Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Семь лет назад я, униженная, бежала из города.
Теперь у меня счастливая семья и любимый сын.
Но я не спаслась.
Они снова рядом.
Циничные.
Бессовестные.
Властные.
И они готовы пойти на всё, чтобы сделать меня своей.
Теперь у меня счастливая семья и любимый сын.
Но я не спаслась.
Они снова рядом.
Циничные.
Бессовестные.
Властные.
И они готовы пойти на всё, чтобы сделать меня своей.
Смерть любимого мужа заставила понять, что вся счастливая семейная идиллия была лишь иллюзией.
Чтобы вернуть свою жизнь и сына, я отправляюсь в пансионат «Пристанище души».
Вот только не потеряю ли там последнее, что у меня осталось - душу?
Бежать, пока не поздно?
Но ведь там я встречаю ЕГО!
Чтобы вернуть свою жизнь и сына, я отправляюсь в пансионат «Пристанище души».
Вот только не потеряю ли там последнее, что у меня осталось - душу?
Бежать, пока не поздно?
Но ведь там я встречаю ЕГО!
Нас разделяет пропасть в двенадцать лет. Он не имел права заинтересоваться дочерью партнера по бизнесу.
Но он это сделал. Он стал моим первым мужчиной.
Нас разделяет однажды брошенная им фраза: «Я никогда тебя не любил».
И я научилась жить без него.
Почему же спустя три года он врывается в мою жизнь? Почему целует так, словно не может надышаться?
Наша близость губительна для нас обоих.
Но я не могу отказаться от него.
Но он это сделал. Он стал моим первым мужчиной.
Нас разделяет однажды брошенная им фраза: «Я никогда тебя не любил».
И я научилась жить без него.
Почему же спустя три года он врывается в мою жизнь? Почему целует так, словно не может надышаться?
Наша близость губительна для нас обоих.
Но я не могу отказаться от него.
Когда? В какой момент моей жизни всё изменилось? Мой привычный мир рухнул, когда я села в машину к незнакомцу? Или когда в мою комнату ворвались трое неизвестных мужчин? Или, может быть, ещё раньше?
***
— Поклянись, что ты говоришь правду! — вскидывает голову и твёрдо произносит Полина с мольбой в слезящихся глазах. — Мамой своей поклянись.
— Клянусь, — произношу и жду.
Полина хмурится, щурится и молчит. Протягиваю руки к колеблющейся девчонке. Не встречая сопротивления, прижимаю её трясущееся, субтильное тельце и крепко обнимаю. Она не вырывается. Наоборот, кладёт голову мне на плечо, громко шмыгая носом.
А у меня от этого наивного и детского жеста сжимается всё внутри и тянет тупой, ноющей болью за рёбрами. И ощущаю я себя последней сволочью, жестоко обманывающей ребёнка.
***
— Поклянись, что ты говоришь правду! — вскидывает голову и твёрдо произносит Полина с мольбой в слезящихся глазах. — Мамой своей поклянись.
— Клянусь, — произношу и жду.
Полина хмурится, щурится и молчит. Протягиваю руки к колеблющейся девчонке. Не встречая сопротивления, прижимаю её трясущееся, субтильное тельце и крепко обнимаю. Она не вырывается. Наоборот, кладёт голову мне на плечо, громко шмыгая носом.
А у меня от этого наивного и детского жеста сжимается всё внутри и тянет тупой, ноющей болью за рёбрами. И ощущаю я себя последней сволочью, жестоко обманывающей ребёнка.
«В далёкой сказочной стране жила-была кукольная принцесса в фальшивом замке из цветного стекла… Глупая и злая принцесса верила в реальность своего мира, пока не столкнулась с искусным мастером-кукловодом. В конце концов, бесполезную куклу сломали и выбросили, не пожелав склеить»
Всего лишь сказка, придуманная мной наспех для маленькой племянницы. История о добре и зле, где зло было справедливо наказано.
… Но, попав в автомобильную аварию, я осознала главное:
«Той глупой принцессой была я сама»
Всего лишь сказка, придуманная мной наспех для маленькой племянницы. История о добре и зле, где зло было справедливо наказано.
… Но, попав в автомобильную аварию, я осознала главное:
«Той глупой принцессой была я сама»
Ребекка приседает перед мужчиной и даёт ему звонкую оплеуху.
− Эй, ты, кусок дерьма, очухался?
Мужчина чертыхается при виде полицейского значка и пытается найти удобное положение.
− Вот же подфартило. Что за подвал? Не знал, что у девушек бывают свои подвалы.
− Какой ты разговорчивый. Это хорошо. Мне нужны ответы, и пока ты мне их не дашь, будешь сидеть здесь, как собака на цепи.
− Убери пушку от моего лица.
Ребекка поднимает пистолет дулом вверх и встаёт.
Хавьер поднимает взгляд на высокую девушку, замечая, что она будет одного роста с ним. Он начинает различать стены подвала, потолок и какой-то хлам у лестницы.
− В меня выстрелили, − говорит он, глядя на забинтованную грудь.
− Да, − подтверждает Ребекка, направляя пистолет на мужчину. − А теперь признайся мне, это ты застрелил моего отца?
− Эй, ты, кусок дерьма, очухался?
Мужчина чертыхается при виде полицейского значка и пытается найти удобное положение.
