Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»

С каждым прожитым годом я все больше убеждалась, что наш брак с Игорем - это подарок судьбы. Мы были вместе двадцать пять лет, и у нас росли три замечательные девочки. Но все изменилось, когда в нашу жизнь вошла Катя, подруга нашей старшей дочери. Никогда бы не подумала, что Игорь сможет изменить и уйти к ней, бросив меня и наших дочерей... Мое сердце разорвалось от боли и предательства... Как дальше жить, когда твое сердце в обломках, а человек, которого ты любила всю жизнь, предал тебя с той, кого ты считала почти родной?
А теперь...и она и я беременны от него...

— Я подаю на развод!
Тарелка выскользнула из моих рук и разбилась вдребезги.
Медленно обернулась. Андрей стоял в дверном проёме — мой муж, отец моего ребёнка, человек, ради которого я бросила работу и наплевала на карьеру. Смотрел куда-то мимо меня, словно я была частью интерьера.
— Андрей, прекрати, — устало выдохнула я, прижимая ладонь к виску. — Мне сейчас правда не до твоих дурацких шуток.
— Это не шутка.
Кровь ударила в виски. В груди всё сжалось, будто кислотой плеснули.
Входная дверь хлопнула. В прихожей раздался звонкий, молодой голос:
— Котик, ну что ты там так долго?

Жду сообщение от мужа из командировки, как телефон начинает вибрировать. Незнакомый номер.
«Твой муж уже полгода встречается со мной. Ты уже своё с ним отжила, освободи место. Он с тобой несчастлив, а я смогу его осчастливить».
Мир внезапно становится плоским и искаженным, как кривое зеркало. Я перечитываю, это какая-то ошибка. Чья-то злая, очень плоская шутка.
Пальцы леденеют, по спине бегут мурашки. Я печатаю: «Кто это? Что за чушь?»
Ответ приходит мгновенно, будто меня ждали.
«Это не чушь. Твой муж сейчас у меня дома. Не в Питере, как ты думаешь».
Нет, он не мог. Не он. Не мой Дима. Это какая-то гнусная провокация.
Новое сообщение.
«Он любит, когда я варю ему кофе с малиновым сиропом. И ненавидит твои тефтели. Говорит, пахнет отстой».
Я всё еще не верю, но потом приходит ещё одно сообщение:
«Приезжай и убедись сама. Он здесь. Спит. После того, как мы… ну, ты поняла. Адрес: ул. Грибоедова, 18. Дверь я оставлю открытой. Увидишь всё сама».

Виталя. Мой муж. Он сидел, запрокинув голову. Лицо, искажённое страстью, глаза, закрытые в сладостном забытье.
Она сидела у него на коленях. Молодая, нарядная, раскрепощенная.
Сейчас я своими глазами видела, как мой муж мне изменяет. Изменяет с женой одного из инвесторов. Меня будто ударили по лицу. Воздух рвал лёгкие и горло.
Это был не сон, не ошибка, не недоразумение. Это была правда. Грязная, отвратительная, но реальная.
Вот так, благотворительный вечер превратился в изощренную пытку и приговор. Приговор нашему браку. Вместо того, чтоб пожертвовать деньги в рамках вечера, мой муж решил «пожертвовать» самого себя для другой девицы.
Слова сами сорвались с губ, как яд.
– Как-то странно, ты, Виталя, – мой голос дрожал, но звучал уверенно, – Ты вносишь пожертвования. Между ног у этой девки копилка? Касса? Что?
Это была точка. Точка в иллюзиях, точка в доверии, точка в нашей истории, которая ещё несколько часов назад казалась прочной и надёжной.

Год назад он разбил ей сердце и ушел к другой. Обозвав ее толстой и обабившейся. Сегодня его привезли в больницу без памяти — он не помнит ни измены, ни боли, которую причинил. Для него она снова любимая жена, а их разбитый брак — счастливая семья.
Ксения может солгать и получить идеального мужчину, которого всегда хотела. Или сказать правду и потерять его навсегда.
Но что, если правда окажется еще страшнее, чем она думает?

