Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «luchshee»
Я верила, что у нас с Данилой — настоящая близость. Шесть лет верила. Пока однажды не услышала его разговор с другой женщиной. Он говорил ей то, что я когда-то сочинила для него. Те самые истории. Те самые интонации. Те самые жесты. Всё, что я считала нашим.
Это было не просто предательство. Это было системное воровство. И чем дальше я копала, тем яснее становилось: я не единственная жертва. Есть и другие — обманутые, обокраденные, молчавшие годами.
Когда мы нашли друг друга, всё изменилось. Потому что женщины, которым больше нечего терять, способны на многое. Особенно когда нам есть что возвращать.
Это было не просто предательство. Это было системное воровство. И чем дальше я копала, тем яснее становилось: я не единственная жертва. Есть и другие — обманутые, обокраденные, молчавшие годами.
Когда мы нашли друг друга, всё изменилось. Потому что женщины, которым больше нечего терять, способны на многое. Особенно когда нам есть что возвращать.
"— Я купил билеты на джазовый концерт, — сказал он, уже не сдерживая раздражения. — На ту певицу, которую ты обожаешь. Билеты стоили пятнадцать тысяч. Я хотел сделать тебе сюрприз.
Тишина. Он слышал её дыхание.
— Антон… я правда не могу.
— Потому что не хочешь? Или потому что у тебя кто-то есть?
Вопрос повис в воздухе, как нож. Он не планировал его задавать. Он вообще не планировал сцен ревности — считал их уделом слабых и неуверенных. Но сейчас, в эту субботу, с билетами в кармане и обидой, копившейся неделями, он сорвался.
— Что? — голос Олеси стал ледяным.
— Я спрашиваю, — продолжил он, уже не в силах остановиться, — есть у тебя кто-то ещё? Потому что твоё поведение, Олесь, классическое. Ты пропадаешь, ты врёшь про «завалы», ты не приглашаешь меня к себе. Всё это пахнет одним: ты не одна. И я, вероятно, запасной вариант.."
Их роман начинается как сказка: цветы, долгие разговоры и страсть, которая сметает всё на своём пути. Но Олеся скрывает что-то.
Тишина. Он слышал её дыхание.
— Антон… я правда не могу.
— Потому что не хочешь? Или потому что у тебя кто-то есть?
Вопрос повис в воздухе, как нож. Он не планировал его задавать. Он вообще не планировал сцен ревности — считал их уделом слабых и неуверенных. Но сейчас, в эту субботу, с билетами в кармане и обидой, копившейся неделями, он сорвался.
— Что? — голос Олеси стал ледяным.
— Я спрашиваю, — продолжил он, уже не в силах остановиться, — есть у тебя кто-то ещё? Потому что твоё поведение, Олесь, классическое. Ты пропадаешь, ты врёшь про «завалы», ты не приглашаешь меня к себе. Всё это пахнет одним: ты не одна. И я, вероятно, запасной вариант.."
Их роман начинается как сказка: цветы, долгие разговоры и страсть, которая сметает всё на своём пути. Но Олеся скрывает что-то.
Годовщина свадьбы всегда совпадала с днем рождения свекрови. Я ждала домой мужа, а в ответ: "Я подал на развод!" Вся жизнь пошла наперекосяк: семьи, оказывается, и не было, муж устал от брака и ответственности, да еще дети похожи на меня... А его мама и рада подзуживать и поддакивать, обливая меня грязью. Конец?
Ни за что! Я не просто разведусь, я восстану из пепла. Они не раздавили меня, а разозлили. Месть это же блюдо, которое подают охложденным? Я потерплю, подготовлюсь и отомщу. Только потом не надо плакать и приползать назад с повинной головой...
Ни за что! Я не просто разведусь, я восстану из пепла. Они не раздавили меня, а разозлили. Месть это же блюдо, которое подают охложденным? Я потерплю, подготовлюсь и отомщу. Только потом не надо плакать и приползать назад с повинной головой...
Что делать, если муж изменил прямо на свадьбе с лучшей подругой? Что делать, если он запер дома, отрезав от общения с единственным, кто может помочь, - с отцом? Что делать, если муж шантажирует сливом интимных фотографий? Что делать, если муж считает толстой и испытывает отвращение? Если Марина выходила замуж по любви, то для её супруга - это лишь выгодный брак.
