... Дети выросли до первого выбора и скоро красная луна ... Новое испытание...
В мире, где обыденность переплетается с магией, прогулка с котом Васькой превращается для меня в невероятное приключение. Он исчезает, а я оказываюсь в руках загадочного зеленого орка, который утверждает, что кот — ключ к другому миру. Заговоривший Васька обещает мне возвращение домой, но что скрывается за словами орка? Смогу ли я разгадать тайну кота и вернуть все на свои места? Или же найду среди всего этого нечто большее и обрету настоящую любовь, которая изменит мою жизнь навсегда?..
Увлекательная история о приключениях, любви к питомцам и загадочных мирах ждёт вас!
Увлекательная история о приключениях, любви к питомцам и загадочных мирах ждёт вас!
Я оказалась в прошлом и стала невольной спутницей собственного отца, который даже не подозревает, кто я.
Мой единственный шанс вернуться домой – жемчужина, о которой, кажется, никто ничего не знает.
Пока Водные наги созывают Совет Великого Змея, скрывая назревающую катастрофу, в мои поиски вмешивается изгой. Опасный. Мрачный. Пугающий даже своих.
Он скрывает тайну, куда более страшную, чем моя.
И именно она способна изменить всё.
В тексте есть:
🫧восточный колорит
🫧одержимый герой
🫧любовь, несмотря на ...
🫧чувственно
Мой единственный шанс вернуться домой – жемчужина, о которой, кажется, никто ничего не знает.
Пока Водные наги созывают Совет Великого Змея, скрывая назревающую катастрофу, в мои поиски вмешивается изгой. Опасный. Мрачный. Пугающий даже своих.
Он скрывает тайну, куда более страшную, чем моя.
И именно она способна изменить всё.
В тексте есть:
🫧восточный колорит
🫧одержимый герой
🫧любовь, несмотря на ...
🫧чувственно
— Это Лена, — сказал Артём, будто представлял коллегу. — Моя женщина. Я решил, что хватит прятаться.
Миша подошёл ко мне, вцепился в руку. Я чувствовала, как он дрожит.
— Папа, а кто это? — спросил он тихо.
— Это Лена. Она будет жить с нами. Привыкай.
Миша подошёл ко мне, вцепился в руку. Я чувствовала, как он дрожит.
— Папа, а кто это? — спросил он тихо.
— Это Лена. Она будет жить с нами. Привыкай.
Выберите полку для книги