Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
«Твой муж сегодня домой не вернется, можешь не ждать!»
Получаю короткое сообщение и каменею. Сердце пропускает тревожный удар. Руки дрожать начинают.
Для меня не новость, что у Игоря есть другая женщина…
И вновь телефон вибрирует. В меня летит фотография руки с огромным бриллиантом на безымянном пальце.
«Посмотри, какое красивое кольцо мне подарил любимый! Здесь три карата, а тебе муж такое дарил?!»
В глазах колет, слезы душат, пальцы дрожат, когда набираю ответ:
«Не твое дело! Прекрати мне писать, иначе я расскажу Игорю о том, что его игрушка лезет к его законной жене!»
«Спокойной тебе ночи, Агния, а вот у меня она будет точно неспокойной!»
Получаю короткое сообщение и каменею. Сердце пропускает тревожный удар. Руки дрожать начинают.
Для меня не новость, что у Игоря есть другая женщина…
И вновь телефон вибрирует. В меня летит фотография руки с огромным бриллиантом на безымянном пальце.
«Посмотри, какое красивое кольцо мне подарил любимый! Здесь три карата, а тебе муж такое дарил?!»
В глазах колет, слезы душат, пальцы дрожат, когда набираю ответ:
«Не твое дело! Прекрати мне писать, иначе я расскажу Игорю о том, что его игрушка лезет к его законной жене!»
«Спокойной тебе ночи, Агния, а вот у меня она будет точно неспокойной!»
— Я всё делал ради нашей семьи! — прорычал Гриша.
— Что именно? Изменял мне соседкой?.. — горько усмехнулась я. — Или пичкал лекарствами?
Его глаз дёрнулся, а лицо посерело.
— Это не то, что ты подумала… Я пытался защитить тебя!
— Нет, Гриша. Ты хотел, чтобы я перестала понимать, что происходит...
Пятнадцать лет я считала свой брак счастливым. А потом узнала, что муж не только изменял, но и пытался выставить меня сумасшедшей. Он тайком подменял лекарства, крал деньги и убеждал, что провалы в памяти — признак болезни.
И я действительно теряла связь с реальностью, пока однажды не узнала правду. С этого момента началась моя новая история…
— Что именно? Изменял мне соседкой?.. — горько усмехнулась я. — Или пичкал лекарствами?
Его глаз дёрнулся, а лицо посерело.
— Это не то, что ты подумала… Я пытался защитить тебя!
— Нет, Гриша. Ты хотел, чтобы я перестала понимать, что происходит...
Пятнадцать лет я считала свой брак счастливым. А потом узнала, что муж не только изменял, но и пытался выставить меня сумасшедшей. Он тайком подменял лекарства, крал деньги и убеждал, что провалы в памяти — признак болезни.
И я действительно теряла связь с реальностью, пока однажды не узнала правду. С этого момента началась моя новая история…
— Паша! — я быстро поднимаюсь из-за стола, делая шаг ему навстречу, готовая обнять его. — Ну наконец-то ты приехал! Я так ждала тебя. Как долетел?
Он закрывает за собой дверь кабинета, отсекая нас от шумного больничного коридора, и остается стоять у порога.
— Лида, — его густой бас звучит непривычно хрипло, надтреснуто, словно ему не хватает воздуха. — Мне нужно, чтобы ты распорядилась взять у меня анализы. На генетическую совместимость.
— Паша… Ты о чем? — я пытаюсь улыбнуться, чтобы разрядить это странное, давящее напряжение, повисшее в кабинете. —Зачем у тебя брать анализы? Егорке нужен родственный донор. Ася не подошла, и это катастрофа.
Он делает один шаг вперед, подходит к моему рабочему столу, опирается на него своими ладонями и поворачивается ко мне.
— Егор не случайный ребенок для меня, Лида, — ломающимся на каждой букве голосом произносит мой муж. — Я должен подойти ему, как донор. Потому что отец Егора — я.
Он закрывает за собой дверь кабинета, отсекая нас от шумного больничного коридора, и остается стоять у порога.
— Лида, — его густой бас звучит непривычно хрипло, надтреснуто, словно ему не хватает воздуха. — Мне нужно, чтобы ты распорядилась взять у меня анализы. На генетическую совместимость.
