Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «ochen-emotsionalno»
Геннадий поворачивается ко мне, и в его взгляде я читаю решимость, граничащую с жестокостью.
– У тебя есть две недели, – говорит он ровным, деловым тоном, – чтобы собрать вещи и съехать к родителям. Буду платить алименты по десять тысяч в месяц на каждого ребенка. И ни на что больше не рассчитывай.
Мир вокруг меня останавливается. Слова долетают до сознания с задержкой, словно сквозь толстый слой воды. Я смотрю на мужа, пытаясь понять, правильно ли я его услышала. Две недели... алименты... съехать...
– Что? – мой голос звучит хрипло, чуждо. – Гена, я не понимаю... О чем ты?
Он смотрит на меня с холодным отвращением, и этот взгляд пронизывает насквозь, заставляя сжаться в комок.
– Я брал тебя в жены худенькую и красивую, а сейчас ты стала коровой! – каждое слово падает как удар молота. – Посмотри на себя! Это отталкивает, понимаешь? У меня появилась девушка, которая следит за собой и меня во всем понимает.
– У тебя есть две недели, – говорит он ровным, деловым тоном, – чтобы собрать вещи и съехать к родителям. Буду платить алименты по десять тысяч в месяц на каждого ребенка. И ни на что больше не рассчитывай.
Мир вокруг меня останавливается. Слова долетают до сознания с задержкой, словно сквозь толстый слой воды. Я смотрю на мужа, пытаясь понять, правильно ли я его услышала. Две недели... алименты... съехать...
– Что? – мой голос звучит хрипло, чуждо. – Гена, я не понимаю... О чем ты?
Он смотрит на меня с холодным отвращением, и этот взгляд пронизывает насквозь, заставляя сжаться в комок.
– Я брал тебя в жены худенькую и красивую, а сейчас ты стала коровой! – каждое слово падает как удар молота. – Посмотри на себя! Это отталкивает, понимаешь? У меня появилась девушка, которая следит за собой и меня во всем понимает.
— Лера? — Голос Юры удивлённый. — Ты ещё не спишь? Что случилось?
Он заходит в прихожую, останавливается.
— Что... — Пауза. Долгая. — Лер, что это за сумки?
Он идёт на кухню. Появляется в дверном проёме. Смотрит на меня.
На моё лицо. На стол. На телефон.
— Лера, что происходит? — В его голосе тревога. — Почему ты не спишь? Почему мои вещи... — Он не договаривает.
Я молча беру телефон. Нажимаю воспроизведение.
— Лера, дай мне объяснить...
— Объясняй, — говорю я жёстко. — Объясни, кто она. Объясни, почему я должна верить хоть одному твоему слову после этого.
Юра молчит секунду. Две. Три.
Потом садится на стул напротив меня. Кладёт руки на стол. Смотрит мне в глаза.
И начинает говорить.
***
Я ждала извинений. Оправданий. Чего угодно…
Но его слова изменили мой мир навсегда!
Он заходит в прихожую, останавливается.
— Что... — Пауза. Долгая. — Лер, что это за сумки?
Он идёт на кухню. Появляется в дверном проёме. Смотрит на меня.
На моё лицо. На стол. На телефон.
— Лера, что происходит? — В его голосе тревога. — Почему ты не спишь? Почему мои вещи... — Он не договаривает.
Я молча беру телефон. Нажимаю воспроизведение.
— Лера, дай мне объяснить...
— Объясняй, — говорю я жёстко. — Объясни, кто она. Объясни, почему я должна верить хоть одному твоему слову после этого.
Юра молчит секунду. Две. Три.
Потом садится на стул напротив меня. Кладёт руки на стол. Смотрит мне в глаза.
И начинает говорить.
***
Я ждала извинений. Оправданий. Чего угодно…
Но его слова изменили мой мир навсегда!
– Мне кажется, что муж мне изменяет, – поделилась я с подругой за чашкой кофе.
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!
— Когда ты собирался мне сказать?
— Я планировал поговорить. Ждал подходящего момента.
— Подходящего момента, чтобы сообщить жене, что у тебя беременная любовница? Скажи, Иван, такой момент вообще существует во вселенной?
— Я не хотел тебя ранить. Думал, как лучше преподнести, чтобы...
— Чтобы — что? — я всё-таки повысила голос, но тут же осеклась, заставила себя вдохнуть глубже, выдохнуть медленнее, вернуть контроль. — Чтобы я не расстроилась? И поэтому лучше было лгать? Смотреть мне в глаза каждый вечер, а потом мчаться к ней?
— Я полюбил её, Оля. Это не интрижка. Это... настоящее. Я сам не ожидал, что так выйдет, но вышло. Марина — она другая.
***
Ради этой «другой» муж потребовал половину моего бизнеса. Я оставила его нищим. Его взрослый сын встал на мою сторону. А «настоящая любовь» закончилась, когда выяснилось, что ребенок не от Ивана.
