Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Он назвал меня «удобной».
Он выставил моё тело на посмешище.
Он сказал: «Никто не захочет такую, как ты».
А потом пришёл ОН.
Тот, кого я предала пятнадцать лет назад.
Тот, кто помнит каждый изгиб моего тела.
Тот, кто шепчет: «Я хочу тебя всю, такую, какая есть».
Влад Северьянов, мой «тёмный принц», предлагает мне месть, брак и корону.
А взамен он хочет меня всю. Мои сто килограммов страха. Моё сердце, которое я поклялась больше не отдавать.
Я думала, это будет война. но когда он смотрит на меня, я понимаю, что это будет еще и любовь.
Любовь такая же полная, как я сама.
Любить так без оглядки, мстить так до конца.
Он выставил моё тело на посмешище.
Он сказал: «Никто не захочет такую, как ты».
А потом пришёл ОН.
Тот, кого я предала пятнадцать лет назад.
Тот, кто помнит каждый изгиб моего тела.
Тот, кто шепчет: «Я хочу тебя всю, такую, какая есть».
Влад Северьянов, мой «тёмный принц», предлагает мне месть, брак и корону.
А взамен он хочет меня всю. Мои сто килограммов страха. Моё сердце, которое я поклялась больше не отдавать.
Я думала, это будет война. но когда он смотрит на меня, я понимаю, что это будет еще и любовь.
Любовь такая же полная, как я сама.
Любить так без оглядки, мстить так до конца.
— Да, у меня будет ребенок от другой, — сухо произносит муж. — Нам с тобой придется смириться и приспособиться к этой ситуации.
— Нам? — шепчу с горечью.
— Да, нам. Мы с тобой семья, значит, и проблема у нас общая.
— Нет, дорогой. Это твоя проблема и твой ребенок. Вот и решай сам свою проблему, без моего участия.
— Я так и знал, что ты будешь истерить, — говорит он устало. — И что теперь? Уйдешь от меня? Будешь жить на копейки, которые зарабатываешь в своей шарашке?
— Да, представь себе. Проживу!
— Даю неделю максимум. Может, избавим тебя заранее от этого унижения, и ты просто молча сделаешь вид, что все хорошо?
— Нет, Алик. Я не буду этого терпеть.
Он смотрит на меня холодно, а потом выплевывает:
— Тогда собирай свои вещи и проваливай.
— Что?
— Ты слышала, — отрезает он. — Тем более, твое место есть кому занять.
И я ушла, не простив его подлого предательства. Но спустя восемь лет жизнь сталкивает нас снова, где мой бывший муж решает спасти меня самым неожиданным образом.
— Нам? — шепчу с горечью.
— Да, нам. Мы с тобой семья, значит, и проблема у нас общая.
— Нет, дорогой. Это твоя проблема и твой ребенок. Вот и решай сам свою проблему, без моего участия.
— Я так и знал, что ты будешь истерить, — говорит он устало. — И что теперь? Уйдешь от меня? Будешь жить на копейки, которые зарабатываешь в своей шарашке?
— Да, представь себе. Проживу!
— Даю неделю максимум. Может, избавим тебя заранее от этого унижения, и ты просто молча сделаешь вид, что все хорошо?
— Нет, Алик. Я не буду этого терпеть.
Он смотрит на меня холодно, а потом выплевывает:
— Тогда собирай свои вещи и проваливай.
— Что?
— Ты слышала, — отрезает он. — Тем более, твое место есть кому занять.
И я ушла, не простив его подлого предательства. Но спустя восемь лет жизнь сталкивает нас снова, где мой бывший муж решает спасти меня самым неожиданным образом.
Я вижу непрочитанное сообщение: «Тот вечер был жарче, чем ты обещал. Пришли то видео, я хочу вспомнить это еще раз…»
Пальцы дрожат, но я ввожу пароль от телефона мужа — дата нашего знакомства. Я быстро нахожу нужный файл в фотопленке и нажимаю «воспроизвести».
