Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Встретить истинную пару, будучи проданным в мужской бордель, — нет худшего унижения. Особенно, если ты гордый дракон из древнего богатого рода. Не так, ох, не так Дьяр представлял знакомство со своей второй половинкой.
Как не умереть от стыда? Как обрести свободу, если на горле антимагический ошейник? Как заставить любимую увидеть в нем достойного мужчину, а не презренного раба из дома удовольствий?
Как не умереть от стыда? Как обрести свободу, если на горле антимагический ошейник? Как заставить любимую увидеть в нем достойного мужчину, а не презренного раба из дома удовольствий?
– Я тебя когда увидел, захотел испортить, запачкать собой. Чистая, невинная, моя.
– Нет, я не твоя...
– Да, Ю, по праву моя. Каждый миллиметр твоего тела – мой. Даже твое дыхание принадлежит мне, – легонько сдавливает горло, мои глаза расширяются от страха. – А теперь давай становись на колени и поприветствуй супруга, как следует.
Его называют Бездушным. Его боятся, ненавидят, восхищаются. Я оказалась не в том месте, не в то время. Тимерлан Абрамов спас меня, сделал своей. Но я этого не просила.
Я не хочу любить чудовище!
И мне страшно… Что будет, если чудовище полюбит в ответ?
– Нет, я не твоя...
– Да, Ю, по праву моя. Каждый миллиметр твоего тела – мой. Даже твое дыхание принадлежит мне, – легонько сдавливает горло, мои глаза расширяются от страха. – А теперь давай становись на колени и поприветствуй супруга, как следует.
Его называют Бездушным. Его боятся, ненавидят, восхищаются. Я оказалась не в том месте, не в то время. Тимерлан Абрамов спас меня, сделал своей. Но я этого не просила.
Я не хочу любить чудовище!
И мне страшно… Что будет, если чудовище полюбит в ответ?
- Ты? – в ужасе спрашиваю я, узнав этого мужчину, хоть и видела его всего один раз, в день моей помолвки с так и несостоявшимся женихом.
- Я. – с самодовольной ухмылкой на губах, подтверждает он.
- Зачем ты это сделал?
- Ты мне понравилась и я захотел тебя забрать.
- Это какая-то дикость. В смысле захотел забрать?! У меня была свадьба, ты украл меня!
- Эта свадьба была фарсом и ты сама это знаешь.
- Я здесь пленница?- его уверенный кивок, заставляет застыть кровь в венах.-Отец будет меня искать. – в неверии шепчу я, отходя к стене, желая оказаться как можно дальше от этого чудовища.
- Со временем ты забудешь об этом. – касаясь рукой моей щеки, отвечает он.
- А если нет? – с вызовом вскинув голову, спрашиваю я. – Заставишь?
- Заставить полюбить? Ты сделаешь это сама, Лиля.
- Я. – с самодовольной ухмылкой на губах, подтверждает он.
- Зачем ты это сделал?
- Ты мне понравилась и я захотел тебя забрать.
- Это какая-то дикость. В смысле захотел забрать?! У меня была свадьба, ты украл меня!
- Эта свадьба была фарсом и ты сама это знаешь.
- Я здесь пленница?- его уверенный кивок, заставляет застыть кровь в венах.-Отец будет меня искать. – в неверии шепчу я, отходя к стене, желая оказаться как можно дальше от этого чудовища.
- Со временем ты забудешь об этом. – касаясь рукой моей щеки, отвечает он.
- А если нет? – с вызовом вскинув голову, спрашиваю я. – Заставишь?
- Заставить полюбить? Ты сделаешь это сама, Лиля.
– Это великая честь – провести ночь с нашим господином.
– Что? Вы в своем уме? – спрашиваю у пожилой женщины, протягивающей мне странное одеяние.
– Ты должна делать все, чтобы он остался доволен, – стоит на своем, не замечая протеста.
– Я не собираюсь ничего делать! Сейчас же отпустите меня! Я хочу домой!
– Жертва не может отказывать хозяину, – внезапно властный мужской голос разносится по комнате, вынуждая обернуться. – Она лишь подчиняется, – ухмылка на лице незнакомца выбивает из-под ног почву.
– Что? Вы в своем уме? – спрашиваю у пожилой женщины, протягивающей мне странное одеяние.
– Ты должна делать все, чтобы он остался доволен, – стоит на своем, не замечая протеста.
– Я не собираюсь ничего делать! Сейчас же отпустите меня! Я хочу домой!
– Жертва не может отказывать хозяину, – внезапно властный мужской голос разносится по комнате, вынуждая обернуться. – Она лишь подчиняется, – ухмылка на лице незнакомца выбивает из-под ног почву.
Мой любимый просил довериться и... разделил меня с другим в постели. А потом, он предложил мне выйти за него замуж.
Но тот, другой мужчина, также не готов от меня отказаться.
Но тот, другой мужчина, также не готов от меня отказаться.
От его взгляда подгибаются ноги, а в голове становится пусто. Я боюсь этого оборотня до дрожи, но уйти не могу, ведь между нами контракт. Идеальное послушание с моей стороны и щедрая оплата с его. Но главное условие - никакой близости. Только в любом договоре можно найти лазейку. И, кажется, альфа всерьез намерен это сделать...
