Книги в жанре «Современная проза» по тегу «silnaya-geroinya»
"Мой котик, вчера было незабываемо. Сегодня повторим? – читаю в телефоне мужа.
Вот так. Одно сообщение — и твоя жизнь летит под откос.
Что делать? Можно было бы закатить скандал. Устроить истерику. Разбить телефон о стену. Но, нет. Лучше сыграть в ответ. Тонко. Жестко. Без права на прощение.
А если в этом помогает муж твоей соперницы — расчетливый, хладнокровный и слишком опасный, чтобы с ним шутить? Что ж… тогда игра становится по-настоящему интересной.
Вот так. Одно сообщение — и твоя жизнь летит под откос.
Что делать? Можно было бы закатить скандал. Устроить истерику. Разбить телефон о стену. Но, нет. Лучше сыграть в ответ. Тонко. Жестко. Без права на прощение.
А если в этом помогает муж твоей соперницы — расчетливый, хладнокровный и слишком опасный, чтобы с ним шутить? Что ж… тогда игра становится по-настоящему интересной.
— Ты так хороша, детка! - слышу из спальни.
Я застыла. Мой муж. Моя лучшая подруга. В нашей постели.
— О, Яна, ты быстро вернулась, — ухмыляется Артем, лениво натягивая простыню.
А потом в ответ на мои возмущения прижал к стене и прошептал:
— Ты будешь молчать и будешь терпеть. Поняла?
Но я не согласна. Ночью я забрала сына и убежала в никуда. В кармане — копейки. В глазах — страх. На вокзале — холод, голод, отчаяние. Что делать? Вернуться назад или продолжать бороться? Я выбрала второе и оказалась на пороге дома одного опасного, но влиятельного мужчины.
Я застыла. Мой муж. Моя лучшая подруга. В нашей постели.
— О, Яна, ты быстро вернулась, — ухмыляется Артем, лениво натягивая простыню.
А потом в ответ на мои возмущения прижал к стене и прошептал:
— Ты будешь молчать и будешь терпеть. Поняла?
Но я не согласна. Ночью я забрала сына и убежала в никуда. В кармане — копейки. В глазах — страх. На вокзале — холод, голод, отчаяние. Что делать? Вернуться назад или продолжать бороться? Я выбрала второе и оказалась на пороге дома одного опасного, но влиятельного мужчины.
— Вадим Семенович, как же же хорошо! Давайте еще быстрее!— кричит, лежа на парте, оголенная Рита — моя студентка и подруга нашей дочери.
Я застываю в ступоре, мой муж — ректор этого института, держа её за бедра, резко останавливается, подняв на меня блаженный взгляд.
— Наташа??? Что ты здесь делаешь? — выпучив глаза, он отпускает девицу.
— Наталья Валерьевна, это не то, что вы подумали! — громко восклицает она, вскочив с парты без белья.
— Ах ты, дрянь! — не сдерживаюсь, я и подхожу ближе.
— Я здесь причем? Вы не удовлетворяете своего мужа! Ведь на моем месте могла оказаться другая! — глядит мне нагло в глаза, а я не сдерживаюсь хватаю её за волосы.
— Наташа, успокойся! Отпусти девушку! Это же Рита! Ты что творишь! — муж пытается оторвать меня от нее.
— Это же Рита?! Это подруга твоей дочери! Ты в своем уме, Вадим? Как тебе не стыдно?— кричу я, чуть ли не плача, до сих пор не могу поверить во все это…
Я застываю в ступоре, мой муж — ректор этого института, держа её за бедра, резко останавливается, подняв на меня блаженный взгляд.
— Наташа??? Что ты здесь делаешь? — выпучив глаза, он отпускает девицу.
— Наталья Валерьевна, это не то, что вы подумали! — громко восклицает она, вскочив с парты без белья.
— Ах ты, дрянь! — не сдерживаюсь, я и подхожу ближе.
— Я здесь причем? Вы не удовлетворяете своего мужа! Ведь на моем месте могла оказаться другая! — глядит мне нагло в глаза, а я не сдерживаюсь хватаю её за волосы.
— Наташа, успокойся! Отпусти девушку! Это же Рита! Ты что творишь! — муж пытается оторвать меня от нее.
— Это же Рита?! Это подруга твоей дочери! Ты в своем уме, Вадим? Как тебе не стыдно?— кричу я, чуть ли не плача, до сих пор не могу поверить во все это…
— Даш, нам нужно поговорить...
— О, только не говори, что в нашу годовщину ты собрался в командировку.
— Лера беременна.
— Лера... Это кто?
— Коллега.
— А ты тут причем?
— Она беременна от меня.
