Книги в жанре «Эротическое фэнтези» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»
Говорят, что в мире существует лишь одна истинная роза. Она не знает увядания, потому что питается не водой и не землёй, а биением человеческих сердец. Семь раз за эпоху она расцветает. Семь раз она находит тех, чья страсть способна прожечь ткань времени. Эта книга — не просто сборник историй. Это шёпот семи эпох, семь вздохов, семь сердец, которые бьются в унисон, пока между их ладонями горит единственный, алый, как кровь, как закат, как первая любовь, бутон.
Говорят, что Лига существует столько же, сколько существует человеческое воображение. Кто-то шепчет, что её основали первые сказители, сидящие у костров в доисторические ночи. Кто-то уверен, что Лига — это лишь отражение коллективного бессознательного, место, где материализуются самые смелые и сокровенные грёзы. Но члены Лиги знают истину: это sanctuary, убежище для тех, кто понимает, что фантазия — это не бегство от реальности, а её самое глубокое, самое концентрированное проявление.
Залы Лиги меняются в зависимости от того, кто в них входит. Для одного это будет кабинет, наполненный запахом старых книг и озона, для другого — терраса, парящая над облаками, для третьего — тёмная комната, где тени танцуют на стенах под звуки невидимого оркестра. Но есть одно неизменное правило: в Лигу допускаются лишь те, чей возраст не превысил тридцати двух лет. Это время, когда огонь юности ещё не угас, но разум уже способен постичь глубину истинной страсти и сложность человеческих чувств...
Залы Лиги меняются в зависимости от того, кто в них входит. Для одного это будет кабинет, наполненный запахом старых книг и озона, для другого — терраса, парящая над облаками, для третьего — тёмная комната, где тени танцуют на стенах под звуки невидимого оркестра. Но есть одно неизменное правило: в Лигу допускаются лишь те, чей возраст не превысил тридцати двух лет. Это время, когда огонь юности ещё не угас, но разум уже способен постичь глубину истинной страсти и сложность человеческих чувств...
Их называют полуночными романтиками. Они не встречаются днём — днём они обычные люди: клерки, художники, музыканты, студенты, мечтатели. Но с наступлением ночи в них просыпается нечто иное. Они выходят на улицы пустых городов, они поднимаются на крыши, они спускаются в подвалы, где играют джаз, они бродят по набережным, слушая, как вода плещется о камни. Они ищут. Ищут друг друга, ищут смысл, ищут ту самую ноту, которая заставит их сердце забиться в ритме вселенной.
Говорят, что существует Общество Полуночных Романтиков. Говорят, что оно не имеет ни устава, ни членских взносов, ни даже постоянного места встреч. Членом Общества становится тот, кто однажды в полночь посмотрел на луну и понял, что она смотрит на него в ответ. Тот, кто услышал в тишине музыку, которой нет. Тот, кто полюбил так, что эта любовь стала похожа на сон, от которого не хочется просыпаться.
Говорят, что существует Общество Полуночных Романтиков. Говорят, что оно не имеет ни устава, ни членских взносов, ни даже постоянного места встреч. Членом Общества становится тот, кто однажды в полночь посмотрел на луну и понял, что она смотрит на него в ответ. Тот, кто услышал в тишине музыку, которой нет. Тот, кто полюбил так, что эта любовь стала похожа на сон, от которого не хочется просыпаться.
Министерство Героических Деяний и Подвигов возвышалось над столицей королевства Остгард подобно монументу человеческой педантичности. Его белые мраморные колонны уходили в облака, а на каждой ступени широкой лестницы были высечены имена тех, чьи подвиги были официально зафиксированы. Кайрен стоял у подножия этой лестницы, чувствуя, как грязь и засохшая кровь дракона на его сапогах оскверняют священный камень. Ему было двадцать четыре года, его плащ был изорван, а в правой руке он сжимал тяжёлый, покрытый чешуёй рог покорённого зверя.
