Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «besplatnie»
– Ты?.. – сдавленно шепчу я, не веря своим глазам. Передо мной тот, кого я безответно любила.
Семь лет назад нам сообщили, что друг моего старшего брата погиб в автокатастрофе. И вот он здесь. Живой. Но это уже не тот добрый и весёлый мужчина, которого я знала. Теперь он – опасный и суровый… но кто же он?
– Ты слишком много знаешь. И видела то, что не следовало, – холодно произносит он, одаривая меня мрачным, пронзительным взглядом. – Как думаешь, что я теперь с тобой сделаю?
***
Моя подработка на званом ужине обернулась кошмаром. Я разозлила того, кто не привык к отказам. Увидела то, что не следовало. И встретила... его! Теперь моя жизнь – его собственность. Чтобы выжить, я должна забыть о гордости и принять правила его опасной игры… в которой я – главная ставка.
___________
ХЭ!
Семь лет назад нам сообщили, что друг моего старшего брата погиб в автокатастрофе. И вот он здесь. Живой. Но это уже не тот добрый и весёлый мужчина, которого я знала. Теперь он – опасный и суровый… но кто же он?
– Ты слишком много знаешь. И видела то, что не следовало, – холодно произносит он, одаривая меня мрачным, пронзительным взглядом. – Как думаешь, что я теперь с тобой сделаю?
***
Моя подработка на званом ужине обернулась кошмаром. Я разозлила того, кто не привык к отказам. Увидела то, что не следовало. И встретила... его! Теперь моя жизнь – его собственность. Чтобы выжить, я должна забыть о гордости и принять правила его опасной игры… в которой я – главная ставка.
___________
ХЭ!
Можно ли попасть в ещё более идиотскую ситуацию?
Вероятность встретить близнецов в турецком отеле — где-то на уровне вероятности быть поражённой метеоритом. Два раза подряд.
Я стояла, впиваясь взглядом в этого парня — Марка-не-Марка, боясь моргнуть, словно он мог раствориться в воздухе, если я хоть на секунду потеряю его из виду.
Да, они были похожи. Очень. Но теперь, когда шок начал понемногу отступать, я видела мельчайшие различия.
Взгляд был более дерзкий, оценивающий, без той спокойной глубины, что была у Марка. А ухмылка слишком самодовольная. Марк так не ухмылялся.
Марк... Боже, Марк. Почему он ни словом не обмолвился о брате-близнеце? Это ведь не та вещь, о которой забываешь упомянуть.
«Кстати, у меня есть брат-близнец, мой клон, так что если увидишь меня, но что-то будет не так — это не я».
Примерно так.
А этот... Макс? Он смотрел на меня с нескрываемым любопытством и весельем в глазах.
Я прямо слышала его мысли: «Ох, братец, какую же дичь я тебе сейчас подброшу!
Вероятность встретить близнецов в турецком отеле — где-то на уровне вероятности быть поражённой метеоритом. Два раза подряд.
Я стояла, впиваясь взглядом в этого парня — Марка-не-Марка, боясь моргнуть, словно он мог раствориться в воздухе, если я хоть на секунду потеряю его из виду.
Да, они были похожи. Очень. Но теперь, когда шок начал понемногу отступать, я видела мельчайшие различия.
Взгляд был более дерзкий, оценивающий, без той спокойной глубины, что была у Марка. А ухмылка слишком самодовольная. Марк так не ухмылялся.
Марк... Боже, Марк. Почему он ни словом не обмолвился о брате-близнеце? Это ведь не та вещь, о которой забываешь упомянуть.
«Кстати, у меня есть брат-близнец, мой клон, так что если увидишь меня, но что-то будет не так — это не я».
Примерно так.
А этот... Макс? Он смотрел на меня с нескрываемым любопытством и весельем в глазах.
Я прямо слышала его мысли: «Ох, братец, какую же дичь я тебе сейчас подброшу!