— Паша… Ты о чем? — я пытаюсь улыбнуться, чтобы разрядить это странное, давящее напряжение, повисшее в кабинете. —Зачем у тебя брать анализы? Егорке нужен родственный донор. Ася не подошла, и это катастрофа.
Он делает один шаг вперед, подходит к моему рабочему столу, опирается на него своими ладонями и поворачивается ко мне.
— Егор не случайный ребенок для меня, Лида, — ломающимся на каждой букве голосом произносит мой муж. — Я должен подойти ему, как донор. Потому что отец Егора — я.
Боже, только не это!
Сердце подпрыгивает и оглушительно стучит в висках, когда я вижу до боли знакомый силуэт.
В очереди на кассе стоит мой самый дорогой человек, и в тоже время тот, кого я бы хотела больше никогда не видеть
И чем ближе он, тем сильнее мне хочется сбежать из-за кассы. А больше всего я боюсь, что он увидит мой живот.
Что вас ждёт:
❤️ неидеальный властный герой
❤️ беременная героиня
❤️ больно и эмоционально
❤️ ХЭ
Сердце подпрыгивает и оглушительно стучит в висках, когда я вижу до боли знакомый силуэт.
В очереди на кассе стоит мой самый дорогой человек, и в тоже время тот, кого я бы хотела больше никогда не видеть
И чем ближе он, тем сильнее мне хочется сбежать из-за кассы. А больше всего я боюсь, что он увидит мой живот.
Что вас ждёт:
❤️ неидеальный властный герой
❤️ беременная героиня
❤️ больно и эмоционально
❤️ ХЭ
– Ты тут работаешь?! – бывший муж испепеляет меня своими серо-голубыми глазами.
– Да, работаю.
– Тогда стоит вычеркнуть это заведение из списка посещаемых! – выплевывает в меня свое оскорбление.
В шоке перевожу взгляд на его спутницу и парирую в ответ:
– Тебя твоя пассия заждалась, Доронин! Того и гляди истерику тебе устроит!
Всеволод резко поворачивает голову, а я… я замираю, когда ощущаю, как бедра касается крохотная ручка моего сыночка:
– Мама… – проговаривает Илюшка и тащит меня за юбку.
– Мама?! – переспрашивает, будто не веря в то, что слышит, бывший муж.
Доронин вновь смотрит мне в глаза и оглушает вопросом:
– От кого родила, Ника?! Кто отец твоего ребенка?!
– Да, работаю.
– Тогда стоит вычеркнуть это заведение из списка посещаемых! – выплевывает в меня свое оскорбление.
В шоке перевожу взгляд на его спутницу и парирую в ответ:
– Тебя твоя пассия заждалась, Доронин! Того и гляди истерику тебе устроит!
Всеволод резко поворачивает голову, а я… я замираю, когда ощущаю, как бедра касается крохотная ручка моего сыночка:
– Мама… – проговаривает Илюшка и тащит меня за юбку.
– Мама?! – переспрашивает, будто не веря в то, что слышит, бывший муж.
Доронин вновь смотрит мне в глаза и оглушает вопросом:
– От кого родила, Ника?! Кто отец твоего ребенка?!
Моя история стара как мир и отзовется в сердце каждой женщины, которая хоть раз любила по-настоящему: он оказался несвободен, а я узнала об этом последней.
Наивно думала, я любимая.
На самом деле была обычным увлечением.
Девушкой на замену, пока великая чемпионка покоряет пьедесталы и готовится стать его женой.
Мир в один момент обрушился, а мои чувства превратились в грязь, через которую Костя хладнокровно переступил. Три месяца я собираю себя по частям и воспаленными от своих же зубов губами дую на содранную заживо кожу, чтобы отпустило.
Вот только прежней мне уже не стать, так как у нашей связи появились последствия
Наивно думала, я любимая.
На самом деле была обычным увлечением.
Девушкой на замену, пока великая чемпионка покоряет пьедесталы и готовится стать его женой.
Мир в один момент обрушился, а мои чувства превратились в грязь, через которую Костя хладнокровно переступил. Три месяца я собираю себя по частям и воспаленными от своих же зубов губами дую на содранную заживо кожу, чтобы отпустило.