Он был врагом её рода, человеком, чьё имя запрещалось произносить. Она стала ценой, которую её отец заплатил за спасение бизнеса. Амина ждала от него жестокости, но столкнулась с жуткой красотой и одержимостью, которая дремала три года. Путь от ненависти до прощения окажется долгим: через предательство близких, роковую ночь, гордый танец на чужой свадьбе и пять лет разлуки. Сможет ли «горькая любовь» стать их спасением, когда в сыне всё сильнее проступают черты отца, а прошлое снова стучится в двери?
-Отпусти меня, - кричу и бью его по спине, пока он тащит меня на своем плече, как мешок с картошкой. Моя охрана так и осталась стоять под прицелом автоматов его наемников. Он ставит меня на ноги и хватает мое лицо рукой. Его глаза горят диким огнем, и дышит он, как дракон.
- На колени, - рявкает Мансур и смотрит мне в глаза.
-Я не буду! - хриплю и отступаю назад.
- Будешь, я ждал тебя три года, а теперь я буду тебя любить во всех позах и всю ночь. Как ты там кричала пять минут назад? Что ты уже не девственница? Что ты уже взрослая и умелая? Вот и проверим... - И начал срывать с меня одежду!
Как теперь доказать ему, что это была шутка? Что я все еще девственница и ни один мужчина ко мне не прикасался?...
- На колени, - рявкает Мансур и смотрит мне в глаза.
-Я не буду! - хриплю и отступаю назад.
- Будешь, я ждал тебя три года, а теперь я буду тебя любить во всех позах и всю ночь. Как ты там кричала пять минут назад? Что ты уже не девственница? Что ты уже взрослая и умелая? Вот и проверим... - И начал срывать с меня одежду!
Как теперь доказать ему, что это была шутка? Что я все еще девственница и ни один мужчина ко мне не прикасался?...
Он — майор СОБР. Замкомандира. Грубоватый, молчаливый, привыкший держать удар. Шестнадцать лет брака рухнули в один миг — чужие ботинки в прихожей, чужое тело в его постели. Теперь он забирает вещи, переезжает на базу и зарывается в работу. Чтобы не думать. Чтобы не чувствовать. Чтобы не слышать тишину — в ней слишком громко звучат воспоминания. Он больше не верит в семью. В брак. В то, что можно доверять.
Но случайно спасённый пёс приводит его в маленькую ветклинику. Там работает Мира. Она младше. Из другого мира. И совсем не боится его угрюмого взгляда. Он не ищет отношений. А она не ждёт принца. Но, может быть, именно в этом и есть его спасение?
Что-то мешает ему уйти. Что-то заставляет возвращаться. И тишина, которую он носил в себе годами, начинает трещать по швам.
Сможет ли этот битый жизнью мужчина открыть сердце? И есть ли у любви шанс, когда ты привык всё держать в себе и боишься повторить ошибку?
Но случайно спасённый пёс приводит его в маленькую ветклинику. Там работает Мира. Она младше. Из другого мира. И совсем не боится его угрюмого взгляда. Он не ищет отношений. А она не ждёт принца. Но, может быть, именно в этом и есть его спасение?
Что-то мешает ему уйти. Что-то заставляет возвращаться. И тишина, которую он носил в себе годами, начинает трещать по швам.
Сможет ли этот битый жизнью мужчина открыть сердце? И есть ли у любви шанс, когда ты привык всё держать в себе и боишься повторить ошибку?
После двадцати лет брака я думала, что знаю о своём муже всё
Его привычки.Его взгляд.Его любимый чай по вечерам.То, как он поправлял мне одеяло ночью, думая, что я сплю.А потом однажды он спокойно собрал вещи и сказал:
— Я полюбил другую
Вот так просто.Будто двадцать лет жизни можно выбросить в мусор вместе со старыми чеками
— Ты ведь сильная, Вика.Справишься
— А мы? Наша семья?
— Не начинай.Я ничего тебе не должен
В тот момент во мне что-то умерло.Я не кричала.Не умоляла остаться.Не унижалась.Просто закрыла дверь.И вычеркнула человека, которого любила больше половины своей жизни
Я училась жить заново.Училась дышать без него.Собирать себя по кускам.Смеяться.Верить. Любить
И когда мне наконец показалось, что прошлое осталось позади — оно вернулось
Красивое.Опасное.Слишком уверенное в том, что ему всё ещё открыта дверь в мою жизнь
— Ты стала ещё красивее, — тихо говорит он, глядя так, будто имеет право касаться меня взглядом.