Три дня назад этот зверь, пепельный виверн, обрушился на торговый квартал. Кайрен, наёмник без титула и герба, сражался с ним один. Он загнал клинок в сердце твари, но ядовитая кровь чудовища расплавила его доспехи, а сам виверн обратился в кучу пепла, не оставив ни тела, ни трофеев, кроме этого рога. Кайрен спас тысячи жизней. Но сейчас он стоял перед резными дубовыми дверями Высшей Залы, и его сердце билось не от усталости, а от глухого, нарастающего...
Три дня назад этот зверь, пепельный виверн, обрушился на торговый квартал. Кайрен, наёмник без титула и герба, сражался с ним один. Он загнал клинок в сердце твари, но ядовитая кровь чудовища расплавила его доспехи, а сам виверн обратился в кучу пепла, не оставив ни тела, ни трофеев, кроме этого рога. Кайрен спас тысячи жизней. Но сейчас он стоял перед резными дубовыми дверями Высшей Залы, и его сердце билось не от усталости, а от глухого, нарастающего...
Молодой подмастерье кузнеца находит в старой кузнице странный молот, от которого по ночам идёт голубое свечение. Вскоре выясняется, что молот — ключ к границе между миром людей и царством лесных духов. Каждый удар по наковальне приоткрывает эту границу, и в деревню просачиваются тени. Герою нужно либо уничтожить молот и потерять уважение мастера, либо научиться ковать не металл, а договоры с духами, чтобы удержать равновесие.
Их было двое.
Первый — как гроза. Чёрные волосы до плеч, острые скулы, серебряные глаза с вертикальными зрачками. И хвост. Живой, чешуйчатый, бьющий по камню.
Второй — как пламя. Золотой, огромный, молчаливый. С глазами цвета расплавленного мёда. Он смотрел так, будто видел меня насквозь.
— Вы кто? — прохрипела я, вжимаясь в золото.
— Кайден, — ответил хвостатый, и голос у него был низкий, с хрипотцой. — А это Валериус. Мы — те, кто тебя призвал.
— Меня никто не звал!
— Амулет выбора, — сухо произнёс Валериус. — Он не выбирает случайных. Он выбирает истинных.
Я не поняла. А потом Кайден подошёл ближе и вдохнул. Просто вдохнул — и его зрачки расширились, став почти круглыми.
— Она пахнет ванилью, — прорычал он. — Тёплой выпечкой. Мёдом. Боги, я хочу её сожрать.
Я проснулась на горе золота — в логове двух драконов, которые триста лет ждали свою истинную пару. Они говорят, что я — их единственная, их сладкая пышка, их дом. И этой ночью они намерены доказать это раз и навсегда.
Первый — как гроза. Чёрные волосы до плеч, острые скулы, серебряные глаза с вертикальными зрачками. И хвост. Живой, чешуйчатый, бьющий по камню.
Второй — как пламя. Золотой, огромный, молчаливый. С глазами цвета расплавленного мёда. Он смотрел так, будто видел меня насквозь.
— Вы кто? — прохрипела я, вжимаясь в золото.
— Кайден, — ответил хвостатый, и голос у него был низкий, с хрипотцой. — А это Валериус. Мы — те, кто тебя призвал.
— Меня никто не звал!
— Амулет выбора, — сухо произнёс Валериус. — Он не выбирает случайных. Он выбирает истинных.
Я не поняла. А потом Кайден подошёл ближе и вдохнул. Просто вдохнул — и его зрачки расширились, став почти круглыми.
— Она пахнет ванилью, — прорычал он. — Тёплой выпечкой. Мёдом. Боги, я хочу её сожрать.
Я проснулась на горе золота — в логове двух драконов, которые триста лет ждали свою истинную пару. Они говорят, что я — их единственная, их сладкая пышка, их дом. И этой ночью они намерены доказать это раз и навсегда.
Она — училка с большим сердцем и ещё большим весом. Он — эльф с красивым лицом и огромным самомнением. Их встреча изменила мир.
Анна Сергеевна никогда не мечтала о магии. Она мечтала о кофе, отпуске и чтобы её ученики не списывали контрольные. Но когда портал затягивает её в мир эльфов, ей приходится столкнуться с тем, что хуже девятиклассников — с наглым, красивым Хранителем Света, который уверен, что она его истинная пара.