— Через полгода у тебя должен быть муж, иначе мы тебя уволим, — прямо говорит начальник, Роман Петрович. — Ты понимаешь, что арабы первое, что смотрят, — это семейное положение. Хочешь подписывать сделки — найди мужа.
Сначала я не поняла, о чем он говорит. Потом, поняв, что моя работа зависит от семейного положения, нахмурилась. Слегка обида комком подкатила к горлу, и пальцы непроизвольно сжали край моего стула, обитого потрескавшейся от времени искусственной кожей, которая благодаря отличному качеству прослужит очень долго.
— Но это же глупость, — злюсь я на несправедливость этой жизни.
Роман Петрович развел руками, и на его запястье блеснули часы стоимостью с небольшую иномарку. Его лицо выражало не злость, а скорее холодное, деловое сожаление.
— Это их менталитет. Они проверяют своих партнеров, как спецслужбы, и штамп в паспорте говорит им, что с этим человеком стоит иметь дело, — оправдывается руководитель. — Ты пойми, нам нельзя терять таких клиентов. А если они узнают, ч
Сначала я не поняла, о чем он говорит. Потом, поняв, что моя работа зависит от семейного положения, нахмурилась. Слегка обида комком подкатила к горлу, и пальцы непроизвольно сжали край моего стула, обитого потрескавшейся от времени искусственной кожей, которая благодаря отличному качеству прослужит очень долго.
— Но это же глупость, — злюсь я на несправедливость этой жизни.
Роман Петрович развел руками, и на его запястье блеснули часы стоимостью с небольшую иномарку. Его лицо выражало не злость, а скорее холодное, деловое сожаление.
— Это их менталитет. Они проверяют своих партнеров, как спецслужбы, и штамп в паспорте говорит им, что с этим человеком стоит иметь дело, — оправдывается руководитель. — Ты пойми, нам нельзя терять таких клиентов. А если они узнают, ч
Орлов в свои сорок два года уверен: он имеет все, что только может пожелать амбициозный банкир. Когда-то он был уверен, что влюблен, однако избранница оказалась счастлива в браке. Его потребительское отношение к женщинам изменилось, когда ему встретилась красивая, успешная и способная ответить ему столь же дерзко женщина. Поймёт ли он вовремя, что по-настоящему сильное чувство уже поселилось в его сердце?
Александра даже не думала, что в свои тридцать пять останется одинокой. Но, как сказал философ: “То, что нас не убивает - делает нас сильнее”...
Александра даже не думала, что в свои тридцать пять останется одинокой. Но, как сказал философ: “То, что нас не убивает - делает нас сильнее”...
Я судорожно дёргаю на себя ручку. Конечно, заблокировано. Наивно было ожидать иного. Сдавленно выдыхаю.
— Стас... ты больной?
Улыбка — ломаная, жуткая — медленно ползёт по его лицу, искажая идеальные черты.
— А когда я на твоих глазах убил человека, ты этого еще не поняла?
Я вжимаюсь в кожу пассажирского сиденья, до боли зажмуриваясь, изо всех сил стараясь не вспоминать хруст костей и кровь на его брендовых ботинках.
— Зачем... зачем я тебе? — шепчу.
Он даже не поворачивает головы, плавно выжимая газ и выруливая на пустую дорогу.
— Потому что мне скучно, а ты — моя новая любимая вещь. Идеальная кукла, которую мне хочется сломать, — его голос звучит ровно и пугающе обыденно. — Буду играть с тобой, а когда надоест — просто швырну на обочину. Я могу сделать с тобой абсолютно всё и весь мир закроет на это глаза. Ну же, скажи... что ты можешь мне на это возразить?
— Стас... ты больной?
Улыбка — ломаная, жуткая — медленно ползёт по его лицу, искажая идеальные черты.
— А когда я на твоих глазах убил человека, ты этого еще не поняла?
