Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «slushat-fentezi&page=3187»
Я очнулась в чужом мире в теле Шарлин, брошенной жены барона, с младенцем на руках.
Муж ждал наследника, а получил дочь. Разочаровавшись, он сослал нас в заброшенное поместье и решил, что на этом моя история закончена.
Но быть жертвой я никогда не умела. Я химик и умею делать лекарства, знаю цену знаниям и не собираюсь ждать милости от тех, кто уже однажды меня предал.
Я превращу этот запущенный дом в крепость, найду способ заработать на безбедную жизнь и никому не позволю отнять у меня дочь.
Муж ждал наследника, а получил дочь. Разочаровавшись, он сослал нас в заброшенное поместье и решил, что на этом моя история закончена.
Но быть жертвой я никогда не умела. Я химик и умею делать лекарства, знаю цену знаниям и не собираюсь ждать милости от тех, кто уже однажды меня предал.
Я превращу этот запущенный дом в крепость, найду способ заработать на безбедную жизнь и никому не позволю отнять у меня дочь.
Я умею продавать корм для капризных котов, спасать бизнес от проверок и улыбаться, когда очередной мужчина предлагает мне похудеть. Но я совершенно не умею быть женщиной, на которую смотрят голодным взглядом.
Тимур Таежный смотрит именно так.
Рядом с ним я вдруг надеваю яркие платья, танцую босиком и впервые не прячу свои формы. Он называет меня булочкой, носит на руках и обещает расправиться с каждым, кто посмеет меня обидеть.
Звучало бы романтично, если бы мой курортный кавалер не скрывал тайну. По ночам он исчезает. На пляже находят следы огромного зверя. А однажды Тимур прижимает меня к двери и хрипло просит не бежать, что бы я сейчас ни увидела.
Тимур Таежный смотрит именно так.
Рядом с ним я вдруг надеваю яркие платья, танцую босиком и впервые не прячу свои формы. Он называет меня булочкой, носит на руках и обещает расправиться с каждым, кто посмеет меня обидеть.
Звучало бы романтично, если бы мой курортный кавалер не скрывал тайну. По ночам он исчезает. На пляже находят следы огромного зверя. А однажды Тимур прижимает меня к двери и хрипло просит не бежать, что бы я сейчас ни увидела.
Он – оборотень, альфа, родители которого мечтают увидеть счастливую избранницу сына.
Она – обычная девушка, которую подло бросил в опасности парень.
Альфа не чует в этой девушке истинную, но волк почему-то тянется к ней при каждой встрече.
– Тебе нужна работа? Отлично! Я тебя нанимаю!
– Кем? Мне уже отказали в вашей фирме!
– Моей невестой! Фиктивной, разумеется.
Она – обычная девушка, которую подло бросил в опасности парень.
Альфа не чует в этой девушке истинную, но волк почему-то тянется к ней при каждой встрече.
– Тебе нужна работа? Отлично! Я тебя нанимаю!
– Кем? Мне уже отказали в вашей фирме!
– Моей невестой! Фиктивной, разумеется.
Десять лет я режу пряничные доски, от которых ахает весь город. Ахает – и кланяется дяде: клеймо-то на досках его. А я при мастерской так, из милости. Стружку мету. Квас подаю.
Молчать я умею – выучена. Молчала бы и дальше, да в город приехал заказ: свадьба княжны, тысяча пряников, и принимать работу будет сам молодой князь. Тот самый, который задает мастерам по три вопроса – и мой дядя утонул на первом.
А еще князь нашел в узоре ласточку. Малую, с ноготь, в левом завитке – мою тайную подпись. И теперь он ездит по мастерским с доскою под мышкой и ищет не мастера.
Он ищет руку.
Прятаться? Поздно. Отдать ему все на блюдечке? Ну уж нет: свое имя я подниму со дна сама – со слепым судом, с артелью из восьми пряничниц, глухого подмастерья и двух вдов, и пусть цех при всем народе скажет вслух, чья рука резала эти десять лет.
Молчать я умею – выучена. Молчала бы и дальше, да в город приехал заказ: свадьба княжны, тысяча пряников, и принимать работу будет сам молодой князь. Тот самый, который задает мастерам по три вопроса – и мой дядя утонул на первом.
А еще князь нашел в узоре ласточку. Малую, с ноготь, в левом завитке – мою тайную подпись. И теперь он ездит по мастерским с доскою под мышкой и ищет не мастера.
Он ищет руку.