— Я планировал поговорить. Ждал подходящего момента.
— Подходящего момента, чтобы сообщить жене, что у тебя беременная любовница? Скажи, Иван, такой момент вообще существует во вселенной?
— Я не хотел тебя ранить. Думал, как лучше преподнести, чтобы...
— Чтобы — что? — я всё-таки повысила голос, но тут же осеклась, заставила себя вдохнуть глубже, выдохнуть медленнее, вернуть контроль. — Чтобы я не расстроилась? И поэтому лучше было лгать? Смотреть мне в глаза каждый вечер, а потом мчаться к ней?
— Я полюбил её, Оля. Это не интрижка. Это... настоящее. Я сам не ожидал, что так выйдет, но вышло. Марина — она другая.
***
Ради этой «другой» муж потребовал половину моего бизнеса. Я оставила его нищим. Его взрослый сын встал на мою сторону. А «настоящая любовь» закончилась, когда выяснилось, что ребенок не от Ивана.
– Заходи, – говорю я подруге, открывая дверь в нашу новую с мужем квартиру, которая куплена на будущее дочери. – Только она пока пустая, полы да стены.
Мы проходим. Включаю свет в комнате – и замираю.
На полу лежит надувной матрас со смятым бельем, рядом остатки ужина на двоих, пластиковые бокалы.
На подоконнике – мужские часы.
Беру их дрожащими руками – кожаный ремешок с той самой потертостью, которую знаю наизусть.
– Лида, что это? – шепчет Ольга за спиной.
Поворачиваюсь к ней, и она вздрагивает от выражения моего лица.
– Это часы Дениса, – говорю еле слышно. – Те самые, которые он «потерял» вчера вечером.
Мир рушится.
Новая квартира, которую мы покупали для будущего дочери, оказывается местом его измен. Руки трясутся, часы выскальзывают и падают на пол со звонким стуком.
Мы проходим. Включаю свет в комнате – и замираю.
На полу лежит надувной матрас со смятым бельем, рядом остатки ужина на двоих, пластиковые бокалы.
На подоконнике – мужские часы.
Беру их дрожащими руками – кожаный ремешок с той самой потертостью, которую знаю наизусть.
– Лида, что это? – шепчет Ольга за спиной.
Поворачиваюсь к ней, и она вздрагивает от выражения моего лица.
– Это часы Дениса, – говорю еле слышно. – Те самые, которые он «потерял» вчера вечером.
Мир рушится.
Новая квартира, которую мы покупали для будущего дочери, оказывается местом его измен. Руки трясутся, часы выскальзывают и падают на пол со звонким стуком.
Выходя из офиса, я столкнулась с молодой женщиной, которая с силой схватила меня за руку.
– Нам надо поговорить! – заявила она рассерженно.
– Кто вы? Что вам нужно? – я растерянно посмотрела на нее, не понимая, что происходит.
Девица ехидно ухмыльнулась.
– Я – будущая жена твоего мужа и мать его ребенка! – демонстративно пригладила она рукой живот.
– Женщина, отпустите! – процедила я сквозь зубы, слыша звук подъезжающего автомобиля.
Муж должен был приехать за мной, и я надеялась, что это он.
– Лада, – услышала я голос мужа и обернулась.
Женщина тоже обернулась и с улыбкой помахала ему рукой.
– Привет, дорогой, – приторно улыбнулась она. – А я тут с твоей женой решила побеседовать.
Муж замер и испуганно посмотрел на меня. И в этот момент я поняла, что это не чья-то злая шутка. Он действительно предал меня. Изменил с этой женщиной.
Как раз сегодня я собиралась признаться ему, что жду ребенка, но теперь…
– Нам надо поговорить! – заявила она рассерженно.
– Кто вы? Что вам нужно? – я растерянно посмотрела на нее, не понимая, что происходит.
Девица ехидно ухмыльнулась.
– Я – будущая жена твоего мужа и мать его ребенка! – демонстративно пригладила она рукой живот.
– Женщина, отпустите! – процедила я сквозь зубы, слыша звук подъезжающего автомобиля.
Муж должен был приехать за мной, и я надеялась, что это он.
– Лада, – услышала я голос мужа и обернулась.
Женщина тоже обернулась и с улыбкой помахала ему рукой.
– Привет, дорогой, – приторно улыбнулась она. – А я тут с твоей женой решила побеседовать.
Муж замер и испуганно посмотрел на меня. И в этот момент я поняла, что это не чья-то злая шутка. Он действительно предал меня. Изменил с этой женщиной.
Как раз сегодня я собиралась признаться ему, что жду ребенка, но теперь…
— Пап, когда ты уже скажешь ей, что уходишь к Лиде? — слышу голос дочери и резко останавливаюсь.