После смерти отца мне, как старшей сестре, пришлось самой заботиться о шести братьях, используя свой редкий и необычный дар не самым законным образом. Я знала, что хожу по краю, но красавчик, поймавший меня с поличным, оказался совсем не прост. Теперь в его руках не только моя судьба, но и жизнь моего младшего брата. Ради него я согласна изображать жену регента, на которую похожа, как две капли воды. Мы все обречены: я, мой брат и мой ненастоящий муж, ведь заговорщики могущественны и опасны, а правде никто не поверит. Но ради брата я должна вытерпеть и выжить.
А возможно, и не только ради него одного.
Однотомник. ХЭ.
А возможно, и не только ради него одного.
Однотомник. ХЭ.
– Из-за тебя мальчик отправится в армию, – говорит мама осуждающе.
– Как в армию? Почему? – переспрашиваю осипшим голосом.
– Отец запретил ему к тебе приближаться, но он не послушался.
– Пожалуйста, не надо, – шепчу, – Артем ни в чем не виноват.
– Залез к тебе в постель, это, по-твоему, не виноват?
– Он сделал это с моего позволения!
– Не думала, что ты такая... распутница, – бросает в меня оскорбление. – Ты знаешь его без году неделю!
Почему они хотят нас разлучить? Мы же не кровные, мы друг другу никто. Общество нас не осудит. Тогда почему осуждают родители?
Чтобы спасти свой бизнес моей маме пришлось выйти замуж за врага. В довесок к могущественному отчиму прилагается его наглый самоуверенный сынок-мажор.
– Как в армию? Почему? – переспрашиваю осипшим голосом.
– Отец запретил ему к тебе приближаться, но он не послушался.
– Пожалуйста, не надо, – шепчу, – Артем ни в чем не виноват.
– Залез к тебе в постель, это, по-твоему, не виноват?
– Он сделал это с моего позволения!
– Не думала, что ты такая... распутница, – бросает в меня оскорбление. – Ты знаешь его без году неделю!
Почему они хотят нас разлучить? Мы же не кровные, мы друг другу никто. Общество нас не осудит. Тогда почему осуждают родители?
Чтобы спасти свой бизнес моей маме пришлось выйти замуж за врага. В довесок к могущественному отчиму прилагается его наглый самоуверенный сынок-мажор.
Меня вешали на дереве бандиты, когда появился этот здоровяк. Я уже смирилась со своей позорной и нелепой смертью, но у этого мужика были на меня свои планы, за которые он готов был биться с самим дьяволом!
Он спас меня. Как рабыню, как безвольную куклу, как вещь, он увез меня в свою страну. Я жива благодаря ему, но теперь я его собственность. Этот плен для меня хуже смерти!
– Я восхищаюсь твоей стойкостью и смелостью, Даша! Ты настоящая амазонка! У нас с тобой получатся прекрасные дети!
– Я люблю другого мужчину! Я лучше сдохну, чем лягу с тобой в одну койку! Я не собираюсь тебе никого рожать! Ты просто омерзителен!
– Бедная моя девочка! Ты ничего не знаешь о любви! Ты настолько озлоблена, что слепа! Ну, ничего, милая, я уже набрался терпения! Я покажу тебе, что такое любовь!
Он спас меня. Как рабыню, как безвольную куклу, как вещь, он увез меня в свою страну. Я жива благодаря ему, но теперь я его собственность. Этот плен для меня хуже смерти!
– Я восхищаюсь твоей стойкостью и смелостью, Даша! Ты настоящая амазонка! У нас с тобой получатся прекрасные дети!
– Я люблю другого мужчину! Я лучше сдохну, чем лягу с тобой в одну койку! Я не собираюсь тебе никого рожать! Ты просто омерзителен!
– Бедная моя девочка! Ты ничего не знаешь о любви! Ты настолько озлоблена, что слепа! Ну, ничего, милая, я уже набрался терпения! Я покажу тебе, что такое любовь!
- Иди ко мне, - наклоняюсь и приближаюсь к ее губам.
Замираю в паре миллиметров. Вожу носом, впитывая ее аромат в себя. И, наконец, набрасываюсь.
Я боюсь напугать ее своим напором, но ничего не могу с собой поделать. Я готов сожрать ее. Всю!
От накрывающего кайфа закрываю глаза и как будто всасываю ее губы.
Убираю руки с лица и сжимаю ее, впечатывая в себя.
Я целую ее и она отвечает. Первая толкает мне навстречу язык.
Я улыбаюсь ей в губы и подхватываю под попу. Поднимаю и несу в комнату.
Она – запрет. Табу. Заноза в моей беспечной жизни.
Я не должен думать о ней и тем более касаться.
Но есть одно «но», ради которого я нарушу правила. Сломаю запреты.
Замираю в паре миллиметров. Вожу носом, впитывая ее аромат в себя. И, наконец, набрасываюсь.
Я боюсь напугать ее своим напором, но ничего не могу с собой поделать. Я готов сожрать ее. Всю!
От накрывающего кайфа закрываю глаза и как будто всасываю ее губы.
Убираю руки с лица и сжимаю ее, впечатывая в себя.
Я целую ее и она отвечает. Первая толкает мне навстречу язык.
Я улыбаюсь ей в губы и подхватываю под попу. Поднимаю и несу в комнату.
Она – запрет. Табу. Заноза в моей беспечной жизни.
Я не должен думать о ней и тем более касаться.
Но есть одно «но», ради которого я нарушу правила. Сломаю запреты.
Выберите полку для книги