Вот только прежней мне уже не стать, так как у нашей связи появились последствия
Меньше всего на свете я ожидал встретить бывшую жену здесь… на детском празднике, куда меня привез двоюродный брат
— Карина? У тебя… все-таки есть… ребенок?
Я смотрю на темноволосую девчонку, что цепляется за ее ногу и болтает, мол, мама да мама. Следом к ней подбегает еще одна такая же.
— Или… двое? — нервно сглатываю.
В эту компанию врезается еще и пацан, который тоже называет Карину… мамой?
— Трое?
Быстро прыгаю взглядом с одной темной макушки на другую. И лишь после возвращаюсь к Карине.
— А как же… аборт? Ты же не могла… не получалось и…
— Аборт? — шипит на меня Карина, разгоняя детей, чтобы те не слышали наш разговор. — Какой аборт? Вон, погляди! Бегает твой аборт икс три!
— Но я видел документы и…
— Не знаю, что ты там видел, Тимур, — она вскидывает дерзко подбородок и скрещивает руки на груди. — Да и плевать! Я видеть тебя не хочу! Уходи.
— Трое? — на выдохе шепчу я самому себе. — Но как?
— Карина? У тебя… все-таки есть… ребенок?
Я смотрю на темноволосую девчонку, что цепляется за ее ногу и болтает, мол, мама да мама. Следом к ней подбегает еще одна такая же.
— Или… двое? — нервно сглатываю.
В эту компанию врезается еще и пацан, который тоже называет Карину… мамой?
— Трое?
Быстро прыгаю взглядом с одной темной макушки на другую. И лишь после возвращаюсь к Карине.
— А как же… аборт? Ты же не могла… не получалось и…
— Аборт? — шипит на меня Карина, разгоняя детей, чтобы те не слышали наш разговор. — Какой аборт? Вон, погляди! Бегает твой аборт икс три!
— Но я видел документы и…
— Не знаю, что ты там видел, Тимур, — она вскидывает дерзко подбородок и скрещивает руки на груди. — Да и плевать! Я видеть тебя не хочу! Уходи.
— Трое? — на выдохе шепчу я самому себе. — Но как?
— Я разлюбил тебя, Алина. Наш брак себя изжил.
Смотрю, как муж складывает вещи в чемодан, и не верю своим глазам.
— Как изжил?! Женя, мы двенадцать лет вместе! Объясни!
На заставке его телефона вижу фото…
Рыжеволосая красотка. В прозрачном белье. С пивом и шашлыком на подносе. Улыбается страстно, подмигивает.
— Вот такие интересы у меня теперь… — говорит с азартом в голосе. —
— Именно такой должна быть настоящая женщина для настоящего мужчины!
Больно, невыносимо больно…
Прикрываю веки, делаю глубокий вдох.
— Значит, ты просто использовал меня? Я никогда ничего для тебя не значила?!
— Когда я увидел Еву, понял: ты была миражом в пустыне моей жизни. А она — оазис, к которому я наконец дошёл.
***
Он уходит, а я падаю на пол и плачу до рассвета.
Но судьба любит иронию.
Спустя время он стоит передо мной на коленях, с кольцом за миллион и торжественно заявляет:
— Любимая, я был дураком! Прими обратно! Я твой, навсегда…
Смотрю, как муж складывает вещи в чемодан, и не верю своим глазам.
— Как изжил?! Женя, мы двенадцать лет вместе! Объясни!
На заставке его телефона вижу фото…
Рыжеволосая красотка. В прозрачном белье. С пивом и шашлыком на подносе. Улыбается страстно, подмигивает.
— Вот такие интересы у меня теперь… — говорит с азартом в голосе. —
— Именно такой должна быть настоящая женщина для настоящего мужчины!
Больно, невыносимо больно…
Прикрываю веки, делаю глубокий вдох.
— Значит, ты просто использовал меня? Я никогда ничего для тебя не значила?!
— Когда я увидел Еву, понял: ты была миражом в пустыне моей жизни. А она — оазис, к которому я наконец дошёл.
***
Он уходит, а я падаю на пол и плачу до рассвета.
Но судьба любит иронию.