— А ты стал чужим.
Его привычки.Его взгляд.Его любимый чай по вечерам.То, как он поправлял мне одеяло ночью, думая, что я сплю.А потом однажды он спокойно собрал вещи и сказал:
— Я полюбил другую
Вот так просто.Будто двадцать лет жизни можно выбросить в мусор вместе со старыми чеками
— Ты ведь сильная, Вика.Справишься
— А мы? Наша семья?
— Не начинай.Я ничего тебе не должен
В тот момент во мне что-то умерло.Я не кричала.Не умоляла остаться.Не унижалась.Просто закрыла дверь.И вычеркнула человека, которого любила больше половины своей жизни
Я училась жить заново.Училась дышать без него.Собирать себя по кускам.Смеяться.Верить. Любить
И когда мне наконец показалось, что прошлое осталось позади — оно вернулось
Красивое.Опасное.Слишком уверенное в том, что ему всё ещё открыта дверь в мою жизнь
— Ты стала ещё красивее, — тихо говорит он, глядя так, будто имеет право касаться меня взглядом.
— А ты стал чужим.
Майор Артём Соколов находит её ночью на пустой зимней трассе. Девушка едва держится на ногах, не помнит своего имени и шепчет только одно:
— Они не должны меня найти.
На её пальце — дорогое кольцо с чужими инициалами. В телефоне — стёртое сообщение: «Если дойдёшь до офицера — молчи». А утром за ней приезжают люди, которые называют её Еленой Воронцовой, наследницей закрытого фонда и невестой влиятельного мужчины.
Артём должен передать её тем, кто пришёл с документами и правильными словами. Но слишком многое в их версии не сходится. Чем больше девушка вспоминает, тем яснее становится: её прошлое — не просто тайна. Это тщательно построенная ловушка.
Он привык защищать. Она заново учится выбирать сама.
И если правда вернётся полностью, им обоим придётся понять: можно ли доверять любви, которая началась в метели?
— Они не должны меня найти.
На её пальце — дорогое кольцо с чужими инициалами. В телефоне — стёртое сообщение: «Если дойдёшь до офицера — молчи». А утром за ней приезжают люди, которые называют её Еленой Воронцовой, наследницей закрытого фонда и невестой влиятельного мужчины.
Артём должен передать её тем, кто пришёл с документами и правильными словами. Но слишком многое в их версии не сходится. Чем больше девушка вспоминает, тем яснее становится: её прошлое — не просто тайна. Это тщательно построенная ловушка.
Он привык защищать. Она заново учится выбирать сама.
И если правда вернётся полностью, им обоим придётся понять: можно ли доверять любви, которая началась в метели?
После развода Марина Волкова думала, что наконец свободна. Но бывший муж, влиятельный бизнесмен Виктор Чернов, так не считает. Для него развод — всего лишь бумага, а Марина всё ещё женщина, которую можно вернуть, запугать и заставить подписать отказ от всего, что ей принадлежит.
Ночью она сбегает из его дома с папкой документов, за которыми охотятся люди Чернова. Машину загоняют на старую закрытую дорогу, и Марина оказывается у военного городка, где ей открывает дверь Арсений Громов — жёсткий, опасно спокойный офицер, привыкший защищать любой ценой.
Только Марина больше не хочет, чтобы мужчины решали за неё. Она не его операция. Не чужая собственность. Не беглянка, которую можно вернуть домой по приказу.
Но документы связывают Чернова с тайной прошлого Арсения, исчезновением её брата и делом, которое разрушило не одну семью. Теперь им придётся идти рядом: ей — чтобы вернуть себе имя и свободу, ему — чтобы понять, что любовь не значит контроль.
Ночью она сбегает из его дома с папкой документов, за которыми охотятся люди Чернова. Машину загоняют на старую закрытую дорогу, и Марина оказывается у военного городка, где ей открывает дверь Арсений Громов — жёсткий, опасно спокойный офицер, привыкший защищать любой ценой.
Только Марина больше не хочет, чтобы мужчины решали за неё. Она не его операция. Не чужая собственность. Не беглянка, которую можно вернуть домой по приказу.
Но документы связывают Чернова с тайной прошлого Арсения, исчезновением её брата и делом, которое разрушило не одну семью. Теперь им придётся идти рядом: ей — чтобы вернуть себе имя и свободу, ему — чтобы понять, что любовь не значит контроль.
Выберите полку для книги