Прятаться? Поздно. Отдать ему все на блюдечке? Ну уж нет: свое имя я подниму со дна сама – со слепым судом, с артелью из восьми пряничниц, глухого подмастерья и двух вдов, и пусть цех при всем народе скажет вслух, чья рука резала эти десять лет.
Мир, в который попала Теона, изгнанная ковеном и проклятая вечностью, встретил её оскалом чуждых законов. Здесь магия — не дар, а клеймо, тягчайшее из преступлений, за которое судят без пощады. И теперь ей, созданной из силы и древней крови, приходится прятать своё естество, как воровке краденое, затаив дыхание под прицелом чужих глаз.
Но как остаться безучастной, когда люди вокруг тают с пугающей быстротой, сгорая за считанные годы, как свечи на ветру? Она не умеет проходить мимо чужой боли. Девушка очищает город от зачарованной воды, что крадёт у людей их время, а следом открывает лавку, где возвращает утраченную молодость.
Её доброта становится мишенью. Хранители веры наводят на неё прицел, готовые растерзать еретичку, и лишь воля отстранённого от власти страта удерживает их руку. Он — изгой, она — чужая. И они заключают союз, холодный и расчётливый — фиктивный брак, что даёт ему тень власти, а ей право дышать.
Что станется с этим соглашением, когда в него ворвётся живое пламя…
Но как остаться безучастной, когда люди вокруг тают с пугающей быстротой, сгорая за считанные годы, как свечи на ветру? Она не умеет проходить мимо чужой боли. Девушка очищает город от зачарованной воды, что крадёт у людей их время, а следом открывает лавку, где возвращает утраченную молодость.
Её доброта становится мишенью. Хранители веры наводят на неё прицел, готовые растерзать еретичку, и лишь воля отстранённого от власти страта удерживает их руку. Он — изгой, она — чужая. И они заключают союз, холодный и расчётливый — фиктивный брак, что даёт ему тень власти, а ей право дышать.
Что станется с этим соглашением, когда в него ворвётся живое пламя…
Я умею говорить вещам, что они дешёвые. И вещи мне верят.
Я же стою за прилавком ломбарда и знаю про этот город больше, чем гильдия: что почём, кто разорился, чей сервиз достают, когда приезжает брат из уезда.
Одного я не знаю до сих пор – какая цена у меня.
Впрочем, за меня уже эти черти посчитали: хозяин продаёт лавку вместе с полками, коромыслом и мной. Двадцать первой позицией в листе продажи стою я.
И ко мне пришёл клиент со свёртком. Краденым, разумеется.
И с квитанцией, потому что грабить без документа, по его мнению, хамство.
Он приходит без четверти семь. Внутрь не заходит, стоит на пороге и молчит. И я никак не могу сообразить, зачем дракон-налётчик полгода таскает по лавкам чужое серебро и почему у меня в описи всё сходится, а в голове .. нет.
Тут бы мне остановиться и посчитать.
Считать я умею быстро, но…
Я же стою за прилавком ломбарда и знаю про этот город больше, чем гильдия: что почём, кто разорился, чей сервиз достают, когда приезжает брат из уезда.
Одного я не знаю до сих пор – какая цена у меня.
Впрочем, за меня уже эти черти посчитали: хозяин продаёт лавку вместе с полками, коромыслом и мной. Двадцать первой позицией в листе продажи стою я.
И ко мне пришёл клиент со свёртком. Краденым, разумеется.
И с квитанцией, потому что грабить без документа, по его мнению, хамство.
Он приходит без четверти семь. Внутрь не заходит, стоит на пороге и молчит. И я никак не могу сообразить, зачем дракон-налётчик полгода таскает по лавкам чужое серебро и почему у меня в описи всё сходится, а в голове .. нет.
Тут бы мне остановиться и посчитать.
Считать я умею быстро, но…
Шесть лет я была женой самого влиятельного обсидианового дракона Варнеса и главным специалистом его строительной компании.
А потом отказалась подписать заключение о безопасности моста, в конструкции которого обнаружила скрытые трещины.
— Дому Ардес нужна жена, которая стоит рядом со мной, а не выступает против меня.
— Тогда найди другую.
На следующий день Каиден подал на развод.
Я подписала документы, вернула девичью фамилию и ушла из его компании с одним чемоданом, небольшими сбережениями и профессией, которую у меня никто не мог отнять.
Через две недели мост треснул.