Спустя время он стоит передо мной на коленях, с кольцом за миллион и торжественно заявляет:
— Любимая, я был дураком! Прими обратно! Я твой, навсегда…
— Я устал от вашей бабской политики — делать трагедию из всего, — рявкает муж. — Да я изменил, и что с того? Это мужская натура.
— Это не мужская натура — это предательство, — неверяще смотрю на Мирона. — Ты предал меня… нашу любовь.
— Не говори чушь! Я каждый день спасаю жизни, лезу в пожары. Любой мой выезд может стать последним. Так что будь добра, смирись с этой моей потребностью время от времени чувствовать себя свободным. Я как никто имею на это право. Или ты не согласна?
— Она от тебя беременна — это ты называешь свободой? — вскрикиваю я.
— Ну что ж… — Мирон разводит руками. — Непредвиденные последствия. Но не переживай, ты от нее не отстанешь. Мы тоже сделаем тебе ребенка. И тогда ты даже не заметишь моего отсутствия, пока я буду их навещать. Я тебе гарантирую.
Вот только вопреки убеждениям мужа, я не стала мириться с его предательством. Ушла, надеясь начать новую жизнь.
— Это не мужская натура — это предательство, — неверяще смотрю на Мирона. — Ты предал меня… нашу любовь.
— Не говори чушь! Я каждый день спасаю жизни, лезу в пожары. Любой мой выезд может стать последним. Так что будь добра, смирись с этой моей потребностью время от времени чувствовать себя свободным. Я как никто имею на это право. Или ты не согласна?
— Она от тебя беременна — это ты называешь свободой? — вскрикиваю я.
— Ну что ж… — Мирон разводит руками. — Непредвиденные последствия. Но не переживай, ты от нее не отстанешь. Мы тоже сделаем тебе ребенка. И тогда ты даже не заметишь моего отсутствия, пока я буду их навещать. Я тебе гарантирую.
Вот только вопреки убеждениям мужа, я не стала мириться с его предательством. Ушла, надеясь начать новую жизнь.
— Сюрприз удался, Денис. Только не твой. Мой.
— Вер, ты чего? Я хотел как лучше...
— Давай вспомним, как раньше. Например, как в прошлую пятницу.
Она проводит пальцем по экрану, и из колонки в прихожей раздаётся голос Алисы:
— Напоминание на завтра: купить шампанское и клубнику для Кристины.
Тишина. Густая, режущая. Денис смотрит на колонку, потом на меня, лицо вытягивается.
— Это... это что за хрень?
— Это наш цифровой свидетель, Денис. Ты забыл, что колонка слушает всё? Три года назад дарил мне её на Восьмое марта.
Он краснеет, потом бледнеет. Классический спектр вины.
— Вер, подожди. Это не то, что ты думаешь. Это для коллеги...
— Для коллеги? — я листаю дальше. — А это: «Алиса, какие отели в нашем городе снимают на час»? Позавчера, в три ночи.
Денис открывает рот и закрывает. На лбу испарина.
— И последнее: «Алиса, как скрыть переписку в Вотсапе». Ты у колонки спрашивал, как мне врать. И она ответила. Правду.
— Вер, ты чего? Я хотел как лучше...
— Давай вспомним, как раньше. Например, как в прошлую пятницу.
Она проводит пальцем по экрану, и из колонки в прихожей раздаётся голос Алисы:
— Напоминание на завтра: купить шампанское и клубнику для Кристины.
Тишина. Густая, режущая. Денис смотрит на колонку, потом на меня, лицо вытягивается.
— Это... это что за хрень?
— Это наш цифровой свидетель, Денис. Ты забыл, что колонка слушает всё? Три года назад дарил мне её на Восьмое марта.
Он краснеет, потом бледнеет. Классический спектр вины.
— Вер, подожди. Это не то, что ты думаешь. Это для коллеги...
— Для коллеги? — я листаю дальше. — А это: «Алиса, какие отели в нашем городе снимают на час»? Позавчера, в три ночи.
Денис открывает рот и закрывает. На лбу испарина.
— И последнее: «Алиса, как скрыть переписку в Вотсапе». Ты у колонки спрашивал, как мне врать. И она ответила. Правду.
Подборка эмоциональных любовных романов
Выберите полку для книги