– Любимый, – обратилась девушка к нему. – Как хорошо, что ты всё же смог вырваться с работы. Ты ведь хочешь посмотреть на нашего малыша на экране УЗИ?
Тот, к кому она обращалась, не сразу меня заметил. И только спустя несколько секунд его глаза расширились. Он замер, словно врезался в бетонную стену.
Мир вокруг меня рассыпался. Остались только, девушка, держащая руками беременный живот, и Андрей, который был моим мужем и одновременно отцом её ребёнка.
Я не сдержалась, бросив пару фраз, коротких, нарочито официальных, но каждая из них звучала, как пощёчина.
Видела, как девушка дёрнулась, нахмурилась и нарушила тишину.
– Простите… – сказала осторожно, но в голосе проскользнул холодок. – А почему здесь другой врач? Ведь должна принимать Светлана Викторовна.
– Ну, я же не спрашиваю, почему вы моего мужа называете отцом своего ребёнка. Вот и вы не интересуйтесь, почему вместо одной фамилии на двери – другая.
Произнесла я, не узнавая собственный голос

— Да, Карина… я изменил. Она беременна. Не вижу смысла скрывать.
Всё случилось банально, до оскомины. Любимый муж оказался предателем, который не видел в своем предательстве ничего страшного.
А я видела.
Ушла, забрав троих детей. В никуда. Поняв, что муж не собирается облегчать мне жизнь. Нашла жилье, устроилась на работу и…
— Хватит, Карина, набегалась, будет. Наигралась в сильную бабу. Что, хорошо тебе? Одной жить, в страшной халупе, таскаться в этот салон гадюшный, хорошо? Хватит. Ты моя жена. Детей мне родила, мы с тобой вместе. Давай, не дури. Возвращайся. Домой возвращайся. Дом хочу, семью свою хочу.
И что делать, если я уже не хочу?

— Да ладно тебе, мы же обе взрослые женщины, — она ухмыляется, поправляя лямку платья. — Каждый божий день, дорогуша. Как только твоя машина выезжала со двора. Иногда он даже не мог дождаться — брал меня прямо в прихожей. На этом диване… На кухонном столе. А вчера... — она облизывает губы, — вчера в вашей спальне было особенно жарко.
— Заткнись! — я делаю шаг вперёд, но ноги ватные. — Что ты несёшь?
— То, что есть, — Вика откладывает утюг. — Пока ты убивалась по клиникам, кто-то же должен был... утешить мужчину. Бедняжка совсем извёлся без ласки.
Кровь отливает от лица. Пальцы немеют. Я хватаюсь за спинку кресла, единственное, что удерживает меня в вертикальном положении. Сердце бьётся где-то в горле, перебивая её слова. Мой муж. Спит с няней. С няней нашего ребёнка!

– Марина, ты ведёшь себя неадекватно и потом сильно об этом пожалеешь! – предостерегающе произнёс Лёша.
– Поверь, я уже жалею. Жалею, что так долго тебя любила, боясь потерять.
В карих глазах мужа сверкнул нехороший огонёк, а губы дрогнули в насмешке, которую он не сумел скрыть.
– Ну сделай же что-нибудь! Лёша! Помоги! Мне больно! – отчаянно прокричала «подруга», пока я тащила её вон из квартиры.
И Света с такой яростью впивалась в меня ногтями, что я даже удивилась, не понимая, почему не чувствую болезненной пульсации, хотя все мои запястья были покрыты быстро темнеющими полосками.
– Какая же ты наивная, Света. Думаешь, что этот мужчина палец о палец ударит, чтобы помочь тебе? Он же эгоист до мозга костей!
* * *
Горько осознавать, что я потратила девять лет на неверного мужчину, но не менее хуже понимать, что я сама виновата в том, что стала несчастной и позволила наставлять мне рога.

– Говорила мне мама, что ты бесполезная…– взгляд мужа прожигает насквозь, – а я не верил!
– Вообще-то, – встревает врач, – пол ребенка зависит напрямую от отца.
Арслан не обращает на нее внимания. Он не отводит от меня своих презрительных глаз.
– Ты помнишь, что я тебе говорил? Либо сын, либо аборт!
– Тогда мы разводимся, – отвечаю холодно, на что он только улыбается зло.
– У нас не разводятся, Машка.
Не разводятся? Ну что ж, тогда я превращу твою жизнь в ад, дорогой! И посмотрим, насколько тебя хватит…