Книги в жанре «Остросюжетный детектив»

Рождество - праздник подарков, надежд на лучшее будущее и счастливых улыбок. Однако в городе Санта-Клаус всё не так прекрасно и радостно, как казалось на первый взгляд. Опасность поджидает на каждом углу. Кто враг, а кому можно довериться?
Семья Сенди переезжает в этот город за неделю до Рождества. Что может случиться? На первый взгляд, совершенно обычные дома, жители и добродушный мэр. Но что, если переезд не был случайностью?
Получится ли у ненавидящей Рождество Сенди разгадать тайну города Санта-Клаус?

Он был пешкой в чужой игре. Теперь стал гроссмейстером.

После шести лет в «Чёрном пингвине» — колонии для пожизненно-осужденных — Максимилиан Спицын досрочно выходит на свободу. Официально реабилитирован. Неофициально — на него смотрят как на психа. У него нет ничего, кроме тюремной фуфайки, справки и навыков, которым научил его сокамерник-учитель: навыков тотального чтения людей и беззвучного управления их волей.
«Эффект пешки» — это не просто детектив о поиске справедливости. Это жёсткое исследование того, как система ломает людей, и что происходит, когда одна из жертв усваивает её законы лучше своих палачей. Это история о манипуляции, доверии и цене, которую платит душа, чтобы выжить в мире, где слово стало опаснее пули.

После стольких дней, проведённых в другом мире, я наконец возвращаюсь обратно. Кто-то убил мою тётю, разрушив тем самым всю мою жизнь. Я обязана раскрыть это преступление и выяснить правду, какой бы жестокой она ни была. Вот только остаётся вопрос. Что если я не готова к тому, что после этого произойдёт?

Тихий городок, привыкший к спокойной и размеренной жизни, захлестнула волна ужаса. Художник ─ зверь начавший охоту на молодых девушек, жестоко убивающий их и насмехающийся над беспомощностью властей. Я обычная студентка, которая тоже может стать его жертвой, но у меня свои счеты с этим монстром и именно месть подталкивает бороться, несмотря на страх.

Все изменилось, когда появился Он. Тень. Загадочный голос по ту сторону экрана, убедивший всех в том, что только ему под силу найти зверя. Тень непредсказуем и безжалостен, но его методы и мышление поражают. Он объявил свою охоту на зверя.

Охоту, к которой присоединилась и я, вопреки любым запретам. Я не успокоюсь пока не отомщу.

Теперь у меня всего два вопроса: кто такой Художник, и кто же такой Тень.

Жаркая Флорида. 1970-е. Маленький курортный городок, где ночами шумит океан, сверкают неоновые вывески баров и кажется, будто жизнь состоит только из музыки, алкоголя и солёного ветра. Именно сюда с мечтами о новой жизни приезжает юная студентка Эмили Дэвидсон. Но спокойное побережье внезапно превращается в место жестоких убийств.

«Семестр во Флориде» — тревожный, чувственный и жестокий роман о страхе, манипуляции и той тонкой грани, за которой человек перестаёт быть человеком.

Камелия пропала — и её искала вся семья. Но нашла её только старшая сестра Азали. Она обнаружила младшую в тёмном подвале, измождённую и напуганную. Казалось, теперь всё наладится: спасение близко, впереди — лечение и возвращение к нормальной жизни. Но что-то пошло не так. Один резкий поворот — и теперь Камелия свободна, Азали нет, а полиция ищет совсем другого человека. Кто на самом деле стал жертвой? И кто спланировал эту игру до мелочей?

Мне просто хотелось быть рядом и любить, ничего не требуя взамен. Я была очарована Романом Олеговичем с первой минуты нашего знакомства. Сильный, уверенный, не знающий усталости и красивый мужчина — гремучая смесь в одном флаконе. И я не поддавалась иллюзиям, что однажды он обратит на меня своё внимание не как на сотрудницу, а как на женщину. Моя участь, кажется, была предрешена.

Она умерла на операционном столе — как донор, как расходный материал, как девочка, которую можно заменить. Но проснулась снова в своём восьмилетнем теле, в приюте, где её убийцы вот-вот появятся, чтобы «удочерить» её.

Теперь она помнит всё: скальпель, холод, их голоса, их лица. И знает, что у неё есть десять лет, чтобы уничтожить семью, которая однажды решила, что её жизнь — их собственность.

Они думают, что выбирают идеального ребёнка.
Они не знают, что выбирают собственную смерть.