Красноватый полумрак. Его рука со шрамом на костяшке скользит по чужому животу. Женщина стонет так, что все понятно и без слов. Лица не видно. Только родинка на бедре и алые ногти, которые впиваются в его плечи.
Камера дрожит, и Кирилл шепчет:
— Ты лучше нее… Только ты понимаешь меня…
Я закрываю глаза на мгновение.
— Кирилл, — голос словно не мой. Чужой, холодный. — Ты заплатишь. За каждую ложь. За ее родинку, которую я увидела и узнала. За то, что заставил меня любить предателя.
Пальцы дрожат, но я ввожу пароль от телефона мужа — дата нашего знакомства. Я быстро нахожу нужный файл в фотопленке и нажимаю «воспроизвести».
Красноватый полумрак. Его рука со шрамом на костяшке скользит по чужому животу. Женщина стонет так, что все понятно и без слов. Лица не видно. Только родинка на бедре и алые ногти, которые впиваются в его плечи.
Камера дрожит, и Кирилл шепчет:
— Ты лучше нее… Только ты понимаешь меня…
Я закрываю глаза на мгновение.
— Кирилл, — голос словно не мой. Чужой, холодный. — Ты заплатишь. За каждую ложь. За ее родинку, которую я увидела и узнала. За то, что заставил меня любить предателя.
— Я убью тебя, если ты приблизишься! — прорычала я, вжимаясь в изголовье лопатками до боли, прячась под тканью до самого подбородка.
— Какая грозная, — ухмыльнулся мужчина. Он даже не сдвинулся с места.
Это бесило. Это пугало до тошноты. Он не то что не боялся меня — он не боялся никого в этой стае.
В книге вас ждёт:
✅ Дикая, непокорная героиня, которая не сдаётся
✅ Опасный альфа с золотыми глазами и стальными нервами
✅ Химия, от которой воет луна
✅ Сцены на грани ненависти и желания
✅ Хеппи-энд
Здесь нет:
❌ Скучных любовных треугольников
❌ Тупых решений героини ради сюжета
— Какая грозная, — ухмыльнулся мужчина. Он даже не сдвинулся с места.
Это бесило. Это пугало до тошноты. Он не то что не боялся меня — он не боялся никого в этой стае.
В книге вас ждёт:
✅ Дикая, непокорная героиня, которая не сдаётся
✅ Опасный альфа с золотыми глазами и стальными нервами
✅ Химия, от которой воет луна
✅ Сцены на грани ненависти и желания
✅ Хеппи-энд
Здесь нет:
❌ Скучных любовных треугольников
❌ Тупых решений героини ради сюжета
Что делать, если твой суженый, обещанный самой богиней, возненавидел тебя с первого взгляда?
Меня зовут Есения. Я узнала, что мир полон оборотней, а я — часть древнего пророчества. Мой суженый — властный и прекрасный Альфа, который готов разорвать меня на части. Его ненависть так же сильна, как и наше притяжение.
А ещё есть он. Другой. Тот, кто предлагает мне запретную нежность и обещает защитить от всего мира. Даже от моей собственной судьбы.
Одна девушка. Два вожака. Выбор, от которого зависит всё.
Страсть, способная сжечь дотла.
Ненависть, которая может оказаться лишь обратной стороной любви.
Меня зовут Есения. Я узнала, что мир полон оборотней, а я — часть древнего пророчества. Мой суженый — властный и прекрасный Альфа, который готов разорвать меня на части. Его ненависть так же сильна, как и наше притяжение.
А ещё есть он. Другой. Тот, кто предлагает мне запретную нежность и обещает защитить от всего мира. Даже от моей собственной судьбы.
Одна девушка. Два вожака. Выбор, от которого зависит всё.
Страсть, способная сжечь дотла.
Ненависть, которая может оказаться лишь обратной стороной любви.
Забор поворачивает, и я поворачиваю за ним.
