Книги по тегу «тёмное фэнтези»: ""
Как часто мы даём обещания, даже не задумываясь над сказанным, не собираясь их выполнять… Как редко всерьёз воспринимаем Силу Слова…
А ведь всякий зарок должен быть исполнен.
Особенно, если он дан не человеку, а фейри. Да ещё и в ночь Самайна.
А ведь всякий зарок должен быть исполнен.
Особенно, если он дан не человеку, а фейри. Да ещё и в ночь Самайна.
Пока ведьма Элоуэн думает, как выполнить задание Селены, на нее ополчился свой же факультет из-за ее отношений с оборотнем Джерардом. Академия оказалась полна тайников и заговоров, от которых может пострадать любой.
Она закрыла дверь. Но это не конец. Это приглашение.
Анна Соловей думала, что самое сложное позади. Порталы уничтожены, враг повержен, а в новом мире у неё наконец появилось то, что она готова назвать домом. Но мирная тишина взрывается гулом боевого дрона, а в его динамиках звучит голос того, кого она знала ещё на Земле.
По улицам магической столицы маршируют машины, которым плевать на законы магии.
Третья книга серии. Финал.
Анна Соловей думала, что самое сложное позади. Порталы уничтожены, враг повержен, а в новом мире у неё наконец появилось то, что она готова назвать домом. Но мирная тишина взрывается гулом боевого дрона, а в его динамиках звучит голос того, кого она знала ещё на Земле.
По улицам магической столицы маршируют машины, которым плевать на законы магии.
Третья книга серии. Финал.
Генри Мэлфой стащил загадочную книжку из спальни своей старшей сестры, Анны. Теперь он торопится показать трофей своему лучшему другу, Эдварду Стоунфилду. Мальчишки пока не подозревают, что угодили в изощрённую ловушку.
Её чистота была её клеткой. Его жестокость стала её освобождением.
Вера хранила свою чистоту как святыню, но в одну роковую ночь древний эльф-вампир сломал не только её обет, но и саму её душу, превратив в идеальный сосуд для своего тёмного голода. Он забрал всё: её волю, страх и личность, оставив лишь пустую оболочку для своих извращённых утех.
Но что, если абсолютная капитуляция — это не конец, а начало? Пройдя через девять кругов ада унижения и боли, Вера осознаёт чудовищную истину: чтобы выжить, она должна стать отражением своего мучителя.
Вера хранила свою чистоту как святыню, но в одну роковую ночь древний эльф-вампир сломал не только её обет, но и саму её душу, превратив в идеальный сосуд для своего тёмного голода. Он забрал всё: её волю, страх и личность, оставив лишь пустую оболочку для своих извращённых утех.
Но что, если абсолютная капитуляция — это не конец, а начало? Пройдя через девять кругов ада унижения и боли, Вера осознаёт чудовищную истину: чтобы выжить, она должна стать отражением своего мучителя.
— Ладно, — сказал мужчина, оглядывая меня липким взглядом. — Ты привлекла моё внимание. Будешь второй.
Он протянул ко мне руку, уверенно забрал меч.
Его ладонь, дотронувшаяся до моего запястья, была холодной как сталь.
Что это за сны такие, где я вторая?
Я посмотрела в его глаза.
Взгляд сместился вниз на губы, потом на его расстегнутую романтично черную рубашку. Хорош, чертяка!
— Нет, — я задрала подбородок. — Я буду первой.
ПОПАДАНКА И ЧУДОВИЩЕ, ЧТО СТАНОВИТСЯ РУЧНЫМ ТОЛЬКО ДЛЯ НЕЁ
Он протянул ко мне руку, уверенно забрал меч.
Его ладонь, дотронувшаяся до моего запястья, была холодной как сталь.
Что это за сны такие, где я вторая?
Я посмотрела в его глаза.
Взгляд сместился вниз на губы, потом на его расстегнутую романтично черную рубашку. Хорош, чертяка!
— Нет, — я задрала подбородок. — Я буду первой.
ПОПАДАНКА И ЧУДОВИЩЕ, ЧТО СТАНОВИТСЯ РУЧНЫМ ТОЛЬКО ДЛЯ НЕЁ
ЭОН
Моя жизнь отравлена с малых лет. Чьим-то голосом. Тенью в углу детской. Кошмаром, от которого не сбежать. Он наблюдает за мной. Одержим мной. Играет в свою игру, пока врачи разводят руками. За его молчанием скрывается то, что я не должна услышать. То, что убьёт меня, если я пойму. И чем ближе он подкрадывается к моему сердцу — тем сильнее яд от него. Ведь галлюцинации не оставляют синяков на запястьях.
ЦИАНИД
Любовь. Вечность. Смерть. Всё утрачивает своё значение. Даже правда, которую она так отчаянно ищет — последний вздох перед пустотой. Я перебрал тысячи жизней. Считал каждую смерть. Пока не встретил ее у окна. Тот взгляд — полный боли и отчаяния. Страх, что пахнет улуном и увядающей розой — той жизнью, что я искал в каждом теле. Она думает обо мне. Ненавидит меня. Глотает таблетки, думая, что это поможет. Но я не остановлюсь. Не перед смертью. Не перед Богом. Стану ее клеткой, ядом. Заставлю терпеть меня, мою близость. Это наказание — меньшее, что она заслужила.
