Книги в жанре «Современная проза» по тегу «besplatnie»
- Вы старая, фригидная вобла! - выдает любовница мужа, нахально обнимая его и не потрудившись даже застегнуться.
- Старая - ладно. Но фригидная?.. Олежа, ты не хочешь заступиться за жену?
- Бывшую жену! - выпаливает она.
- Бывшую? А когда это мы успели развестись?..
Вернувшись из командировки, узнаю много нового. Оказывается, жена я уже бывшая, квартира уже тоже как будто не моя, и муж после двадцати пяти лет брака защищает какую-то Линочку от меня!
Ничего, муженек. Мы еще посмотрим, кто из нас здесь лишний.
- Старая - ладно. Но фригидная?.. Олежа, ты не хочешь заступиться за жену?
- Бывшую жену! - выпаливает она.
- Бывшую? А когда это мы успели развестись?..
Вернувшись из командировки, узнаю много нового. Оказывается, жена я уже бывшая, квартира уже тоже как будто не моя, и муж после двадцати пяти лет брака защищает какую-то Линочку от меня!
Ничего, муженек. Мы еще посмотрим, кто из нас здесь лишний.
Душа, как вода, имеет свои агрегатные состояния: твердеет, когда нужно защищать самое дорогое; тает, когда захлестывают эмоции; испаряется, когда сил больше нет. Эрик не знает, к какому состоянию привыкать. Он заменяет отца ребенку, пока его родной отец-художник живет в мире красок и образов. Он ведет предвыборную гонку против человека, которого презирает. Он позволяет кукловоду дергать за ниточки, потому что слишком многим ему обязан. И ничто не спасет от правды, которая бьет в самое уязвимое место: человек, которого Эрик ненавидит, связан с ним куда теснее, чем можно предположить. "Агрегатное состояние души" – роман о том, что самое сложное в борьбе – не победить врага, а не потерять себя.
- Не понял - басит Рокотов - Это что, боец?
- Грудь, товарищ майор - сухо отвечаю я.
- Вижу, что не граната. Ты почему не сказал, что ты женщина?
- Так вы не спрашивали...
Мой позывной — «Заря».
Мое прошлое — пепел.
Я остригла свои длинные волосы под корень, надела мужскую форму на два размера больше чтобы спрятаться за тяжелой броней и стать сильнее..
Я — лучший техник по БПЛА на курсе, но для них я всего лишь «щуплый задохлик» в большой гимнастерке...
Или нет?...
- Грудь, товарищ майор - сухо отвечаю я.
- Вижу, что не граната. Ты почему не сказал, что ты женщина?
- Так вы не спрашивали...
Мой позывной — «Заря».
Мое прошлое — пепел.
Я остригла свои длинные волосы под корень, надела мужскую форму на два размера больше чтобы спрятаться за тяжелой броней и стать сильнее..
Я — лучший техник по БПЛА на курсе, но для них я всего лишь «щуплый задохлик» в большой гимнастерке...
Или нет?...
— Вика?.. — огромный мужчина в военной форме смотрит на меня так, словно увидел привидение.
Восемь лет я ждала объяснений от мужчины, который исчез из моей жизни.
А он, оказывается, всё это время прекрасно жил без меня.
И даже успел завести другую семью.
Вот только мой бывший пока не знает одной маленькой детали....
Что мой Тёма его сын.
Восемь лет я ждала объяснений от мужчины, который исчез из моей жизни.
А он, оказывается, всё это время прекрасно жил без меня.
И даже успел завести другую семью.
Вот только мой бывший пока не знает одной маленькой детали....
Что мой Тёма его сын.
— Я МУЖЧИНА! ТАК РАБОТАЕТ МОЙ ОРГАНИЗМ!
— И поэтому ты спао с другой, пока я с нашей дочерью лежала в больнице?!
— Даш, это была ошибка! Один раз! Ты собираешься разрушить семью из-за одной ночи?!
— Не я её разрушила. Собирай вещи!
Муж смотрит на меня так, будто это я предала его, а не он меня.
— У нас ребёнок! Ты обязана думать о дочери!
— А ты о ней думал, когда изменял?!