− Вот же подфартило. Что за подвал? Не знал, что у девушек бывают свои подвалы.
− Какой ты разговорчивый. Это хорошо. Мне нужны ответы, и пока ты мне их не дашь, будешь сидеть здесь, как собака на цепи.
− Убери пушку от моего лица.
Ребекка поднимает пистолет дулом вверх и встаёт.
Хавьер поднимает взгляд на высокую девушку, замечая, что она будет одного роста с ним. Он начинает различать стены подвала, потолок и какой-то хлам у лестницы.
− В меня выстрелили, − говорит он, глядя на забинтованную грудь.
− Да, − подтверждает Ребекка, направляя пистолет на мужчину. − А теперь признайся мне, это ты застрелил моего отца?
У Сарнияра Измаила наконец-то открылись глаза на то, как подло с ним поступили его родной брат и двоюродный дядя Великий Могол.
Он отправляется в Индию и приводит с собой целое войско, чтобы вернуть свою любимую жену, с которой эти двое заговорщиков его коварно разлучили.
На пути к этой цели его ждут тяжёлые испытания. Ему придётся одолеть не только дядю с братом, но и других грозных противников, и самого себя, свои внутренние барьеры, чтобы вернуть свою любовь.
Он отправляется в Индию и приводит с собой целое войско, чтобы вернуть свою любимую жену, с которой эти двое заговорщиков его коварно разлучили.
На пути к этой цели его ждут тяжёлые испытания. Ему придётся одолеть не только дядю с братом, но и других грозных противников, и самого себя, свои внутренние барьеры, чтобы вернуть свою любовь.
Доверилась молодая вдова судьбе, думая, что терять уже нечего. Лесами осенними, болотами непролазными, темными горными ущельями повела ее дорога. Прямо в гости к коварной демонице, после встречи с которой Яромира забыла все, что произошло с ней после пожара.
Сумеет ли Риго вернуть ей память? Захочет ли, чтобы Яра вспомнила, что с ними случилось?
Есть ведь еще загадочные Далиль и Асма, обитающие в жуткой болотной глуши. И судьба им тоже уготовила роль в этой запутанной истории.
А путь заветный вьется ниточкой вдаль, зовет за собой. И никак нельзя противостоять этому зову.
Сумеет ли Риго вернуть ей память? Захочет ли, чтобы Яра вспомнила, что с ними случилось?
Есть ведь еще загадочные Далиль и Асма, обитающие в жуткой болотной глуши. И судьба им тоже уготовила роль в этой запутанной истории.
А путь заветный вьется ниточкой вдаль, зовет за собой. И никак нельзя противостоять этому зову.
- Папа, а кто эта тётя? - спросила девочка.
- Папа?! - я в ужасе переводила взгляд с ребёнка на Влада.
- Алина, давай потом поговорим. - голос мужчины оставался уверенным, несмотря ни на что.
- Потом? И когда же ты хотел рассказать мне о дочери? Раз за год так и не смог этого сделать?! - я кричала на весь магазин, посетители оборачивались.
- Алина, ты же взрослая девочка... Должна понимать...
- Должна понимать что?! - я уставилась на любимого мужчину, но такого чужого.
- Я женат.
Эта фраза звучит как приговор. Я чувствую, как ноги подкашиваются. А боль пронзает все тело.
- Папа?! - я в ужасе переводила взгляд с ребёнка на Влада.
- Алина, давай потом поговорим. - голос мужчины оставался уверенным, несмотря ни на что.
- Потом? И когда же ты хотел рассказать мне о дочери? Раз за год так и не смог этого сделать?! - я кричала на весь магазин, посетители оборачивались.
- Алина, ты же взрослая девочка... Должна понимать...
- Должна понимать что?! - я уставилась на любимого мужчину, но такого чужого.
- Я женат.
Эта фраза звучит как приговор. Я чувствую, как ноги подкашиваются. А боль пронзает все тело.
— Какой у тебя план? Он вообще есть? Ты ведь не особо сильна в планировании.
Может, Игнат и хотел бы её задеть, только эти слова не прозвучали обидно, потому что были правдой. С первого дня их знакомства он вёл, Мирослава следовала за ним. Потому и сейчас сил хватило только на то, чтобы решиться уйти от него. Избавиться от ревности и его измен. Его запаха после секса не с ней, его довольного лица, когда он смотрел в телефон, его дорогих подарков, купленных не для неё.
Мирослава всё знала. И копила в себе решимость, чтобы изменить свою жизнь прежде, чем пройдёт много лет.
На самом деле у неё был план. И не последнюю роль в нём играла любовница её мужа.
Может, Игнат и хотел бы её задеть, только эти слова не прозвучали обидно, потому что были правдой. С первого дня их знакомства он вёл, Мирослава следовала за ним. Потому и сейчас сил хватило только на то, чтобы решиться уйти от него. Избавиться от ревности и его измен. Его запаха после секса не с ней, его довольного лица, когда он смотрел в телефон, его дорогих подарков, купленных не для неё.
Мирослава всё знала. И копила в себе решимость, чтобы изменить свою жизнь прежде, чем пройдёт много лет.
На самом деле у неё был план. И не последнюю роль в нём играла любовница её мужа.
Выберите полку для книги