Моя жизнь отравлена с малых лет. Чьим-то голосом. Тенью в углу детской. Кошмаром, от которого не сбежать. Он наблюдает за мной. Одержим мной. Играет в свою игру, пока врачи разводят руками. За его молчанием скрывается то, что я не должна услышать. То, что убьёт меня, если я пойму. И чем ближе он подкрадывается к моему сердцу — тем сильнее яд от него. Ведь галлюцинации не оставляют синяков на запястьях.
ЦИАНИД
Любовь. Вечность. Смерть. Всё утрачивает своё значение. Даже правда, которую она так отчаянно ищет — последний вздох перед пустотой. Я перебрал тысячи жизней. Считал каждую смерть. Пока не встретил ее у окна. Тот взгляд — полный боли и отчаяния. Страх, что пахнет улуном и увядающей розой — той жизнью, что я искал в каждом теле. Она думает обо мне. Ненавидит меня. Глотает таблетки, думая, что это поможет. Но я не остановлюсь. Не перед смертью. Не перед Богом. Стану ее клеткой, ядом. Заставлю терпеть меня, мою близость. Это наказание — меньшее, что она заслужила.
Вы пришли умереть — первый том трилогии, разворачивающейся как в наше время, так и в загадочном вневремении. В истории нет злодеев, равно как и нет праведников. Нет главного героя: все герои отчасти главные. Хитросплетение судеб самых разных, на первый взгляд, ни чем не связанных друг с другом, людей закручивается в тугой клубок, который подвластно распутать только богу, но он... не хочет.
Эта психологическая драма — лабиринт с тысячей зеркал, в которых каждый сможет рассмотреть своё отражение. Комедия в истории тоже присутствует: надежда на высший смысл бытия, право свободной воли, судьба и предначертание: всё это разбивается о скалы высшей шутки природы: человек пришёл на свет не жить, а умирать. Куда приводит путь от колыбели до могилы? Мир, который мы знаем, реален или это лишь тусклый огонёк предсмертной агонии, растянувшейся вне времени и пространства где-то на горизонте событий чёрной дыры? Мы — нелепый эксперимент или бесценные творения высшей силы?
Эта психологическая драма — лабиринт с тысячей зеркал, в которых каждый сможет рассмотреть своё отражение. Комедия в истории тоже присутствует: надежда на высший смысл бытия, право свободной воли, судьба и предначертание: всё это разбивается о скалы высшей шутки природы: человек пришёл на свет не жить, а умирать. Куда приводит путь от колыбели до могилы? Мир, который мы знаем, реален или это лишь тусклый огонёк предсмертной агонии, растянувшейся вне времени и пространства где-то на горизонте событий чёрной дыры? Мы — нелепый эксперимент или бесценные творения высшей силы?
Он не искал силу.
Он просто жил как все, по инерции.
Попав в другой мир, герой не становится ни спасителем, ни избранным.
Система даёт возможности — но не объясняет, что с ними делать.
А пустота внутри не исчезает, даже когда растёт мощь.
Этот том — не про развитие персонажа и не про победы.
Это история о злости, отчуждении и попытке удержать контроль,
когда внутри больше вопросов, чем целей.
Здесь нет правильных решений.
Герой ошибается, отталкивает людей, причиняет боль —
и делает это не потому, что «так надо»,
а потому что по-другому пока не умеет.
Первый том — точка падения.
Отсюда начнётся путь: от пустоты к силе,
а затем — к цене, которую придётся за неё заплатить.
*Герой не является моральным ориентиром.
Он просто жил как все, по инерции.
Попав в другой мир, герой не становится ни спасителем, ни избранным.
Система даёт возможности — но не объясняет, что с ними делать.
А пустота внутри не исчезает, даже когда растёт мощь.
Этот том — не про развитие персонажа и не про победы.
Это история о злости, отчуждении и попытке удержать контроль,
когда внутри больше вопросов, чем целей.
Здесь нет правильных решений.
Герой ошибается, отталкивает людей, причиняет боль —
и делает это не потому, что «так надо»,
а потому что по-другому пока не умеет.
Первый том — точка падения.
Отсюда начнётся путь: от пустоты к силе,
а затем — к цене, которую придётся за неё заплатить.
*Герой не является моральным ориентиром.
Турнир претендентов пройден. Марк выжил, получил имя Дома. Но вокруг Кладд'Эп начинают сгущаться тучи. Многие недовольны растущей силой Дома Воинов. Многие боятся. А герой, которого приютила Мэйфрин - только подливает масла в огонь беспокойства.
Удастся ли Марку и его новой семье справиться со всеми опасностями и остаться в своем уме?
Удастся ли Марку и его новой семье справиться со всеми опасностями и остаться в своем уме?
Выберите полку для книги