Книги в жанре «Современный любовный роман»
— Собирайся и пошли, — чеканит Кирилл грозно.
— Куда?
— Ко мне.
— Но я живу с твоим братом… — лепечу растерянно.
— Уже нет, — произносит тоном, который не терпит возражений. — Или хочешь остаться здесь, чтобы тебя еще под кого-то подложили?
Мои отношения с Матвеем Новиковым со стороны казались идеальными, но в реальности давно прогнили. И то, что он предложил мне разделить постель с ним и его братом окончательно убедило меня в необходимости бежать. Проблема лишь в том, что Кирилл Новиков, тот самый старший брат, который меня спас, кажется… не собирается меня отпускать.
— Куда?
— Ко мне.
— Но я живу с твоим братом… — лепечу растерянно.
— Уже нет, — произносит тоном, который не терпит возражений. — Или хочешь остаться здесь, чтобы тебя еще под кого-то подложили?
Мои отношения с Матвеем Новиковым со стороны казались идеальными, но в реальности давно прогнили. И то, что он предложил мне разделить постель с ним и его братом окончательно убедило меня в необходимости бежать. Проблема лишь в том, что Кирилл Новиков, тот самый старший брат, который меня спас, кажется… не собирается меня отпускать.
— Лучше слушайся меня, девочка.
Лекс притягивает меня к себе, и его холодные светлые глаза теперь так близко, что сердце у меня сначала замирает, а потом начинает быстро-быстро стучать.
— Зачем я тебе? — шепчу я.
Лекс усмехается и ведет ладонью по моей щеке.
— Ты красивая. Я люблю красивые вещи, их приятно иметь у себя.
— Но я же не вещь! — с отчаянием говорю я. — Ты не можешь просто взять и… забрать меня.
— Не могу? Ты бросаешь мне вызов, девочка?
— Я… нет… я не то! Я…
— Вызов принят. И не говори потом, что я тебя не предупреждал.
Я просто хотела выручить из беды своего друга, а оказалась в машине с каким-то бандитом, который не отпустит меня, пока друг не вернет ему долг. Но, кажется, он вообще не хочет меня отпускать. Никогда.
ХЭ
Лекс притягивает меня к себе, и его холодные светлые глаза теперь так близко, что сердце у меня сначала замирает, а потом начинает быстро-быстро стучать.
— Зачем я тебе? — шепчу я.
Лекс усмехается и ведет ладонью по моей щеке.
— Ты красивая. Я люблю красивые вещи, их приятно иметь у себя.
— Но я же не вещь! — с отчаянием говорю я. — Ты не можешь просто взять и… забрать меня.
— Не могу? Ты бросаешь мне вызов, девочка?
— Я… нет… я не то! Я…
— Вызов принят. И не говори потом, что я тебя не предупреждал.
Я просто хотела выручить из беды своего друга, а оказалась в машине с каким-то бандитом, который не отпустит меня, пока друг не вернет ему долг. Но, кажется, он вообще не хочет меня отпускать. Никогда.
ХЭ
Ночь, улица, фонарь, аптека…
Блин, какая аптека?
Нет тут никакой аптеки!
И с фонарями туго.
Я плетусь по пролеску от электрички в деревню.
Наивная городская дура, решила, что девять вечера для зимы – это совсем не поздно!
Шагаю почти на ощупь, покачиваюсь и вдруг слышу:
-- Стой! Стой, зараза, кому сказал! Все равно ведь догоню!
Сердце уходит в пятки! Я ускоряюсь, пытаюсь обернуться, но не видно ни зги!
Бегу на слух! От голоса!
Ну как бегу... Быстро шагаю...
Вот, тут должен быть поворот, вот... И...
Врезаюсь в широкую мужскую грудь!
Блин, какая аптека?
Нет тут никакой аптеки!
И с фонарями туго.
Я плетусь по пролеску от электрички в деревню.
Наивная городская дура, решила, что девять вечера для зимы – это совсем не поздно!
Шагаю почти на ощупь, покачиваюсь и вдруг слышу:
-- Стой! Стой, зараза, кому сказал! Все равно ведь догоню!
Сердце уходит в пятки! Я ускоряюсь, пытаюсь обернуться, но не видно ни зги!
Бегу на слух! От голоса!
Ну как бегу... Быстро шагаю...
