Книги в жанре «Современная проза» по тегу «besplatnie»

Однажды ночью к Эльвире приходит незнакомая старуха и заявляет, что она — сама Эльвира, только через пятнадцать лет. Она требует бросить привычную жизнь и уехать в далёкое алтайское село. Эльвира уверена, что сходит с ума. Но странная гостья не исчезает, пока женщина не решается ей поверить. Так начинается путь к горам, новой жизни и самой себе.

Фу, как грубо
История одного фото, которое три года ждало своего часа

Фотограф с опытом, участница международных выставок, она привыкла к «правильным» работам. Тем, которые не пугают. Тем, которые отбирают. А потом случился кадр — смелый, не «безопасный», с обнажённой кожей, сигаретой и граффити. И один человек сказал: «Фу. Как грубо».

Три года фото лежало в папке «Не выкладывать». Три года она не решалась. А потом выложила — и получила отклик. А потом отправила на выставку в музей в Кимрах, где в жюри — члены Союза художников России. И фото отобрали.

Это история о внутреннем цензоре и о том, как его преодолеть. О чужом мнении и о своём праве. О страхе и о разрешении себе быть настоящей.

В книге собраны публицистические и художественные работы разных лет, в которых отражены попытки автора разобраться, как устроена жизнь и как в предложенных условиях сохранить человеческий облик :) Желающий погрузиться в это пройдет вместе с автором, пусть и в формате наблюдателя, чужой специфическицюй путь. Путь человека, оставленного родителями, нашедшего любовь, усыновившего чудесного мальчишку. Путь матери, познавшей нюансы родительства, когда у ребенка, умного и безмерно талантливого, внезапно диагноз РАС. Путь невротика-одиночки, уяснившего все же, за чтО держаться, чтобы не сгинуть в штормах. И верящего Христу больше, чем себе - вопреки всему и при любых вводных. Минимум сентенций и нравоучений, максимум юмора и жизнелюбия. Приглашаю терапевтироваться вместе.

Интересная штука жизнь. Проходит быстро и ничего из сделанного исправить уже нельзя. Один раз и сразу набело.

Я не мог заснуть: за окном бушевала гроза, молнии вспыхивали так близко, что едва не лишали зрения. К громыханию неба прибавляется новый звук - пожарные сирены. Три машины окружили дом соседа. Я выбежал на улицу и увидел: сосед стоит перед полыхающим домом и молча плачет, сжимая в руке чью-то фотографию.

— Полнолуние что-ли сегодня? Один вообще не отвечает, второй истерики непонятные мне закатывает, будто мы расписаться успели с какого-то перепоя, у третьего причины уважительные, ладно хоть сообщить догадался, — Андрей прошёлся по студии, замер напротив сидящей на диване с планшетом вокалистки. — Четвертой вообще до всего фиолетово. Или там кто-то поважнее, чем зачем-то притаившийся в студию с утра пораньше барабанщик?

О детстве как уникальной поре цельности и единства с жизнью. Как не утратить с годами его верную основу в условиях некоторых противостоящих ему традиций взрослого мира?.. Что можно противопоставить уродующей индивидуальность системе ложных понятий, установок, общественных отношений? Одной из тем повести является изображение и художественный анализ проблем современного начального школьного образования и воспитания.

Алена работает в канцелярии колонии — штампует чужие письма: «вручено», «отказано», «не востребовано». Ей тридцать пять, и последнее клеймо всё чаще кажется ей личным.
Среди почты попадается конверт, адресованный некой Дэстани. Внутри — её собственная история, рассказанная с пугающей точностью: аська, клуб «Вавилон», бантик из прядей, первый поцелуй у подъезда. Детали, которые знает только один человек. Но отправитель — заключённый, который не мог этого знать.
Каждое новое письмо вытаскивает из прошлого то, что Алена годами прятала за рутиной и удобным несчастьем. Чем ближе она к разгадке, тем яснее понимает: вопрос не кто пишет, а зачем она сама всё ещё читает.
Психологический роман о женщине, которая застряла между прошлым, которого больше нет, и настоящим, которого никогда не было.

адаптированная под небольшую сцену постановка моего же рассказа "Мятежник", немного изменений, новые персонажи, но суть всё та же

Если вы считаете, что мамой быть просто, то я за себя не ручаюсь?!
Девять месяцев дались мне не просто. В физическом плане это был ад. Сначала был токсикоз, живот рос, а тяжело было мне.