Книги в жанре «Романтическая комедия»
— Акимова!
Лениво оборачиваюсь, балансируя на тонких шпильках.
Юбка колышется вокруг коленок приятным шаловливым ветерком.
— Задержитесь, пожалуйста, – летит в меня “просьба” из тех, в которых не отказывают.
Обожаю эти властные закидоны. Как он это делает?
Что может связывать непутёвую студентку Акимову и сурового молодого профессора Власова? На первый взгляд совершенно ничего, но, одним дождливым летним днём стало возможным всё.
Лениво оборачиваюсь, балансируя на тонких шпильках.
Юбка колышется вокруг коленок приятным шаловливым ветерком.
— Задержитесь, пожалуйста, – летит в меня “просьба” из тех, в которых не отказывают.
Обожаю эти властные закидоны. Как он это делает?
Что может связывать непутёвую студентку Акимову и сурового молодого профессора Власова? На первый взгляд совершенно ничего, но, одним дождливым летним днём стало возможным всё.
С самого начала моей работы в баре, босс пробовал со мной флиртовать: подвозил меня после ночных смен до дома; и даже пытался пригласить на свидание. Но он казался мне старым - разница в возрасте аж десять лет! Молодая была, да глупая. А ведь мужчина, на самом деле - просто класс! Теперь я смотрю на него другими глазами и не прочь начать с ним отношения, только вот босс уже давно потерял ко мне интерес и сейчас обращается как с обычной официанткой.
— У меня есть парень! — упираясь в твердую грудь оперуполномоченного ладонями, пролепетала я.
— Уже нет, — спокойно сообщил он.
— Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент.
— Это временно! — снисходительно произнес нахал.
— Отстань от меня!
— Не дождешься! — хищно пообещал он.
Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и, кажется, уходить не собирается!
Книга самостоятельная. Однотомник.
— Уже нет, — спокойно сообщил он.
— Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент.
— Это временно! — снисходительно произнес нахал.
— Отстань от меня!
— Не дождешься! — хищно пообещал он.
Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и, кажется, уходить не собирается!
Книга самостоятельная. Однотомник.
— Я решил жениться, — огорошил я стервочку, — на вас.
— Что?
— Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе.
— Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет!
— Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил!
Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и совершенно нет времени на отношения. Но разве боксера, хоть и бывшего, можно убедить в обратном?
История самостоятельная. Однотомник.
— Что?
— Вы привлекательны, я чертовски обаятелен. Пусть вы и стерва редкостная, но мы идеальная пара. Собирайтесь, нас ждут в загсе.
— Да вы… Никуда я с вами не поеду. Какая свадьба? Никакой свадьбы не будет!
— Будет, Аврора Аристарховна. Я уже все решил!
Роберт Багров — редкостный хам с не иначе как с помутившимся рассудком. Он почему-то решил, что обязательно должен на мне жениться. А я против! У меня бизнес, разбитое сердце и совершенно нет времени на отношения. Но разве боксера, хоть и бывшего, можно убедить в обратном?
История самостоятельная. Однотомник.
— Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, — нагло хмыкнул гопник. — Недели не пройдет, моя будешь.
— Мальчик, поищи ровесницу, — сквозь зубы прорычала я.
— Я тебя хочу, — прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии.
— Я замужем, — пискнула я.
— Но вакансия любовника свободна? — не желал сдаваться маргинал.
— Ты… нахал! Знать тебя не желаю!
Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме.
Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но каждую новую встречу он открывается с неожиданной стороны. И… Не обманывает ли он, притворяясь не тем, кто есть на самом деле?
— Мальчик, поищи ровесницу, — сквозь зубы прорычала я.
— Я тебя хочу, — прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии.
— Я замужем, — пискнула я.
— Но вакансия любовника свободна? — не желал сдаваться маргинал.
— Ты… нахал! Знать тебя не желаю!
Он представился Эдуардом. Гопник и не в меру творческий маргинал в оригинальном костюме.
Невозможный наглец, дерзкий мальчишка. Но каждую новую встречу он открывается с неожиданной стороны. И… Не обманывает ли он, притворяясь не тем, кто есть на самом деле?
Стена дождя настигла Сашку на полпути до укрытия. Сразу промокло всё: волосы, рубашка, джинсы на бедрах, ноги внутри кроссовок. Топая перепуганным слонопотамом, она влетела через раскрытые настежь ворота автомойки под крышу, согнулась, чтобы отдышаться… И ровно в этот момент внутрь, раскидывая вокруг себя сотни брызг, ступил аквамен! Нет, парень, который ворвался сейчас в помещение заштатного автосервиса в далеком Туево-Кукуево, на Джейсона Мамоа похож не был… И в то же время был. И ростом, и общими мускулисто-крепкими габаритами, и даже шрамом, рассекшим бровь. А уж после того, как он отшвырнул в сторону бейсболку, мотнув коротко стриженой головой, сбросил с плеч лямки синего рабочего комбинезона, чтобы после потянуть с себя мокрую футболку… Ох! Аквамен! Собственной персоной! Сашкина в самом что и на есть прямом смысле влажная мечта…
Римир Соколов – боец «Грома», красавчик, бабник, невыносимый мужлан, нахал, брат моей лучшей подруги и по совместительству моя первая неразделенная любовь. Я думала, что не интересую его как девушка, пока однажды не узнала, что он виновник всех моих неудачных свиданий, а все парни университета теперь обходят меня стороной.