Вот, тут должен быть поворот, вот... И...
Врезаюсь в широкую мужскую грудь!
- Я говорила, что Рокотов тебе не пара? - ворвавшись в комнату, воскликнула Марина, моя соседка по общежитию.
- Говорила, - оторвавшись от конспекта, устало ответила я.
- Вот тебе доказательства, что твой порядочный Тёмочка - на самом деле кобель, каких свет не видывал, - скривилась она, швырнув на стол стопку фотографий. Да ещё каких!
Сердце болезненно сжалось в груди.
- А ты сегодня хорошо подготовилась к разговору, основательно так, со вкусом.
- Я просто не могу смотреть на то, как Рокотов дурит тебе голову, - фыркнула Марина, потянувшись за фотографиями, и солнечный свет из окна упал на одну из них, выхватив татуировку кошки на спине девушки, такую же, как у соседки.
В глазах потемнело, а к горлу подкатил горький ком.
- Не могла смотреть, поэтому бросилась доказывать, что права?
- Говорила, - оторвавшись от конспекта, устало ответила я.
- Вот тебе доказательства, что твой порядочный Тёмочка - на самом деле кобель, каких свет не видывал, - скривилась она, швырнув на стол стопку фотографий. Да ещё каких!
Сердце болезненно сжалось в груди.
- А ты сегодня хорошо подготовилась к разговору, основательно так, со вкусом.
- Я просто не могу смотреть на то, как Рокотов дурит тебе голову, - фыркнула Марина, потянувшись за фотографиями, и солнечный свет из окна упал на одну из них, выхватив татуировку кошки на спине девушки, такую же, как у соседки.
В глазах потемнело, а к горлу подкатил горький ком.
- Не могла смотреть, поэтому бросилась доказывать, что права?
— Я ухожу, Свет.
Мне показалось? Сердце испуганно бухнулось, а улыбка сошла.
— В смысле, уходишь? У тебя командировка? Или…
— Прекрати трещать, — остановил он. – Я ухожу. От тебя ухожу. Всё, — резанул ребром ладони по горлу. – Я устал.
— Устал?! От чего?!
— От всего. От трясины, от тебя, в первую очередь.
— От меня?!
— Да. – Витя пригвоздил меня к месту тяжёлым взглядом. – С тобой тяжело. Женщина должна вдохновлять, а ты только и делаешь, что пилишь. Сашка взрослый, Юля тоже.
Сердце оборвалось и полетело в пропасть. Я пошатнулась, как будто земля под ногами разверзлась. Муж буравил меня взглядом и напряжённо молчал. У меня перед глазами вся жизнь пронеслась: наша свадьба, рождение сына, дочери, пять лет брака, десять, двадцать… Так, наверное, бывает перед смертью.
— Я вещи соберу, — сказал он и пошёл в комнату.
Мне показалось? Сердце испуганно бухнулось, а улыбка сошла.
— В смысле, уходишь? У тебя командировка? Или…
— Прекрати трещать, — остановил он. – Я ухожу. От тебя ухожу. Всё, — резанул ребром ладони по горлу. – Я устал.
— Устал?! От чего?!
— От всего. От трясины, от тебя, в первую очередь.
— От меня?!
— Да. – Витя пригвоздил меня к месту тяжёлым взглядом. – С тобой тяжело. Женщина должна вдохновлять, а ты только и делаешь, что пилишь. Сашка взрослый, Юля тоже.
Сердце оборвалось и полетело в пропасть. Я пошатнулась, как будто земля под ногами разверзлась. Муж буравил меня взглядом и напряжённо молчал. У меня перед глазами вся жизнь пронеслась: наша свадьба, рождение сына, дочери, пять лет брака, десять, двадцать… Так, наверное, бывает перед смертью.
— Я вещи соберу, — сказал он и пошёл в комнату.
– Мне сейчас на смену ехать. Давай по быстрому. – услышала женский голос.
Знакомый голос.
– Я тебя отвезу. Как раз и к Рите заеду. – отозвался мой муж.
– А можно о своей жене при мне не говорить? Мне ее и в отделении хватает. – произнесла возмущенно… медсестра, которая ухаживала за мной после операции.
– Как скажешь, Светик. Не возмущайся. Сама говоришь, времени мало. Давай по быстрому и поедем. – усмехнулся Виталя.