Она не верит в пророчества. Она верит в физику. И она готова доказать, что магия — это просто недоизученная наука. Даже если для этого придётся переспать с эльфом. Особенно если.
Но когда их раздражение перерастает в страсть, а страсть — в любовь, Анна понимает: самый сложный интеграл в этой жизни — это интеграл двух сердец. И её задача — не просто спасти мир, а выжить в нём, не растеряв чувство юмора и любимую кружку.
«Я — учитель физики. Я ничего не чувствую. Я измеряю. Всё, что не измеряется, не существует. Или существует, но мне плевать».
Анна Сергеевна никогда не мечтала о магии. Она мечтала о кофе, отпуске и чтобы её ученики не списывали контрольные. Но когда портал затягивает её в мир эльфов, ей приходится столкнуться с тем, что хуже девятиклассников — с наглым, красивым Хранителем Света, который уверен, что она его истинная пара.
Она не верит в пророчества. Она верит в физику. И она готова доказать, что магия — это просто недоизученная наука. Даже если для этого придётся переспать с эльфом. Особенно если.
Но когда их раздражение перерастает в страсть, а страсть — в любовь, Анна понимает: самый сложный интеграл в этой жизни — это интеграл двух сердец. И её задача — не просто спасти мир, а выжить в нём, не растеряв чувство юмора и любимую кружку.
«Я — учитель физики. Я ничего не чувствую. Я измеряю. Всё, что не измеряется, не существует. Или существует, но мне плевать».
Получив странную посылку, я перенёсся в другой мир, где славянские боги проигрывают войну эльфам и оркам. Моё оружие — древняя сила «Распутник», позволяющая получать волшебные способности от женщин, с которыми я разделю ложе, и волшебное "истинное зрение", которое облекает информацию об окружающих меня людей в системные параметры, как в видеоигре. Я соберу гарем и армию мертвецов, чтобы спасти мир от нашествия иноверцев.
Он - зачуханый и невзрачный айтишник двадцати пяти лет, живущий в маленькой комнатушке на проспекте Бронского. Она - демонесса высшего уровня, заточенная колдунами Востока в века, покрытые песками.
====
За что меня наказали смертные? Конечно, за тёмную власть похоти и любви. Я, Александра, великая повелительница самых сокровенных чувств души, обладаю телом тонким, словно сотканным из шёлка. Волосы мои зачёсаны назад, открывая лицо — роковое, гордое, бесстрашное перед друзьями и врагами.
Я знала всех дьяволов высшего уровня, а также тёмных архангелов и князей — слуг высшего лорда тьмы, а с некоторыми даже...
====
За что меня наказали смертные? Конечно, за тёмную власть похоти и любви. Я, Александра, великая повелительница самых сокровенных чувств души, обладаю телом тонким, словно сотканным из шёлка. Волосы мои зачёсаны назад, открывая лицо — роковое, гордое, бесстрашное перед друзьями и врагами.
Я знала всех дьяволов высшего уровня, а также тёмных архангелов и князей — слуг высшего лорда тьмы, а с некоторыми даже...
Она спасла его от цепей. Он заклеймил её сердце.
Когда отец Серафины решает выдать её замуж за жестокого князя, Рейнар клянётся вернуться победителем. Он уходит на битву с чудовищами Хрустальных Пустошей, чтобы заслужить титул и право на руку возлюбленной.
Но Хрустальные Пустоши хранят его истинное наследие.
Он вернётся. И он заберёт то, что принадлежит ему по праву.
18+. Очень откровенно. Страсть, драконы и запретная любовь.
Когда отец Серафины решает выдать её замуж за жестокого князя, Рейнар клянётся вернуться победителем. Он уходит на битву с чудовищами Хрустальных Пустошей, чтобы заслужить титул и право на руку возлюбленной.
Но Хрустальные Пустоши хранят его истинное наследие.
Он вернётся. И он заберёт то, что принадлежит ему по праву.
18+. Очень откровенно. Страсть, драконы и запретная любовь.
Подборка откровенного эротического фэнтези
Выберите полку для книги