Здесь – другая часть комплекса, и забора уже нет, только живая изгородь, невысокая, декоративная, такая, через которую видно всё.
За ней – терраса. Ресторан. Панорамное окно в полстены – высокое, широкое.
Я подхожу.
И вижу его.
Он сидит у окна – столик с видом, бокалы, её рука в его руке – и смеётся.
По-настоящему. Тем смехом, который я не слышала так давно, что уже не помню когда.
Я стою за стеклом.
Снаружи.
Как призрак собственной жизни.
И наконец – впервые за долгое время – всё становится до ужаса ясно.
Здесь – другая часть комплекса, и забора уже нет, только живая изгородь, невысокая, декоративная, такая, через которую видно всё.
За ней – терраса. Ресторан. Панорамное окно в полстены – высокое, широкое.
Я подхожу.
И вижу его.
Он сидит у окна – столик с видом, бокалы, её рука в его руке – и смеётся.
По-настоящему. Тем смехом, который я не слышала так давно, что уже не помню когда.
Я стою за стеклом.
Снаружи.
Как призрак собственной жизни.
И наконец – впервые за долгое время – всё становится до ужаса ясно.
– Она не девственница! – кричит мой муж, швырнув меня на землю. – Крови не было!
– Ее надо наказать за это, – как змея шипит свекровь. – Я говорила, что не надо брать в жены ее. Такая красота от шайтана!
– Что мне теперь делать? – спрашивает муж, пока в меня летят камни.
– Мы смоем этот позор, сынок. Точнее, сожжем, – заявляет его мать и берет в руки факел. – Привяжите ее к тому столбу.
Меня хватают и привязывают.
В этот момент на территорию врывается человек в черном на вороном коне.
– Ты мне должен, – обвивает шею моего мужа кнутом. – Я в счет долга хочу ее. Твою неверную жену.
Он откидывает капюшон, и я узнаю того, кого ненавижу всей душой.
– Нет! Только не он. Лучше сгорю дотла!
– Ее надо наказать за это, – как змея шипит свекровь. – Я говорила, что не надо брать в жены ее. Такая красота от шайтана!
– Что мне теперь делать? – спрашивает муж, пока в меня летят камни.
– Мы смоем этот позор, сынок. Точнее, сожжем, – заявляет его мать и берет в руки факел. – Привяжите ее к тому столбу.
Меня хватают и привязывают.
В этот момент на территорию врывается человек в черном на вороном коне.
– Ты мне должен, – обвивает шею моего мужа кнутом. – Я в счет долга хочу ее. Твою неверную жену.
Он откидывает капюшон, и я узнаю того, кого ненавижу всей душой.
– Нет! Только не он. Лучше сгорю дотла!
— Я устал от тебя.
— Саш… — растерянно шепчу. — Как ты можешь такое мне говорить?
В его взгляде — кромешная пустота.
— Ты недавно спросила, что изменилось, — бросает он. — Почему я злой. Почему раздражительный. Тогда я не ответил. Отвечаю сейчас.
— Господи, да я же всё для тебя…
— Возможно, в этом и проблема, — передёргивает плечами, будто хочет поскорее стряхнуть с себя этот разговор.
— Хочешь сказать, проблема во мне?
— Проблема в том, что ты меня любишь, а я тебя — нет. Раньше я думал, это взаимно. Но появилась другая — и я понял, что с тобой я не чувствую ничего.
— Саш… — растерянно шепчу. — Как ты можешь такое мне говорить?
В его взгляде — кромешная пустота.
— Ты недавно спросила, что изменилось, — бросает он. — Почему я злой. Почему раздражительный. Тогда я не ответил. Отвечаю сейчас.
— Господи, да я же всё для тебя…
— Возможно, в этом и проблема, — передёргивает плечами, будто хочет поскорее стряхнуть с себя этот разговор.
— Хочешь сказать, проблема во мне?
— Проблема в том, что ты меня любишь, а я тебя — нет. Раньше я думал, это взаимно. Но появилась другая — и я понял, что с тобой я не чувствую ничего.