– У тебя только секс на уме, да? – проговорила чуть ли не урча как охочая кошка.
– А ты как думала? Ты же с ночёвкой остаешься не для того, чтоб выспаться?
С каждым новым произнесенным словом, муж буквально втаптывал меня в грязь и убивал.
– И то верно, милый. Скоро твою болезную выпишут, нам будет сложнее встречаться.
Муж на это ничего не ответил.
А дальше послышались шорохи и вздохи.
После сложной операции на сердце, я вернулась домой и… застала мужа с любовницей.
И без того израненное сердце покрылось новыми шрамами.
Не прощу…
Знакомый голос.
– Я тебя отвезу. Как раз и к Рите заеду. – отозвался мой муж.
– А можно о своей жене при мне не говорить? Мне ее и в отделении хватает. – произнесла возмущенно… медсестра, которая ухаживала за мной после операции.
– Как скажешь, Светик. Не возмущайся. Сама говоришь, времени мало. Давай по быстрому и поедем. – усмехнулся Виталя.
– У тебя только секс на уме, да? – проговорила чуть ли не урча как охочая кошка.
– А ты как думала? Ты же с ночёвкой остаешься не для того, чтоб выспаться?
С каждым новым произнесенным словом, муж буквально втаптывал меня в грязь и убивал.
– И то верно, милый. Скоро твою болезную выпишут, нам будет сложнее встречаться.
Муж на это ничего не ответил.
А дальше послышались шорохи и вздохи.
После сложной операции на сердце, я вернулась домой и… застала мужа с любовницей.
И без того израненное сердце покрылось новыми шрамами.
Не прощу…
Повадился вор на моё поле. Почти как в сказке «Конёк Горбунок». Не столько ворует, сколько утаптывает и пакостит.
Ага, я прямо для него всё это садила!
Ну, держись, подлый трус!
Не зря меня деревенские амазонкой прозвали!
✨ Мажор на перевоспитании
✨ Яркие герои
✨ Девушка, которая выросла в деревне с бабушкой и баловень судьбы
✨ Противостояние
✨ Книга-антистресс
✨ Неотвратимый ХЭ
✨ Внимание! При написании истории, серьезно пострадал только подсолнух!
Ага, я прямо для него всё это садила!
Ну, держись, подлый трус!
Не зря меня деревенские амазонкой прозвали!
✨ Мажор на перевоспитании
✨ Яркие герои
✨ Девушка, которая выросла в деревне с бабушкой и баловень судьбы
✨ Противостояние
✨ Книга-антистресс
✨ Неотвратимый ХЭ
✨ Внимание! При написании истории, серьезно пострадал только подсолнух!
– Ромчик, потри мне спинку хорошенько! Мне так хорошо с тобой…
Капли пота на его груди, помятые простыни на лавке. А на шее этой... поблескивает то самое колье. Которое я нашла в шкафу и думала – муж готовит мне сюрприз.
— Ой, а это… твоя жена? Надо же, какая встреча! Да пофиг, давай не будем обращать на неё внимания! Ну и хорошо, что она нас застукала, зато больше врать не придётся.
— Милана, помолчи пока.
— А что? Ты же сам сказал, что тебя достала эта ледяная сука и ты только с ней из-за детей!
Боль выкручивает наизнанку сердце. В глазах щиплет, но я не доставлю им такого удовольствия.
– Отлично отдыхаешь?
– Да. Давно так не расслаблялся... – муж запинается, понимая, что сказал.
Взгляд падает на ведро с ледяной водой у входа в баню. Хватаю его, и… выплескиваю содержимое гнусному предателю в лицо!
Капли пота на его груди, помятые простыни на лавке. А на шее этой... поблескивает то самое колье. Которое я нашла в шкафу и думала – муж готовит мне сюрприз.
— Ой, а это… твоя жена? Надо же, какая встреча! Да пофиг, давай не будем обращать на неё внимания! Ну и хорошо, что она нас застукала, зато больше врать не придётся.
— Милана, помолчи пока.
— А что? Ты же сам сказал, что тебя достала эта ледяная сука и ты только с ней из-за детей!
Боль выкручивает наизнанку сердце. В глазах щиплет, но я не доставлю им такого удовольствия.
– Отлично отдыхаешь?
– Да. Давно так не расслаблялся... – муж запинается, понимая, что сказал.
