Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Через полчаса, совсем продрогнув до костей и гарантированно получив небольшое обморожение, после которого я слягу с воспалением лёгких, я поднялась, стряхнула шубу, и она полетела вниз. Я просто не смогла её удержать замёрзшими пальцами.
Я перегнулась через борт, чтобы посмотреть, где моя пропажа, и заметила кусок меха, зацепившийся за какую-то деревяшку.
«Слава богу!» — подумала я.
Мне ещё возвращать эту вещь.
Я попыталась дотянуться пальцами, но не смогла. Перегнулась через борт, ещё больше повисла на животе, почти схватила и полетела вниз.
— Мара!! — услышала я голос слуги моего будущего мужа, но сделать уже ничего не могла. Я ударилась об ветки и приземлилась в большой сугроб.
Я перегнулась через борт, чтобы посмотреть, где моя пропажа, и заметила кусок меха, зацепившийся за какую-то деревяшку.
«Слава богу!» — подумала я.
Мне ещё возвращать эту вещь.
Я попыталась дотянуться пальцами, но не смогла. Перегнулась через борт, ещё больше повисла на животе, почти схватила и полетела вниз.
— Мара!! — услышала я голос слуги моего будущего мужа, но сделать уже ничего не могла. Я ударилась об ветки и приземлилась в большой сугроб.
В помещение с бокалом в руке, вошел Арсений Николаевич... Его рубашка была настежь распахнута, открывая рельефный пресс и накачанную грудь.
Я невольно уставилась на полоску загорелой кожи, уходящую вглубь его низко сидящих на бедрах брюк, а затем с трудом взяв себя в руки, отвела взгляд, но он уже заметил мой интерес.
— Можешь смотреть, я не против. — усмехнулся он, слегка пританцовывая, приближаясь ко мне.
Я почувствовала, как заливаюсь румянцем, а мужчина взял мою руку и приложил ладонь к своей обнаженной, горячей груди.
— Я даже не против, если ты потрогаешь.
Я все понимала. Понимала, зачем здесь нахожусь, но инстинктивно рванулась назад, выдернув кисть. В этот момент, в столовую вошли двое других. Артур Геннадьевич хищно улыбаясь, надвигался на меня, а Станислав Борисович с бокалом в руке, неспешно подошел к кожаному креслу и устроился в нем.
— Ты готова, Светлана? У нас есть два часа.
Я невольно уставилась на полоску загорелой кожи, уходящую вглубь его низко сидящих на бедрах брюк, а затем с трудом взяв себя в руки, отвела взгляд, но он уже заметил мой интерес.
— Можешь смотреть, я не против. — усмехнулся он, слегка пританцовывая, приближаясь ко мне.
Я почувствовала, как заливаюсь румянцем, а мужчина взял мою руку и приложил ладонь к своей обнаженной, горячей груди.
— Я даже не против, если ты потрогаешь.
Я все понимала. Понимала, зачем здесь нахожусь, но инстинктивно рванулась назад, выдернув кисть. В этот момент, в столовую вошли двое других. Артур Геннадьевич хищно улыбаясь, надвигался на меня, а Станислав Борисович с бокалом в руке, неспешно подошел к кожаному креслу и устроился в нем.
— Ты готова, Светлана? У нас есть два часа.
Что может объединять бывших супругов? Эмили и Марк думали, что ничего. Они забыли, что самая прочная связь - это взаимное разрушение.
— Алька, ну ты чего! Дурочка моя, — дергает на себя обратно, и я впечатываюсь в мощную грудную клетку, — Ты же со мной поедешь? Женой моей будешь?
Шмыгаю носом.
— Буду, — все еще обиженно дую губу.
А у самой такая эйфория разливается по телу… Женой его. Да я за ним хоть на край света. Лишь бы рядом был.
— Только помни, Алька, я ревнивый. Даешь согласие, значит на всю жизнь. Уверена?
— В чем уверена, Лешка? В том, что люблю тебя? Без сомнения. Мне никто и не нужен кроме тебя.
Знала бы я, что через несколько лет эти слова покажутся мне бредом сумасшедшего. Словно я все выдумала… И не было у нас любви, не было у нас ничего.