Вскоре такие же опасные дефекты начали находить и в других зданиях Варнеса.
Теперь мне предстоит выяснить, кто годами подменял дорогой магический обсидиан дешёвым составом, почему лаборатории этого не замечали и сколько ещё городских конструкций могут оказаться под угрозой.
А потом отказалась подписать заключение о безопасности моста, в конструкции которого обнаружила скрытые трещины.
— Дому Ардес нужна жена, которая стоит рядом со мной, а не выступает против меня.
— Тогда найди другую.
На следующий день Каиден подал на развод.
Я подписала документы, вернула девичью фамилию и ушла из его компании с одним чемоданом, небольшими сбережениями и профессией, которую у меня никто не мог отнять.
Через две недели мост треснул.
Вскоре такие же опасные дефекты начали находить и в других зданиях Варнеса.
Теперь мне предстоит выяснить, кто годами подменял дорогой магический обсидиан дешёвым составом, почему лаборатории этого не замечали и сколько ещё городских конструкций могут оказаться под угрозой.
Мне дали тридцать дней, чтобы спасти Водный двор.
Если за это время я не погашу городской долг, не верну торговцев и не заставлю работать семь каменных чаш, кредиторы заберут все.
Есть только одна проблема: еще сегодня утром я жила в другом мире. Теперь меня зовут Найра Весс, за мной числятся огромные долги, почти пустой торговый двор и репутация хозяйки, которой давно никто не верит.
К счастью, я знаю, как возвращать к жизни убыточные рынки. Пустые лавки можно снова заполнить. С поставщиками договориться. Деньги заработать. Даже кредиторов пережить.
Гораздо сложнее объяснить другое.
Город третий сезон страдает от засухи, но по ночам под моим двором течет вода. Сухая чаша оставляет свежие мокрые следы. За старыми стенами скрываются проходы, которых нет на картах. А один очень богатый человек внезапно готов заплатить за мои развалины намного больше, чем они должны стоить.
Если за это время я не погашу городской долг, не верну торговцев и не заставлю работать семь каменных чаш, кредиторы заберут все.
Есть только одна проблема: еще сегодня утром я жила в другом мире. Теперь меня зовут Найра Весс, за мной числятся огромные долги, почти пустой торговый двор и репутация хозяйки, которой давно никто не верит.
К счастью, я знаю, как возвращать к жизни убыточные рынки. Пустые лавки можно снова заполнить. С поставщиками договориться. Деньги заработать. Даже кредиторов пережить.
Гораздо сложнее объяснить другое.
Город третий сезон страдает от засухи, но по ночам под моим двором течет вода. Сухая чаша оставляет свежие мокрые следы. За старыми стенами скрываются проходы, которых нет на картах. А один очень богатый человек внезапно готов заплатить за мои развалины намного больше, чем они должны стоить.
Киара почти смирилась с тем, что выход в высшее общество для неё закрыт. Всё, что осталось — древняя знатная фамилия, разрушающееся поместье и многочисленные долги. Ей казалось, что жизнь сложна, пока однажды она не обнаружила в доме чужого ребёнка. Это катастрофа для незамужней обедневшей аристократки. Остаётся лишь надеяться, что кто-то вскоре придёт за малышом, и убедиться, что у пришедшего будут добрые намерения.
Но как одной защитить маленького наследника Северных земель? И что делать, когда из-под детского одеяла покажется пушистый волчий хвост?
Но как одной защитить маленького наследника Северных земель? И что делать, когда из-под детского одеяла покажется пушистый волчий хвост?
Год спокойствия закончился.
Один инцидент на рыночной площади, один протокол окружного писаря — и семья Вейр получает официальную повестку в суд Верна. Для министерской машины нет разницы, графские это дети или нет: зафиксирован неконтролируемый выброс, значит, приговор об изъятии на острова уже заготовлен по шаблону.
У Галины Петровны есть пять недель, чтобы подготовить класс к государственной аттестации, где ценой ошибки будет не двойка в дневнике, а разлука навсегда.
Один инцидент на рыночной площади, один протокол окружного писаря — и семья Вейр получает официальную повестку в суд Верна. Для министерской машины нет разницы, графские это дети или нет: зафиксирован неконтролируемый выброс, значит, приговор об изъятии на острова уже заготовлен по шаблону.
У Галины Петровны есть пять недель, чтобы подготовить класс к государственной аттестации, где ценой ошибки будет не двойка в дневнике, а разлука навсегда.
Выберите полку для книги