Я подписала кредитный договор, чтобы спасти мужа от разорения.
А на следующий день увидела его в новом элитном внедорожнике. Перегнувшись на заднее сиденье, он страстно целовал молодую репетиторшу наших дочерей.
Вскрылись переписки, где они смеялись надо мной. Называли «удобной клушей», которая сама выплатит долг за их глянцевую жизнь.
Муж решил, что я проглочу предательство и буду покорно тянуть лямку.
Но я - врач, и уже поставила им диагноз. Только полное удаление.
И я точно знаю, куда бить. Ведь у глянцевой любовницы есть другой спонсор — жестокий и опасный человек.
Твоя измена, муж.
А теперь мой ход.
А на следующий день увидела его в новом элитном внедорожнике. Перегнувшись на заднее сиденье, он страстно целовал молодую репетиторшу наших дочерей.
Вскрылись переписки, где они смеялись надо мной. Называли «удобной клушей», которая сама выплатит долг за их глянцевую жизнь.
Муж решил, что я проглочу предательство и буду покорно тянуть лямку.
Но я - врач, и уже поставила им диагноз. Только полное удаление.
И я точно знаю, куда бить. Ведь у глянцевой любовницы есть другой спонсор — жестокий и опасный человек.
Твоя измена, муж.
А теперь мой ход.
❗️ВЫЛОЖЕН СРАЗУ ВЕСЬ РОМАН❗
— Ты же знаешь, как я её любил, Вика.
Голос мужа ударил в спину раньше, чем смысл слов дошёл до сознания.
— Теперь хочу показать ей, что такое боль, — продолжил Игорь спокойно. — Её муж её не удовлетворяет, она сама ко мне пришла. Помогу, по старой памяти, а потом выброшу.
Я не сразу поняла, что речь о той самой женщине.
— Что?..
На его лице не было ни вины, ни страха.
— Ты шутишь? — спросила его.
— Нет.
— Мы с тобой не соседи, Игорь, — я шагнула в комнату. — Мы муж и жена. Шестнадцать лет. Я вытаскивала тебя после аварии. Я держала тебя, когда ты не мог встать. Я хоронила с тобой нашего сына. А ты сейчас стоишь и говоришь мне что спишь с ней?
Он даже не отвёл взгляд.
— И это не меняет ничего.
— Ничего?..
— Я её наказываю, Вика. Не тебя. И то, что я сплю с ней, не меняет нашей семьи. И моего отношения к тебе тоже.
Я снимаю кольцо, кладу ему в ладонь... Боже, как же больно.
— Тогда впервые в жизни я сделаю то, что ничего не изменит для тебя
— Ты же знаешь, как я её любил, Вика.
Голос мужа ударил в спину раньше, чем смысл слов дошёл до сознания.
— Теперь хочу показать ей, что такое боль, — продолжил Игорь спокойно. — Её муж её не удовлетворяет, она сама ко мне пришла. Помогу, по старой памяти, а потом выброшу.
Я не сразу поняла, что речь о той самой женщине.
— Что?..
На его лице не было ни вины, ни страха.
— Ты шутишь? — спросила его.
— Нет.
— Мы с тобой не соседи, Игорь, — я шагнула в комнату. — Мы муж и жена. Шестнадцать лет. Я вытаскивала тебя после аварии. Я держала тебя, когда ты не мог встать. Я хоронила с тобой нашего сына. А ты сейчас стоишь и говоришь мне что спишь с ней?
Он даже не отвёл взгляд.
— И это не меняет ничего.
— Ничего?..
— Я её наказываю, Вика. Не тебя. И то, что я сплю с ней, не меняет нашей семьи. И моего отношения к тебе тоже.
Я снимаю кольцо, кладу ему в ладонь... Боже, как же больно.
— Тогда впервые в жизни я сделаю то, что ничего не изменит для тебя
Выберите полку для книги