Только ненависть. Страшная жгучая ненависть.
И вместо “люблю” проросли корни такого прочного “ненавижу”...
Шмыгаю носом.
— Буду, — все еще обиженно дую губу.
А у самой такая эйфория разливается по телу… Женой его. Да я за ним хоть на край света. Лишь бы рядом был.
— Только помни, Алька, я ревнивый. Даешь согласие, значит на всю жизнь. Уверена?
— В чем уверена, Лешка? В том, что люблю тебя? Без сомнения. Мне никто и не нужен кроме тебя.
Знала бы я, что через несколько лет эти слова покажутся мне бредом сумасшедшего. Словно я все выдумала… И не было у нас любви, не было у нас ничего.
Только ненависть. Страшная жгучая ненависть.
И вместо “люблю” проросли корни такого прочного “ненавижу”...
Раз в жизни приличная женщина позволяет себе приключение на одну ночь с тем, чтобы почувствовать себя живой, но никогда больше не повторять. Но у приключения оказывается другая точка зрения на этот вопрос.
Два взрослых человека со своими проблемами и чуждыми жизнями, выйдет ли что-то существенное из их случайной встречи?
Умная женщина с чувством юмора, адекватный мужчина со спецэффектами, все штампы любовного романа – и Байкал. Тревел, любовь, недоверие, цена, которую платишь за опрометчивость – и обещание, которое может сбыться. Нежно, откровенно 18+, до ХЭ доползем как-нибудь.
Два взрослых человека со своими проблемами и чуждыми жизнями, выйдет ли что-то существенное из их случайной встречи?
Умная женщина с чувством юмора, адекватный мужчина со спецэффектами, все штампы любовного романа – и Байкал. Тревел, любовь, недоверие, цена, которую платишь за опрометчивость – и обещание, которое может сбыться. Нежно, откровенно 18+, до ХЭ доползем как-нибудь.
Вы когда-нибудь испытывали настолько сильное чувство, что оно граничило с безумием? Мечтали о человеке, которого видели почти каждый день, но не решались признаться в своих чувствах? А что, если бы он вдруг узнал о всех ваших фантазиях?
Я бы и дальше продолжала тайно обожать его, если бы не совершила небольшую ошибку. Мы использовали одинаковый пароль на наших айфонах: день, месяц и год его рождения.
Я бы и дальше продолжала тайно обожать его, если бы не совершила небольшую ошибку. Мы использовали одинаковый пароль на наших айфонах: день, месяц и год его рождения.
— Боишься? — его дыхание обжигает.
— Да…
— Хорошо. У нас есть правило. Скажешь «Красный», и все остановится.
Наш брак утонул в рутине, пока я не рискнула попросить его перестать быть джентльменом. Теперь в нашей спальне нет места словам — только его команды и мое безоговорочное доверие
— Да…
— Хорошо. У нас есть правило. Скажешь «Красный», и все остановится.
Наш брак утонул в рутине, пока я не рискнула попросить его перестать быть джентльменом. Теперь в нашей спальне нет места словам — только его команды и мое безоговорочное доверие
Один светский вечер, закрытая комната и желание, которое не знает времени. Итан и Агата возвращаются к воспоминаниям о начале их отношений, вновь ощущая страсть, нежность и связь, которая стала лишь глубже с годами. Каждое прикосновение напоминает им: настоящая любовь не угасает — она лишь разгорается сильнее.
Проснувшись в чужом теле, Маша с изумлением понимает, что теперь она не скромная закомплексованная офисная сотрудница, а принадлежит знатному роду и обладает магическим даром. Этот дар осложняет её новую жизнь. Он пробуждает у противоположного пола неуправляемую страсть. И сама она начинает испытывать дикую, неконтролируемую страсть к своим жертвам.
Проснувшись в чужом теле, Маша с удивлением осознает, что теперь она — знатная магиня. Её новая жизнь осложняется магическим даром под названием «чароцвет». Его действие весьма пикантно: он вызывает у жертвы пылкую, неконтролируемую одержимость Машей. Однако у дара есть коварный побочный эффект — после его активации сама Ксилара испытывает страсть к своей жертве и теряет перед ней всякую волю.
Выберите полку для книги