Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»

— Да, я изменяю. И что ты сделаешь?
— Что я сделаю? — аж дыхание теряю от кипящего гнева.
— Да! Что ты сделаешь? Что ты вообще можешь с этим огромным животом? Нихрена ты не можешь! Ни делать ничего! Ни мужа ублажить!
— Ты вменяемый вообще, Вениамин? — я крепче хватаюсь за край стола. — Я беременная! Это твой сын!
— А я его не просил! Я не планировал этого! Мне сорок шесть, я для себя хочу пожить! Я заслуживаю нормальной жизни, а не эту всю возню!
— Ты же… ты же сам его сделал! Ты этого ребенка зачал!
— Таблетки надо было пить! И ничего этого не было бы!
— Ничего этого не было, да? Это ты про вас? — цежу сквозь боль, глядя на мужа и его любовницу.
— Да! Про нас! Это ты нас вынудила со своей беременностью! Я ребенка не хотел! Так что ты получила, что заслужила!

Муж был согласен на мою позднюю беременность, делал вид, что рад ей.
А сам изменял с моей подругой, потому что у него ‟есть потребности”.

Анна Петрова жила так, как мечтают многие: любимый муж, стабильность, уютный Петербург за окном. Но одно утро в клинике — и весь её мир рухнул.
Измена. Слово, от которого предательски звенят стены и перестаёт хватать воздуха.

Что делать, когда жизнь делится на «до» и «после»?
Анна ищет ответы в городе, где мосты разводят не только над Невой, но и между людьми. Ей предстоит пройти через боль, столкнуться с соперницей лицом к лицу, потерять, обрести и научиться заново верить себе.

«Измена. Начало другой меня» — это роман о том, что предательство может стать не концом, а дверью. О том, что свет внутри сильнее любых шрамов. И о том, что иногда разрушение — единственный шанс построить новую жизнь.

Её предали после двадцати пяти лет брака. Муж ушёл к молодой любовнице, оставив руины вместо семьи.
Но предательство стало не концом, а началом.
Анна научится жить заново: в маленькой квартире среди ромашек, в новых проектах, в дружбе и любви.
А он, разрушивший её жизнь, сам окажется на коленях.
Это история о том, что после измены начинается настоящая свобода.

– Ты почему еще не спишь? – с плохо скрытым возмущением спросил муж, видно, надеясь незаметно вернуться домой, не разбудив меня.
– Я от тебя ухожу.
– Даша, я что-то не понял. Пил я, а в голову ударило тебе? Куда это ты уходишь? Ты... А к кому это ты уходишь? К своему начальнику, да?
–Нет, ни к кому я не ухожу. В отличие от тебя я была верной.
Резко шагнув ко мне, Артур застыл на месте, несколько секунд буравя меня пьяным взглядом.
– На что это ты намекаешь? – чуть ли не выплюнул мне эти слова в лицо.
И сейчас, когда он стоял так близко ко мне, еще и передернул плечами, из-за чего ворот рубашки опустился вниз, я отчетливо увидела на его шее красноватый след от засоса.
– Ты прекрасно знаешь, о чем я. Или будешь упираться до последнего?
* * *
Я уже давно чувствовала, что муж что-то скрывает от меня, но глупо верила в лучшее, надеясь спасти наши отношения. Но оказалось, что спасать уже нечего. Артур попросту потерял ко мне интерес, разлюбив и проявляя ко мне все больше неуважения.

Взгляд сам зацепился за окно, возле которого мы с подругой сидели. Движение на улице привлекло внимание – медленно к обочине подъехала машина. Я узнала её сразу.
Это была машина Романа. Моего мужа. Только по его словам он должен быть совсем в другом месте, а никак не тут.
Я потянулась за телефоном. Руки дрожали, когда я собралась взять его, чтоб позвонить мужу. Но в этот момент дверь соседнего ресторана распахнулась, и оттуда вышла девушка. Она огляделась по сторонам, потом уверенно направилась к машине… к той самой машине, которую я узнала безошибочно.
Я все же набрала ему.
Гудки. Один, второй… сердце билось в такт каждому. И наконец он ответил.
– Марина, я на совещании, – голос его был уверенным, чуть раздражённым. – Мне некогда говорить. Если у тебя не срочно, я перезвоню позже.
Я застыла.
– Ты… на совещании? – переспросила, чувствуя, как губы немеют.
– Да, именно так, – отчеканил он. – Я же говорил. Давай потом, ладно? – и короткие гудки прервали разговор.

Выхожу из кухни иду в сторону ванной. Стучу тихо. Ответа нет. Но слышен звук воды и… голос Нади, будущей невесты моего сына. И ещё голос. Знакомый. Становлюсь будто вкопанная. Да, это Влад. Мой муж…

Только не это…

Я пробую ручку. Но дверь легко поддаётся. То, что я вижу, заставляет мир под ногами рассыпаться.

