Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»
Правило № 1: никогда не произноси эмоциональных тостов на свадьбе лучшей подруги.
Правило № 2: если проснулась в чужой постели, а твоё бельё висит на люстре — беги.
У Алины аллергия на драму, кактусы, которые она упорно заливает, и стойкая репутация девушки, которой «всегда слишком много». Но чужая свадьба и реки шампанского переворачивают её жизнь с ног на голову. Утро встречает её в чужой роскошной квартире, рядом с идеальным, невыносимо притягательным мужчиной… и абсолютной, звенящей пустотой в памяти.
Сбежать, потеряв туфлю, казалось идеальным планом. Но Марк — не тот человек, который легко отпускает. Успешный архитектор с обезоруживающей усмешкой и привычкой держать всё под контролем, он помнит каждую секунду их сумасшедшей ночи. И он намерен вернуть свою «Золушку» — даже если для этого придётся реконструировать события шаг за шагом.
Правило № 2: если проснулась в чужой постели, а твоё бельё висит на люстре — беги.
У Алины аллергия на драму, кактусы, которые она упорно заливает, и стойкая репутация девушки, которой «всегда слишком много». Но чужая свадьба и реки шампанского переворачивают её жизнь с ног на голову. Утро встречает её в чужой роскошной квартире, рядом с идеальным, невыносимо притягательным мужчиной… и абсолютной, звенящей пустотой в памяти.
Сбежать, потеряв туфлю, казалось идеальным планом. Но Марк — не тот человек, который легко отпускает. Успешный архитектор с обезоруживающей усмешкой и привычкой держать всё под контролем, он помнит каждую секунду их сумасшедшей ночи. И он намерен вернуть свою «Золушку» — даже если для этого придётся реконструировать события шаг за шагом.
Когда полная закомплексованная Леля потеряла надежду встретить настоящую любовь, на горизонте замаячил симпатичный и понимающий Стасик из приложения для знакомств. Но жизнь не могла быть сказкой: Стас оказался женат, хоть и фиктивно. Неуверенной Леле оставалось одно из двух: смириться с ролью любовницы и радоваться редким минутам ласки или сбежать в лесной дом, который достался подруге по наследству, и дать себе время забыть о неудачном романе.
Кто же знал, что в старом доме уже есть весьма необычный жилец...
Кто же знал, что в старом доме уже есть весьма необычный жилец...
Я пришла к гинекологу из-за боли. А ушла с его вопросом: «Вам приятно?» Это был Кирилл — мужчина, с которым моя мать жила два года. Он снял маску и промолчал. Он старше меня на 20 лет. Что будет, если я плюну на все запреты?
Она реставрирует то, что сломано временем.
Он куёт то, что сломано жизнью.
Но кто восстановит их двоих?
Тёмная аллея Нескучного сада. Три грабителя с ножом. И один незнакомец, который врывается в ночь, как стихия, — ломая кости, перехватывая лезвие голой рукой и не задавая лишних вопросов.
Ника — реставратор старинной графики, девушка с зелёными глазами и привычкой верить в лучшее. Глеб — бывший боксёр и кузнец, человек со шрамами на теле и в душе, который давно решил, что не заслуживает нежности. Их встреча — случайность, продиктованная жестокостью города. Но когда Ника приводит раненого незнакомца домой, чтобы обработать его раны, между ними вспыхивает огонь, который невозможно погасить.
Одна ночь перерастает в одержимость. Одержимость — в чувство, от которого некуда бежать. Но прошлое Глеба не отпускает: старые грехи, новые обвинения и призрак бывшего жениха Ники грозят разрушить хрупкое счастье...
Он куёт то, что сломано жизнью.
Но кто восстановит их двоих?
Тёмная аллея Нескучного сада. Три грабителя с ножом. И один незнакомец, который врывается в ночь, как стихия, — ломая кости, перехватывая лезвие голой рукой и не задавая лишних вопросов.
Ника — реставратор старинной графики, девушка с зелёными глазами и привычкой верить в лучшее. Глеб — бывший боксёр и кузнец, человек со шрамами на теле и в душе, который давно решил, что не заслуживает нежности. Их встреча — случайность, продиктованная жестокостью города. Но когда Ника приводит раненого незнакомца домой, чтобы обработать его раны, между ними вспыхивает огонь, который невозможно погасить.
Одна ночь перерастает в одержимость. Одержимость — в чувство, от которого некуда бежать. Но прошлое Глеба не отпускает: старые грехи, новые обвинения и призрак бывшего жениха Ники грозят разрушить хрупкое счастье...
Она пришла в его дом, чтобы спасти чужую жизнь.
Но не подозревала, что в этой битве ей придётся отдать собственное сердце.
Максим Арсеньев потерял всё за одну ледяную секунду: блестящую карьеру архитектора, возможность ходить и отца, в гибели которого винит только себя. Запертый в роскошном особняке на Рублёвке, прикованный к инвалидному креслу, он превратил свою жизнь в добровольную тюрьму, выжигая цинизмом и яростью любого, кто осмелится подойти близко. Четыре сиделки сбежали, не выдержав и недели.