Иногда жизнь подкидывает такие «сюрпризы», что хочется просто лечь и не вставать. Но я выбрала другой вариант — развести костер из моего прошлого и смотреть, как оно горит.
Проблема в том, что мой бывший решил, что я должна страдать.
А вот тот, кто пришел мне на помощь, считает, что страдать должен он.
И знаете что? Я впервые полностью с этим согласна.
— О, только не говори, что в нашу годовщину ты собрался в командировку.
— Лера беременна.
— Лера... Это кто?
— Коллега.
— А ты тут причем?
— Она беременна от меня.
Иногда жизнь подкидывает такие «сюрпризы», что хочется просто лечь и не вставать. Но я выбрала другой вариант — развести костер из моего прошлого и смотреть, как оно горит.
Проблема в том, что мой бывший решил, что я должна страдать.
А вот тот, кто пришел мне на помощь, считает, что страдать должен он.
И знаете что? Я впервые полностью с этим согласна.
Муж изменил. Не беда. Ведь я ему отомщу. Я не буду бить его машину, выбрасывать вещи с балкона и истерить. Я просто...
Найду мужа его любовницы. И все ему расскажу.
Богатый! Властный! И, кстати, чертовски красивый!
Уж он то накажет изменщика!
Что значит — нет?
Что значит — я ему интересна гораздо больше?
Что значит — замуж?
Постойте!
Мы так не договаривались!
Найду мужа его любовницы. И все ему расскажу.
Богатый! Властный! И, кстати, чертовски красивый!
Уж он то накажет изменщика!
Что значит — нет?
Что значит — я ему интересна гораздо больше?
Что значит — замуж?
Постойте!
Мы так не договаривались!
— Ну же, Дима, не останавливайся, — я подняла телефон и нажала запись. — Ты же любишь зрителей? Пусть теперь все видят, какой ты мерзавец.
Он вздрогнул, обернулся, и его лицо перекосило от ужаса.
— Алина?
Я улыбнулась.
— Продолжайте. Чего остановились?
Тишина. Глухая, давящая.
Я смотрела в глаза человеку, которого любила. Которому доверяла. Которому отдала годы. И теперь он стоял передо мной голый, а позади него моя подруга и его любовница.
Я ушла, не в силах смотреть на предателей. Муж надеялся, что я сломаюсь. Что стану слабой. Мила думала, что прощу. Но они оба забыли главное — я не прощаю. Я вернусь. Только на этот раз буду играть по своим правилам.
Он вздрогнул, обернулся, и его лицо перекосило от ужаса.
— Алина?
Я улыбнулась.
— Продолжайте. Чего остановились?
Тишина. Глухая, давящая.
Я смотрела в глаза человеку, которого любила. Которому доверяла. Которому отдала годы. И теперь он стоял передо мной голый, а позади него моя подруга и его любовница.
Я ушла, не в силах смотреть на предателей. Муж надеялся, что я сломаюсь. Что стану слабой. Мила думала, что прощу. Но они оба забыли главное — я не прощаю. Я вернусь. Только на этот раз буду играть по своим правилам.
— Ну давай, Андрей. Скажи что-нибудь.
Он молчал.
Любовница натягивала на себя простыню, а он, без одежды, с расширенными глазами, стоял с перекошенным лицом, будто и правда не знал, что сказать.
Я склонила голову, медленно окинула их взглядом.
— Хотя ладно. Я скажу за тебя.
Я достала телефон, сделала снимок для суда и, склонив голову, произнесла:
— Теперь у тебя есть два варианта: либо ты сам убираешься отсюда, либо я выброшу тебя из квартиры в одних трусах.
Я смотрела на мужчину, которого когда-то любила. Который был моим домом, моей семьёй, моим будущим. Теперь он был никем. Он думал, что я окажусь слабой. Что буду умолять, плакать, просить. Но он забыл — я не из тех, кто ломается. Я не прощаю. Я мщу. И если он думал, что измена — это худшее, что могло случиться, то очень скоро узнает: настоящий ад только начинается.
Он молчал.
Любовница натягивала на себя простыню, а он, без одежды, с расширенными глазами, стоял с перекошенным лицом, будто и правда не знал, что сказать.
Я склонила голову, медленно окинула их взглядом.
— Хотя ладно. Я скажу за тебя.
Я достала телефон, сделала снимок для суда и, склонив голову, произнесла:
— Теперь у тебя есть два варианта: либо ты сам убираешься отсюда, либо я выброшу тебя из квартиры в одних трусах.
Я смотрела на мужчину, которого когда-то любила. Который был моим домом, моей семьёй, моим будущим. Теперь он был никем. Он думал, что я окажусь слабой. Что буду умолять, плакать, просить. Но он забыл — я не из тех, кто ломается. Я не прощаю. Я мщу. И если он думал, что измена — это худшее, что могло случиться, то очень скоро узнает: настоящий ад только начинается.