Он уходит. Я рыдаю, обнимая трёхлетнюю дочку, которая всё спрашивает, когда вернётся папа.
А потом захожу в женский чат. Тот самый, где любовница выложила фотографию моего полураздетого мужа.
И вижу её новое сообщение:
«Девчонки, есть быстрый рецепт, чем накормить голодного мужика?»
Сообщение отправлено двадцать минут назад.
Значит, к маме поехал, Яр?
Один раз, говоришь?!
А теперь я покажу тебе, как выглядит настоящая ошибка.
— И поэтому ты спао с другой, пока я с нашей дочерью лежала в больнице?!
— Даш, это была ошибка! Один раз! Ты собираешься разрушить семью из-за одной ночи?!
— Не я её разрушила. Собирай вещи!
Муж смотрит на меня так, будто это я предала его, а не он меня.
— У нас ребёнок! Ты обязана думать о дочери!
— А ты о ней думал, когда изменял?!
Он уходит. Я рыдаю, обнимая трёхлетнюю дочку, которая всё спрашивает, когда вернётся папа.
А потом захожу в женский чат. Тот самый, где любовница выложила фотографию моего полураздетого мужа.
И вижу её новое сообщение:
«Девчонки, есть быстрый рецепт, чем накормить голодного мужика?»
Сообщение отправлено двадцать минут назад.
Значит, к маме поехал, Яр?
Один раз, говоришь?!
А теперь я покажу тебе, как выглядит настоящая ошибка.
⭐БЕСПЛАТНО В ПРОЦЕССЕ! КНИГА - ПОДАРОК ЧИТАТЕЛЯМ!⭐
Я всегда думал — нет ничего страшнее войны.
Ошибался.
Страшнее вынести женщину из огня и узнать в ней ту, которую любил больше жизни.
Увидеть рядом ребёнка от другого — будто нож в сердце.
Я готов был ненавидеть, но почему-то возвращаюсь.
И с каждым разом всё явственнее чувствую — за её молчаливой болью скрывается что-то важное.
Что-то, что заставляет усомниться во всём, во что я верил все эти годы…
Я всегда думал — нет ничего страшнее войны.
Ошибался.
Страшнее вынести женщину из огня и узнать в ней ту, которую любил больше жизни.
Увидеть рядом ребёнка от другого — будто нож в сердце.
Я готов был ненавидеть, но почему-то возвращаюсь.
И с каждым разом всё явственнее чувствую — за её молчаливой болью скрывается что-то важное.
Что-то, что заставляет усомниться во всём, во что я верил все эти годы…
— Это что? — рычит бывший так, что у меня внутри всё нервно поджимается.
Я невинно хлопаю ресничками.
— Платье. Изумрудного цвета. Между прочим, очень идёт рыжим.
— Под платьем.
— Трусы.
Ноздри Марка раздуваются как у разъяренного быка. Челюсть каменеет, а взгляд буквально прожигает мой живот.
— Выше, зараза!
Вот знаете, что такое неудачный день?
Это когда ты встречаешь бывшего.
Да-да, от которого сбежала несколько месяцев назад и была уверена, что он выбрал другую.
И встречаешь ты его именно тогда, когда скрывать последствия ваших весьма бурных отношений уже невозможно...
Ну и судя по тому, как он сейчас рычит, сбежать во второй раз будет гораздо сложнее.
Я невинно хлопаю ресничками.
— Платье. Изумрудного цвета. Между прочим, очень идёт рыжим.
— Под платьем.
— Трусы.
Ноздри Марка раздуваются как у разъяренного быка. Челюсть каменеет, а взгляд буквально прожигает мой живот.
— Выше, зараза!
Вот знаете, что такое неудачный день?
Это когда ты встречаешь бывшего.
Да-да, от которого сбежала несколько месяцев назад и была уверена, что он выбрал другую.
И встречаешь ты его именно тогда, когда скрывать последствия ваших весьма бурных отношений уже невозможно...
Ну и судя по тому, как он сейчас рычит, сбежать во второй раз будет гораздо сложнее.
Нина, — окликает он, когда я берусь за ручку двери. — Ты же помнишь, я говорил тебе, что свое никогда не отпускаю? Если нет, то напряги память, любимая...