Ева Морозова — медсестра из реанимации, привыкшая вытаскивать людей с того света и никогда не сдаваться. Для неё этот контракт — шанс закрыть долги и спасти память о матери. Но наглухо закрытый, пугающе красивый и надломленный мужчина объявляет ей войну с первой же минуты.
Однако там, где другие видели безнадёжного калеку, Ева видит живой огонь, погребённый под пеплом.
Но не подозревала, что в этой битве ей придётся отдать собственное сердце.
Максим Арсеньев потерял всё за одну ледяную секунду: блестящую карьеру архитектора, возможность ходить и отца, в гибели которого винит только себя. Запертый в роскошном особняке на Рублёвке, прикованный к инвалидному креслу, он превратил свою жизнь в добровольную тюрьму, выжигая цинизмом и яростью любого, кто осмелится подойти близко. Четыре сиделки сбежали, не выдержав и недели.
Ева Морозова — медсестра из реанимации, привыкшая вытаскивать людей с того света и никогда не сдаваться. Для неё этот контракт — шанс закрыть долги и спасти память о матери. Но наглухо закрытый, пугающе красивый и надломленный мужчина объявляет ей войну с первой же минуты.
Однако там, где другие видели безнадёжного калеку, Ева видит живой огонь, погребённый под пеплом.
Мне казалось, он видит меня насквозь: голубые волосы, потрёпанную футболку с идиотской надписью, красные глаза, следы вчерашней вечеринки. Как будто сканировал меня, и в голове загоралось: «Алкоголь — есть. Ответственность — нет. Перспективы — сомнительны».
— Присаживайтесь, Солнцева, — сказал он наконец. — И в следующий раз, когда решите посетить мою пару, будьте добры приходить вовремя или не приходить вовсе. Мне безразлично.
Преподаватель отвернулся к доске, а я медленно и аккуратно села, как будто от резкости зависела моя жизнь.
— Кто это? — прошептала я Кире.
Она смотрела на него с открытым ртом.
— Понятия не имею, — прошептала она. — Но я записалась на все его пары. Все. Даже если они в субботу.
— Заткнись.
— Присаживайтесь, Солнцева, — сказал он наконец. — И в следующий раз, когда решите посетить мою пару, будьте добры приходить вовремя или не приходить вовсе. Мне безразлично.
Преподаватель отвернулся к доске, а я медленно и аккуратно села, как будто от резкости зависела моя жизнь.
— Кто это? — прошептала я Кире.
Она смотрела на него с открытым ртом.
— Понятия не имею, — прошептала она. — Но я записалась на все его пары. Все. Даже если они в субботу.
— Заткнись.
Властный босс, от одного взгляда которого трещит по швам не только дисциплина, и дерзкая подчинённая, способная разнести в щепки его идеальные финансовые схемы. Случайная стычка в лифте, нелепое кофейное пятно на дорогом костюме и подписанный приговор - внезапная командировка в Петербург на двоих. В одном отельном номерe, где правила деловой игры больше не работают, а градус взаимного притяжения сжигает последние барьеры.
- Ты не просто спасла мои миллионов, Маркина, - его голос стал совсем низким, бархатистым, с едва уловимой хрипотцой. - Ты только что подписала себе приговор....
- Ты не просто спасла мои миллионов, Маркина, - его голос стал совсем низким, бархатистым, с едва уловимой хрипотцой. - Ты только что подписала себе приговор....
Что может быть хуже понедельника и утра без кофе? Два новых босса, с которыми у меня счеты еще со школы. Я теперь взрослая, в обиду себя не дам! А вот они… что вообще творится в их головах? Уволюсь, точно уволюсь!
Проды каждый день
Проды каждый день
Прилетев в гости к маме на Кавказ, я меньше всего ожидала, что моим новым братом окажется здоровый шкаф. Наглый горец с бесстыдной улыбкой и руками, от прикосновения которых я теряю рассудок.
Как не поддаться искушению и дожить до конца каникул? И возможно ли это вообще, когда рядом дьявольски притягательный сводный?
Как не поддаться искушению и дожить до конца каникул? И возможно ли это вообще, когда рядом дьявольски притягательный сводный?
Быть красивой не значит счастливой. Меня грязно использовали и предали. И я сказала хватит. Теперь я буду использовать мужчин, как захочу. Без стыда и совести. Наивная девочка уступила место расчётливой стерве.
По моим венам течёт музыкальный ток. Я качаю толпу, управляю атмосферой настроения. Массовая эйфория заряжает меня. А любовь, пусть катиться к черту!
Даже если зелёные глаза сводного брата гипнотизируют меня, а губы доводят до иступления, я не поддамся. И пусть мы горим в ритме нашей страсти - это ещё ничего не значит.
По моим венам течёт музыкальный ток. Я качаю толпу, управляю атмосферой настроения. Массовая эйфория заряжает меня. А любовь, пусть катиться к черту!
Даже если зелёные глаза сводного брата гипнотизируют меня, а губы доводят до иступления, я не поддамся. И пусть мы горим в ритме нашей страсти - это ещё ничего не значит.
Подборка откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги