Книги по тегу «фэнтези»: ""

В его привычную жизнь с ноги влетел потусторонний мир со всеми его обитателями. Вскоре выяснилось, что сам такой же. Сейчас, в 22 года он, после нескольких лет в аду, работает в книжном. Тэцу не хочет спасать мир. Он хочет, чтобы его оставили в покое. Но как быть, если рядом люди (или почти люди), которые в борьбе за свои грандиозные цели в одиночку не выживут?

В мире, где магия — это кровь самой земли, каждый колдун платит за своё могущество. Но когда юная травница Элира находит в запретном лесу не ребёнка, а корень, пульсирующий живым светом, она запускает цепь событий, способную уничтожить хрупкое равновесие. Ибо истинный источник магии — не стихия, а память погибших миров, и каждое заклинание высасывает время из жизни заклинателя. Спасая деревню от мора, Элира пробуждает Лесного Хранителя — существо, прекрасное, как утренний туман, и смертоносное, как гниль в сердце дуба.
Теперь ей придётся выбирать: отдать свою будущую жизнь за один миг чуда или позволить лесу поглотить всё, что она любит. Но корень помнит то, что люди забыли — цену первого вдоха.

Прошло две недели. Валерия собирала сведения. Передавала гонцу. Каждые три дня. Расположение. Численность. Планы.
Но с каждой передачей чувствовала: что-то не так. Дариан не готовил удар. Не стягивал войска. Не планировал наступление. Он укреплял лагерь. Готовился к зиме. Строил бараки. Запасал зерно. Не для войны. Для мира.
На третий неделе она спросила напрямую.
— Вы готовите наступление?
Дариан поднял голову. Посмотрел на неё. Устало.
— Нет.
— Тогда что вы делаете?
— Готовлюсь к зиме. К миру. К тому, что война кончилась. — Он встал. Подошёл к карте. — Ваш отец думает, что я ударю весной. Что перемирие — уловка. Но я не хочу воевать. Не хочу больше. Двадцать лет войны. Двадцать лет крови. Хватит.
Валерия смотрела на карту. На линии. На пометки. Не наступление. Оборона. Укрепление. Не война. Мир.
— Тогда зачем вы взяли меня? — спросила она. — Если не хотите воевать.
Дариан молчал. Долго. Потом сказал:
— Потому что ваш отец не поверил бы слову. Нужен был залог. Что-то, что о

В Мирвальде у каждого своя дорога. Кто-то уходит на юг, к торговым трактам. Кто-то служит в столице, где магия — обычное дело. А кто-то просто идёт за зверем в чащу, и никто не знает, что случится.

Но однажды дорога приводит не туда, куда ты планировал. В лесу появляется то, чего там быть не должно. И тот, кто пошёл за добычей, возвращается совсем другим — или не возвращается вовсе.

Всё, что у тебя осталось — это лук пропавшего отца. Твоё выживание зависит только от тебя самой...

— Ты человек? — спросил он наконец, и в его голосе не было ни шутки, ни издёвки.
Я хотел ответить «да». Открыл рот и не смог.
— Не уверен, — сказал я честно. — А ты?
Он улыбнулся, и в зелёном свете его улыбка показалась мне волчьей.
— Тоже нет, — сказал он. — Добро пожаловать в клуб. Меня зовут Сет.

Владислав Северский — филолог, обожающий мёртвые языки, — получает приглашение на стажировку в Англию. Звучит как мечта? Так он и думал, пока не оказался в готическом замке, утопающем в тумане. Здесь учебный год повторяется снова и снова. Выбраться невозможно.
Каждому студенту замок дарит соблазн — тёмную силу, которая медленно превращает человека в хищника.
Рядом с Влади такие же пленники. Волк, который не хочет быть хищником. Художник, рисующий свет в мире тьмы. Эльф на девятом кругу. И ведьма, которая помнит всех, кто исчез.
  
Тёмная академия. Первая любовь. Выбор, который изменит всё.

Туманный Лог не был обычным местом на карте. Если бы кто-то из посторонних решил отыскать эту долину, он бы неизбежно сбился с пути. Лес стоял стеной, непроглядной и колючей, а тропы петляли так хитро, что выводили путника обратно к опушке. Но те, кто родился здесь, кто врос в эту землю корнями, словно вековые сосны, не знали иного дома.
Ярина шла по влажной тропе, аккуратно раздвигая папоротник. Ей было двадцать два года, и она, как и все в деревне, знала: время здесь течёт иначе. Туманный Лог был щедр на жизнь, но скуп на годы. Ни один житель долины не перешагивал порог тридцати трёх лет. На рассвете своего тридцать третьего дня рождения каждый либо собирал нехитрый скарб и уходил за пределы леса, теряясь в чужих землях, либо просто растворялся в молоке тумана, становясь частью его вечного шёпота. Поэтому в деревне жили только молодые. Самые старшие, те, кому недавно стукнуло тридцать два, пользовались особым почтением и считались хранителями памяти.
Ярина остановилась у старого пн