***
Мы расстались год назад, я сбежала, спряталась, но он все равно нашел. И теперь не хочет опускать...
***
Мы расстались год назад, я сбежала, спряталась, но он все равно нашел. И теперь не хочет опускать...
- Ты плохая, мама! Я тебя не люблю. – Кричит сын мне в лицо, обливаясь слезами.
Сажусь перед сыном на колени, и сердце разрывается от того, что он сейчас говорит. Беру его ручки в свои, и стараюсь говорить спокойно, чтобы не пугать его, хотя внутри все кричит от боли от предательства мужа.
- Марик, сынок, успокойся. Ты еще маленький и не понимаешь ничего. Мы с папой – взрослые, и сами разберемся во всем. Я найду для тебя другой садик, и другую воспитательницу, которую ты тоже полюбишь.
Марк выдергивает руки, толкает меня, и кричит с такой злостью, какой я еще никогда у него не видела.
- НЕТ! Я не хочу уходить в другой садик. Я люблю Екатерину Викторовну, а она меня любит. И папу тоже! А ты – останешься одна, и никто тебя больше не полюбит!
Мой муж спутался с воспитательнице й нашего сына. Вместе с ней, он вознамерился отобрать у меня бизнес. И я бы со всем этим справилась, если бы она не начала настраивать моего ребенка, против меня.
Сажусь перед сыном на колени, и сердце разрывается от того, что он сейчас говорит. Беру его ручки в свои, и стараюсь говорить спокойно, чтобы не пугать его, хотя внутри все кричит от боли от предательства мужа.
- Марик, сынок, успокойся. Ты еще маленький и не понимаешь ничего. Мы с папой – взрослые, и сами разберемся во всем. Я найду для тебя другой садик, и другую воспитательницу, которую ты тоже полюбишь.
Марк выдергивает руки, толкает меня, и кричит с такой злостью, какой я еще никогда у него не видела.
- НЕТ! Я не хочу уходить в другой садик. Я люблю Екатерину Викторовну, а она меня любит. И папу тоже! А ты – останешься одна, и никто тебя больше не полюбит!
Мой муж спутался с воспитательнице й нашего сына. Вместе с ней, он вознамерился отобрать у меня бизнес. И я бы со всем этим справилась, если бы она не начала настраивать моего ребенка, против меня.
Любовь Парамонова — фельдшер в сибирской глуши. Три года назад заведовала гинекологическим отделением московской клиники. Роковая случайность изменила ее жизнь.
Любовь строгая, суровая, любящая свое дело. Местные ее любят и очень уважают.
Чего не скажешь о столичном бизнесмене, приехавшем в эти места на охоту, но по несчастливой случайности оказавшемся ее пациентом.
***
— Да ты хоть знаешь, кто я?! — рычит на меня верзила.
— Видала я таких. Знаешь, кто я? Знаешь, что я могу? — фыркаю. — Напугал ежа голой...
— Я ж тебя в порошок сотру за твой язык!
Задолбал!
Набираю в шприц анестетик и поворачиваюсь к московскому хамлу.
Породистый, гаденыш. Видно невооруженным глазом.
Будь я помоложе — затряслись бы коленки.
Но мне сорок два. Поэтому у меня не трясется ничего.
В том числе и руки, которые безапелляционно вводят иглу в тело зарвавшегося хама.
Любовь строгая, суровая, любящая свое дело. Местные ее любят и очень уважают.
Чего не скажешь о столичном бизнесмене, приехавшем в эти места на охоту, но по несчастливой случайности оказавшемся ее пациентом.
***
— Да ты хоть знаешь, кто я?! — рычит на меня верзила.
— Видала я таких. Знаешь, кто я? Знаешь, что я могу? — фыркаю. — Напугал ежа голой...
— Я ж тебя в порошок сотру за твой язык!
Задолбал!
Набираю в шприц анестетик и поворачиваюсь к московскому хамлу.
Породистый, гаденыш. Видно невооруженным глазом.
Будь я помоложе — затряслись бы коленки.
Но мне сорок два. Поэтому у меня не трясется ничего.
В том числе и руки, которые безапелляционно вводят иглу в тело зарвавшегося хама.
Подборка книг
Выберите полку для книги