— Ох, как замечательно! Просто потрясающе. Скажи, эти услуги в рамках абонемента или за доплату?
Он вздрагивает. Она торопливо натягивает одежду. А я стою в дверях и смотрю, как мой муж пыхтят слезает со своей тренерши. И все это происходит прямо в нашей постели.
— Оль, подожди… — Он делает шаг ко мне.
— Назад.
Я вытаскиваю из сумочки дорогой кожаный ремень, его любимого бренда, который собиралась подарить на годовщину. Бросаю ему под ноги.
— Держи. Может, он тебе поможет удержать штаны застёгнутыми в следующий раз.
Я не кричу. Не плачу. Просто ухожу.
Но бывшие мужья не умеют отпускать. А значит, пора показать, что я не та, кто проглатывает предательство и умоляет о любви. Я та, кто вычеркивает и не оборачивается.
Он вздрагивает. Она торопливо натягивает одежду. А я стою в дверях и смотрю, как мой муж пыхтят слезает со своей тренерши. И все это происходит прямо в нашей постели.
— Оль, подожди… — Он делает шаг ко мне.
— Назад.
Я вытаскиваю из сумочки дорогой кожаный ремень, его любимого бренда, который собиралась подарить на годовщину. Бросаю ему под ноги.
— Держи. Может, он тебе поможет удержать штаны застёгнутыми в следующий раз.
Я не кричу. Не плачу. Просто ухожу.
Но бывшие мужья не умеют отпускать. А значит, пора показать, что я не та, кто проглатывает предательство и умоляет о любви. Я та, кто вычеркивает и не оборачивается.
— Ты спишь с ней?
Артем смотрит на меня спокойно. Слишком спокойно.
— Да.
— И ты даже не собирался скрывать?
— Лиля, ты взрослая женщина. Не делай сцен.
Я моргаю.
— Ты привёл её в наш офис. В МОЙ кабинет.
Он пожимает плечами.
— Теперь он не твой.
В этот момент внутри меня что-то ломается. Я смотрю на него — человека, с которым прожила пятнадцать лет, и понимаю: этот мужчина — мне больше не принадлежит.
Но он ошибся в одном. Я не собиралась плакать. Я не собиралась умолять. Я собиралась разрушить его мир так же, как он разрушил мой. И поверьте, я знала, как это сделать.
Артем смотрит на меня спокойно. Слишком спокойно.
— Да.
— И ты даже не собирался скрывать?
— Лиля, ты взрослая женщина. Не делай сцен.
Я моргаю.
— Ты привёл её в наш офис. В МОЙ кабинет.
Он пожимает плечами.
— Теперь он не твой.
В этот момент внутри меня что-то ломается. Я смотрю на него — человека, с которым прожила пятнадцать лет, и понимаю: этот мужчина — мне больше не принадлежит.
Но он ошибся в одном. Я не собиралась плакать. Я не собиралась умолять. Я собиралась разрушить его мир так же, как он разрушил мой. И поверьте, я знала, как это сделать.
— Ты серьёзно? Год?
— Надя…
— Не смей говорить со мной этим тоном. ГОД, Максим! Ты целый год приходил домой ко мне, к сыну, ложился в нашу постель, смотрел мне в глаза и врал!
— Всё не так просто…
— Нет, Максим. Всё очень просто. Ты меня предал.
Я думала, что знаю этого человека. Что у нас семья, что мы однажды состаримся вместе. Но в один миг всё рассыпалось, и я осталась на руинах собственной жизни. С сыном на руках. С его матерью, которая хочет меня уничтожить. С мужчиной, который обещал любить, а теперь мечтает выжить меня из квартиры.
Но если он думает, что я сломаюсь — он плохо меня знает. Я не просто выживу. Я поставлю его на колени.
— Надя…
— Не смей говорить со мной этим тоном. ГОД, Максим! Ты целый год приходил домой ко мне, к сыну, ложился в нашу постель, смотрел мне в глаза и врал!
— Всё не так просто…
— Нет, Максим. Всё очень просто. Ты меня предал.
Я думала, что знаю этого человека. Что у нас семья, что мы однажды состаримся вместе. Но в один миг всё рассыпалось, и я осталась на руинах собственной жизни. С сыном на руках. С его матерью, которая хочет меня уничтожить. С мужчиной, который обещал любить, а теперь мечтает выжить меня из квартиры.
Но если он думает, что я сломаюсь — он плохо меня знает. Я не просто выживу. Я поставлю его на колени.
Подборка книг с сильными героинями
Выберите полку для книги