А причиной всего оказался подслушанный им разговор....
А причиной всего оказался подслушанный им разговор....
Однажды её муж пришёл домой с любовницей.
- Валя, мы с тобой разводимся, через месяц у меня свадьба с Инессой. В отличие от тебя, Инесса подарит мне наследника, она беременна. И скоро я стану счастливым отцом, у меня родиться сын. Сама понимаешь, что нам надо спешить с регистрацией брака. Поэтому прошу тебя собрать свои вещи, на развод я уже подал, мои адвокаты в ближайшие дни привезут документы тебе на подпись.
- Прости, а как же я, - проблеяла Валя.
- Что ты? Валя ты за тринадцать лет даже ребенка не удосужилась мне родить, - бросил он ей, поворачиваясь на выход. – У тебя два часа на сборы. Если не успеваешь, то вызови обслугу.
Он выгнал её из дома, лишил денег. А через несколько месяцев пришёл и предложил ей работу няней для их с Инессой ребенка.
Иногда, чтобы встать, нужно упасть и разбиться,сгореть, а потом восстать из пепла новой.
- Валя, мы с тобой разводимся, через месяц у меня свадьба с Инессой. В отличие от тебя, Инесса подарит мне наследника, она беременна. И скоро я стану счастливым отцом, у меня родиться сын. Сама понимаешь, что нам надо спешить с регистрацией брака. Поэтому прошу тебя собрать свои вещи, на развод я уже подал, мои адвокаты в ближайшие дни привезут документы тебе на подпись.
- Прости, а как же я, - проблеяла Валя.
- Что ты? Валя ты за тринадцать лет даже ребенка не удосужилась мне родить, - бросил он ей, поворачиваясь на выход. – У тебя два часа на сборы. Если не успеваешь, то вызови обслугу.
Он выгнал её из дома, лишил денег. А через несколько месяцев пришёл и предложил ей работу няней для их с Инессой ребенка.
Иногда, чтобы встать, нужно упасть и разбиться,сгореть, а потом восстать из пепла новой.
Кто бы мог подумать, что один не самый обычный урок в элитной московской школе забросит меня, простую учительницу с юга, прямиком в золотую клетку? Теперь мой дом — огромный и холодный особняк, а моя задача — найти ключ к сердцам троих детей, которые не верят никому, и особенно — очередным нянькам.
Их отец, мой новый босс, — человек, от одного взгляда которого хочется спрятаться. Но иногда я замечаю в его глазах не только сталь, но и бесконечную усталость. Каждый мой день здесь — это маленькая война за право быть собой, а не прислугой. Война с детским недоверием, с ледяным презрением его гламурных знакомых и с неожиданным притяжением, которое возникает между мной и хозяином этого неприступного замка.
Их отец, мой новый босс, — человек, от одного взгляда которого хочется спрятаться. Но иногда я замечаю в его глазах не только сталь, но и бесконечную усталость. Каждый мой день здесь — это маленькая война за право быть собой, а не прислугой. Война с детским недоверием, с ледяным презрением его гламурных знакомых и с неожиданным притяжением, которое возникает между мной и хозяином этого неприступного замка.
—Мадина — скромная девочка из аула, не пугай её. Но и не жалей. Возьми, даже если будет умолять, — читаю я с телефона перевод разговора за дверью.
О да! Мадина — девочка скромная, пугливая. Поэтому на улицу в темноту не пошла. А вот я ни волков, ни темноты не боюсь — я в Москве пробилась и два брака пережила.
Короче, меня украли вместо неё. Ну я им устрою!
— Отец, я буду нежен и уважителен, ведь она будет моей первой женой, моей правой рукой,— продолжаю я читать с телефона.
Если будешь нежен и уважителен, парень, то буду и первой, и последней твоей женой.
Только извини, ты-то будешь третьим моим мужем...
О да! Мадина — девочка скромная, пугливая. Поэтому на улицу в темноту не пошла. А вот я ни волков, ни темноты не боюсь — я в Москве пробилась и два брака пережила.
Короче, меня украли вместо неё. Ну я им устрою!
— Отец, я буду нежен и уважителен, ведь она будет моей первой женой, моей правой рукой,— продолжаю я читать с телефона.
Если будешь нежен и уважителен, парень, то буду и первой, и последней твоей женой.
Только извини, ты-то будешь третьим моим мужем...
Выберите полку для книги