— Спешить пока некуда. Мне нужно подготовиться к разводу с твоей матерью. И хватит говорить об этом в доме, — строго чеканит Виктор.
— Прости, пап. Ну я же с вами буду жить точно? Не с ней?
— Ты моя дочь. Ты будешь жить с нами.
Семнадцать лет я с ним. В горе и в радости. Несмотря ни на что. А сейчас, прямо за дверью, муж обсуждает с нашей шестнадцатилетней дочерью развод со мной, который планирует в скором времени. Дочь явно давно обо всем в курсе и уже сделала выбор не в пользу меня. Мой привычный мир, что существовал последние семнадцать лет — рухнул в одно мгновение. За что они так со мной? А нужно ли это выяснять?..
— Спешить пока некуда. Мне нужно подготовиться к разводу с твоей матерью. И хватит говорить об этом в доме, — строго чеканит Виктор.
— Прости, пап. Ну я же с вами буду жить точно? Не с ней?
— Ты моя дочь. Ты будешь жить с нами.
Семнадцать лет я с ним. В горе и в радости. Несмотря ни на что. А сейчас, прямо за дверью, муж обсуждает с нашей шестнадцатилетней дочерью развод со мной, который планирует в скором времени. Дочь явно давно обо всем в курсе и уже сделала выбор не в пользу меня. Мой привычный мир, что существовал последние семнадцать лет — рухнул в одно мгновение. За что они так со мной? А нужно ли это выяснять?..
Марина верила, что у неё идеальный брак. До того дня, когда муж забыл телефон дома с сообщением от неё. До той встречи в кафе, где он праздновал день рождения другой женщины, дарил подвеску, смотрел на неё так, как давно не смотрел на жену.
Она могла бы кричать и плакать. Она решила действовать.
Её оружием стало хладнокровие. Её полем боя — собственная жизнь. Записаться на стрижку к любовнице. Стать учительницей для его внебрачного сына. Раскопать старые семейные тайны, которые связывают все нити предательства в один тугой узел.
Но в самой изощрённой мести таится опасность: можно настолько вжиться в роль мстительницы, что забыть, кто ты на самом деле. И когда враги повержены, остаётся лишь пустота и один вопрос: что строить на этом пепелище?
История о том, как боль превращается в ярость, а ярость — в холодный расчёт. И о том, можно ли после этого снова научиться жить.
Она могла бы кричать и плакать. Она решила действовать.
Её оружием стало хладнокровие. Её полем боя — собственная жизнь. Записаться на стрижку к любовнице. Стать учительницей для его внебрачного сына. Раскопать старые семейные тайны, которые связывают все нити предательства в один тугой узел.
Но в самой изощрённой мести таится опасность: можно настолько вжиться в роль мстительницы, что забыть, кто ты на самом деле. И когда враги повержены, остаётся лишь пустота и один вопрос: что строить на этом пепелище?
История о том, как боль превращается в ярость, а ярость — в холодный расчёт. И о том, можно ли после этого снова научиться жить.
Мне все равно с кем. Ей наплевать на чувства. Вместе мы отлично играем в счастье напоказ. Вроде бы мы идеальная пара, но Судьба умеет посмеяться над планами людей.
В истории участвуют:
* одинокий мужчина, готовый на все, чтобы не вспоминать
* целеустремленная девушка, знающая чего хочет (кроме дурацкой любви)
* близкие родственники, понимающие, как надо жить
* бывшие возлюбленные и друзья
* справедливый финал истории
В истории участвуют:
* одинокий мужчина, готовый на все, чтобы не вспоминать
* целеустремленная девушка, знающая чего хочет (кроме дурацкой любви)
* близкие родственники, понимающие, как надо жить
* бывшие возлюбленные и друзья
* справедливый финал истории
Я стучу в дверь. Три коротких удара.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.
Внутри слышатся шаги, приглушённые голоса.
Дверь открывается.
Передо мной стоит женщина лет тридцати. Стройная, тёмные волосы влажные, белый махровый халат отеля. Лицо без макияжа, губы припухшие. Она смотрит на меня с улыбкой:
– Да?
Я узнаю её мгновенно. Анна. Коллега Андрея из его отдела. Видела её фото в корпоративном чате.
– Комплимент от отеля, – произношу я, и удивляюсь, насколько спокойно звучит мой голос.
Она открывает рот, чтобы ответить, и в этот момент из ванной выходит мой муж.
Полотенце на бёдрах, голый торс, мокрые волосы. Он улыбается, говорит что-то Анне, не замечая меня. Потом его взгляд скользит к двери.
Наши глаза встречаются.
Улыбка медленно сползает с его лица. Он замирает. Губы шевелятся, пытаясь что-то сказать.
– Настя...
Это всё, что он успевает выдохнуть.
Подборка эмоциональных романов о неверности
Выберите полку для книги