Я вжимаюсь в кожу пассажирского сиденья, до боли зажмуриваясь, изо всех сил стараясь не вспоминать хруст костей и кровь на его брендовых ботинках.
— Зачем... зачем я тебе? — шепчу.
Он даже не поворачивает головы, плавно выжимая газ и выруливая на пустую дорогу.
— Потому что мне скучно, а ты — моя новая любимая вещь. Идеальная кукла, которую мне хочется сломать, — его голос звучит ровно и пугающе обыденно. — Буду играть с тобой, а когда надоест — просто швырну на обочину. Я могу сделать с тобой абсолютно всё и весь мир закроет на это глаза. Ну же, скажи... что ты можешь мне на это возразить?
— Вы всегда так смотрите... — выдохнула я, смущаясь под его обжигающим взглядом.
— Так? — Роман Андреевич наклонился ближе, так близко, что я ощутила тепло его дыхания. — Как будто хочу тебя?
Сердце ухнуло в пятки.
— Перестаньте, — прошептала испуганно.
— Нет, — отрезал он низким тоном. — Я давал тебе шанс убежать и ты им не воспользовалась.
Это лето должно было быть обычным. Отдых, смех с подругой и немного покоя вдали от городской суеты. Но всё изменилось, когда я встретила его.
Он старше.
Мужчина, который привык получать всё, что захочет. А я?
Я просто девчонка, которая влюбилась... Я должна держаться от него подальше, но...
— Так? — Роман Андреевич наклонился ближе, так близко, что я ощутила тепло его дыхания. — Как будто хочу тебя?
Сердце ухнуло в пятки.
— Перестаньте, — прошептала испуганно.
— Нет, — отрезал он низким тоном. — Я давал тебе шанс убежать и ты им не воспользовалась.
Это лето должно было быть обычным. Отдых, смех с подругой и немного покоя вдали от городской суеты. Но всё изменилось, когда я встретила его.
Он старше.
Мужчина, который привык получать всё, что захочет. А я?
Я просто девчонка, которая влюбилась... Я должна держаться от него подальше, но...
Я - Басаев Дамир. Бес. Человек, внутри которого не осталось ничего святого. Я не знаю жалости и сострадания. У меня отобрали все чувства, когда я был еще зеленым пацаном. И чтобы выжить, я давно иссушил свое сердце. Оно давно не бьется...
Сам не понял как оно отозвалось ударом, когда увидел ее... В довольно пикантной сцене... Еще не увидев лица... Внутри сработало — ЗАЩИТИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!!!
Что это?
Какого...?!
История лишь плод моего воображения. Совпадения, случайны. Строго 18+! Осторожно мат!
Сам не понял как оно отозвалось ударом, когда увидел ее... В довольно пикантной сцене... Еще не увидев лица... Внутри сработало — ЗАЩИТИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ!!!
Что это?
Какого...?!
История лишь плод моего воображения. Совпадения, случайны. Строго 18+! Осторожно мат!
— Ты серьёзно?! — голос у меня сорвался.
Он повернулся, и в свете луны его ухмылка стала ещё опаснее. Расстёгнутая рубашка трепыхалась на ветру, открывая мускулистый торс.
— Абсолютно серьёзно, — спокойно ответил он низким голосом. — Верну тебя на берег только если ты меня развлечёшь. Разговором… — он сделал паузу, окидывая меня взглядом с ног до головы, — или как захочешь.
Сбежав со скучной вечеринки, она случайно оказывается на палубе роскошной яхты. Вместо того чтобы прогнать незваную гостью, хозяин отвязывает швартовы и уводит яхту в открытое море. Под звёздами в чёрном море между ними остаётся только анонимность и запретное желание.
🌊горячо и откровенно (строго 18+)
🌊властный мужчина и неунывающая героиня
🌊летняя атмосфера
🌊заслуженный хэппи энд
Он повернулся, и в свете луны его ухмылка стала ещё опаснее. Расстёгнутая рубашка трепыхалась на ветру, открывая мускулистый торс.