Взгляд падает на ведро с ледяной водой у входа в баню. Хватаю его, и… выплескиваю содержимое гнусному предателю в лицо!
- Двадцать два... - задумчиво протянул Михаил, подперев подбородок рукой. - Парень бросил, с подругой поругалась, за фигурой совсем не следишь. Да уж, Александр явно упустил тебя.
- Ты что, подслушивал?! - с негодованием воскликнула я, сообразив, что все это узнать он мог только из нашего разговора с Ольгой.
А потом до меня дошла вторая часть сказанного им, и я надвинулась на мужчину, натурально зашипев.
- Да кто ты такой, чтобы так говорить?! - я ткнула пальцем мужчине в грудь, ярясь из-за того, что приходится смотреть на него снизу вверх. - Бессмертным себя считаешь? Или маразм начался? В твоем то возрасте...
Нахмурившись, Михаил ухватил меня за плечи, отодвигая от себя.
- Смешно, девочка... Но я старше тебя не настолько, чтобы язвить по этому поводу. Хотя, будь я твоим отцом, давно бы тебе ремня прописал.
***
Он называет меня булочкой, я его – стариком. Он – мой новый телохранитель, которого я терпеть не могу. Но этот Новый год нам придется провести вместе…
- Ты что, подслушивал?! - с негодованием воскликнула я, сообразив, что все это узнать он мог только из нашего разговора с Ольгой.
А потом до меня дошла вторая часть сказанного им, и я надвинулась на мужчину, натурально зашипев.
- Да кто ты такой, чтобы так говорить?! - я ткнула пальцем мужчине в грудь, ярясь из-за того, что приходится смотреть на него снизу вверх. - Бессмертным себя считаешь? Или маразм начался? В твоем то возрасте...
Нахмурившись, Михаил ухватил меня за плечи, отодвигая от себя.
- Смешно, девочка... Но я старше тебя не настолько, чтобы язвить по этому поводу. Хотя, будь я твоим отцом, давно бы тебе ремня прописал.
***
Он называет меня булочкой, я его – стариком. Он – мой новый телохранитель, которого я терпеть не могу. Но этот Новый год нам придется провести вместе…
— Понабирают по объявлению — рявкают над ухом
Подскакиваю от неожиданности и натыкаюсь на Ядовина, стоящего за спиной. Тот не удерживается, хватает меня за талию и валится на пол, утягивая за собой
И тут я понимаю, что мне конец..
На полу лежит мой преподаватель, с его бедра медленно сползает полотенце, и он крепко прижимает меня к себе, вглядываясь в лицо
Тишина в номере аж звенит..
— Рябинина?
— Нет, это не я — пищу с надеждой
— Рябинина...
Когда он угрожающе прорычал мою фамилию, у меня руки аж мурашками покрылись. Но ещё хуже стало, когда я поняла, что полотенце окончательно сползло и мне в живот упирается… то самое, что я точно не ожидала почувствовать у своего преподавателя..
За два дня до начала учебного года я осталась на улице без денег и жилья. Работа горничной в гостинице была моим спасением. Пока в одном из номеров, я не наткнулась на своего препода
И всё бы ничего, но теперь Ядовин хочет, чтобы я выполнила одно его условие. И оно будет очень дорого мне стоить
Подскакиваю от неожиданности и натыкаюсь на Ядовина, стоящего за спиной. Тот не удерживается, хватает меня за талию и валится на пол, утягивая за собой
И тут я понимаю, что мне конец..
На полу лежит мой преподаватель, с его бедра медленно сползает полотенце, и он крепко прижимает меня к себе, вглядываясь в лицо
Тишина в номере аж звенит..
— Рябинина?
— Нет, это не я — пищу с надеждой
— Рябинина...
Когда он угрожающе прорычал мою фамилию, у меня руки аж мурашками покрылись. Но ещё хуже стало, когда я поняла, что полотенце окончательно сползло и мне в живот упирается… то самое, что я точно не ожидала почувствовать у своего преподавателя..
За два дня до начала учебного года я осталась на улице без денег и жилья. Работа горничной в гостинице была моим спасением. Пока в одном из номеров, я не наткнулась на своего препода
И всё бы ничего, но теперь Ядовин хочет, чтобы я выполнила одно его условие. И оно будет очень дорого мне стоить
Выберите полку для книги