У раковины стоит моя невестка, а за её спиной и мой муж…

Он держит её за шею, наклоняясь слишком близко. Он касается её, как не касаются случайной знакомой. Не как девушку своего сына. Не по-дружески. Совсем иначе.


Они оба вскидываются, когда меня видят.
Руки мужа мгновенно отлетают в стороны, он делает шаг назад.


— Что здесь… твою мать… происходит?… — выходит у меня хрипло.

Надя делает шаг ко мне, глаза округляются от ужаса.

— Тёть Кать… это не то, что вы подумали… честно! — голос ломается, а она почему-то начинает спешно оправдываться.

А он молчит. Просто стоит, смотрит на меня и не находит слов…

– Я люблю тебя, а не Виолетту. В конце концов, я же на тебе женился, а не на ней!

– Погоди, – рассуждения мужа восхитительны, – Если ты ее не любишь, то какого черта ты с ней спишь?

– Потому что я устаю от тебя. Понимаешь, Рита, – вздыхает муж и так устало на меня смотрит, – Ты и правда красивая, грамотная, начитанная, изысканная… Все при тебе… Но если, например, провести аналогию с едой… Ты – деликатес, типа устриц. Это прекрасно, утонченно, но жрать такое постоянно – не вариант. А Виолетта – она простая, как свиная рулька с пивом. И да, рулька по выходным – это идеально. Но в остальные дни – только устрицы!

Делаю шаг и толкаю дверь спальни.
Мир рассыпается в одно мгновение.
На нашей постели лежат двое. Руслан и какая-то девушка.
Муж вскакивает, простыня падает на пол:
— Вероника, я всё объясню…
— Руслан, оставь нас. Я хочу поговорить с ней.
Девушка садится на край дивана. Простыня сползает с плеча, волосы растрепаны, глаза блестят. Сначала кажется, что она вот-вот заплачет.
— Послушай, — начинаю я спокойно, — мне жаль, что ты оказалась в этой ситуации. Я не знаю, была ли ты в курсе, что он женат. Но знай одно: тут нет победы. Если он изменил мне, он изменит и тебе.
На мгновение её губы дрожат, но потом вдруг появляется улыбка — дерзкая и нахальная.
— Думаете, я вас послушаю? — произносит она с издевкой. — Вы просто ревнуете. Вы держали его в клетке двадцать пять лет, а я его освободила. Он настоящий мужчина, вы просто не умели его ценить. А я умею. У нас будет ребёнок. И будущее.

Я приоткрыла дверь и замерла.
В бильярдной царил полумрак, но увиденное я не забуду никогда.
Егор. Мой жених. Человек, которому я доверяла, с которым у нас вот-вот свадьба. И моя подруга.
Они были вместе. Прямо передо мной, на бильярдном столе.
Я словно окаменела. Тело отказалось слушаться, но слух обострился до болезненности.
– Егор, – на выдохе произнесла подруга, – не женись на ней. Ты ведь не любишь её так, как любишь меня.
– Глупая, – выдохнул он, не прерываясь. – Женюсь – и что? Ничего не изменится. Мы всё равно будем с тобой.
– Но… – её голос дрогнул, – а если она узнает?
– Полина? – он хрипло засмеялся. – Да она и не догадается. Она мне в рот заглядывает, а я… ну, ты же знаешь. У её родителей деньги. С ними я обеспечу себе будущее.
Я слушала это и чувствовала, как что-то внутри меня ломается. Сначала было больно, так, что перехватывало дыхание. Но через секунду боль сменилась пустотой. Потом злостью. Потом чем-то диким, неконтролируемым.

— Что…? После моих же слов о ремиссии ты говоришь, что бросаешь меня? Сейчас?
Андрей поморщился, выруливая на стоянку. Припарковался и повернулся ко мне, кивая:
— Именно, Вера, именно сейчас. Ты здорова, твоё состояние стабильно, и я могу быть свободен. От всего этого. — Муж взмахнул рукой, показывая что-то в воздухе и продолжил вбивать очередной гвоздь мне в сердце: — От жизни, подчинённой твоему состоянию, от твоего изменяющегося настроения, от твоих капризов, в конце концов. И я ухожу сейчас, убедившись, что с тобой всё хорошо.
Шёпотом, не веря, спросила:
— В нашем с тобой возрасте, Андрей, мужчины просто так от жён не уходят. У тебя кто-то есть?
Спросила и сама испугалась ответа. Пусть это будут просто накопившиеся эмоции, и мы сможем с этим справиться.
Муж посмотрел на меня честными глазами и твёрдо ответил:
— Да, есть.