— Абсолютно серьёзно, — спокойно ответил он низким голосом. — Верну тебя на берег только если ты меня развлечёшь. Разговором… — он сделал паузу, окидывая меня взглядом с ног до головы, — или как захочешь.
Сбежав со скучной вечеринки, она случайно оказывается на палубе роскошной яхты. Вместо того чтобы прогнать незваную гостью, хозяин отвязывает швартовы и уводит яхту в открытое море. Под звёздами в чёрном море между ними остаётся только анонимность и запретное желание.
🌊горячо и откровенно (строго 18+)
🌊властный мужчина и неунывающая героиня
🌊летняя атмосфера
🌊заслуженный хэппи энд
Я попыталась оттолкнуться, но он перехватил меня за талию одной рукой, притягивая ближе, пока моя спина не уперлась в прохладную плитку бортика бассейна.
- Отстань, - выдохнула я, чувствуя, как его присутствие буквально заполняет собой, пространство вокруг.
Его взгляд прожигал насквозь, а холодная насмешка в голосе заставляла кровь закипать от ярости.
- Отстань, я буду кричать, - прошипела я ему в лицо, пытаясь вывернуться из его хватки.
Назар лишь усмехнулся, он был так близко, что я ощутила его дыхание на своих губах.
- Ну же, Бельская, - прошептал он, не отпуская меня ни на секунду. - Кричи. Посмотрим, кто здесь устанавливает правила. Будет так, как я хочу.
Он, Назар Верховцев. Сын судьи, который посадил моего отца.
Я сломала ему нос, когда он решил, что меня можно купить.
С тех пор между нами только ненависть.
Только вот он давно перестал ненавидеть. Кажется, он мной одержим.
- Отстань, - выдохнула я, чувствуя, как его присутствие буквально заполняет собой, пространство вокруг.
Его взгляд прожигал насквозь, а холодная насмешка в голосе заставляла кровь закипать от ярости.
- Отстань, я буду кричать, - прошипела я ему в лицо, пытаясь вывернуться из его хватки.
Назар лишь усмехнулся, он был так близко, что я ощутила его дыхание на своих губах.
- Ну же, Бельская, - прошептал он, не отпуская меня ни на секунду. - Кричи. Посмотрим, кто здесь устанавливает правила. Будет так, как я хочу.
Он, Назар Верховцев. Сын судьи, который посадил моего отца.
Я сломала ему нос, когда он решил, что меня можно купить.
С тех пор между нами только ненависть.
Только вот он давно перестал ненавидеть. Кажется, он мной одержим.
Саша — успешный дизайнер, любящая мама семилетнего Дани и женщина, которая давно поставила крест на личной жизни. Семь лет назад её мир был разрушен — предательством близких и страшной тайной, которую она похоронила так глубоко, что сама перестала её чувствовать. Теперь её щит — серебряное кольцо с надписью «Спаси и сохрани» и сын, ради которого она дышит.
Когда Даню начинают травить в школе, Саша приводит его на карате. Тренер Вадим — серьёзный, молчаливый, красивый — становится для мальчика тем, кого у него никогда не было. А для Саши — тем, кого она боится больше всего: мужчиной, который смотрит слишком внимательно.
Он не торопит. Не давит. Не требует. Он просто находится рядом — как скала, о которую разбиваются её страхи
Сможет ли женщина, однажды сломанная, позволить себе снова стать живой и любимой?
Когда Даню начинают травить в школе, Саша приводит его на карате. Тренер Вадим — серьёзный, молчаливый, красивый — становится для мальчика тем, кого у него никогда не было. А для Саши — тем, кого она боится больше всего: мужчиной, который смотрит слишком внимательно.
Он не торопит. Не давит. Не требует. Он просто находится рядом — как скала, о которую разбиваются её страхи
Сможет ли женщина, однажды сломанная, позволить себе снова стать живой и любимой?
Подборка книг
Выберите полку для книги