Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
Её муж — тряпка и бабник. Она терпит его измены и врёт себе, что всё наладится. Но его отец смотрит на неё иначе. Его пальцы задерживаются на её коже дольше, чем нужно. Его голос звучит ниже, когда он произносит её имя.
Он не дал ей уйти. Закрыл дверь на замок. И провёл осмотр, который не имел ничего общего с медициной.
Он не дал ей уйти. Закрыл дверь на замок. И провёл осмотр, который не имел ничего общего с медициной.
— Так, так, так, и кто же попался мне в руки? — слышится скрипучий нечеловеческий голос. Взмах его руки — вижу, как из его руки что-то подлетело, сделало сальто и приземлилось снова в руку. С ужасом до меня доходит: это нож.
В этот момент перестаю дышать. Это он. Я никому не говорила, боялась, что меня сочтут сумасшедшей.
Резко разворачиваюсь и бегу прочь. Черт, черт, черт. Зачем я сюда пошла? Зачем?
Вижу хлипкую потрепанную деревянную дверь, открываю, забегаю в комнату.
Шаги приближаются.
— Мне тоже нравится играть, — слышится нечеловеческий голос за дверью. — Но неужели, детка, ты думаешь, что тебе удастся меня переиграть?
В этот момент перестаю дышать. Это он. Я никому не говорила, боялась, что меня сочтут сумасшедшей.
Резко разворачиваюсь и бегу прочь. Черт, черт, черт. Зачем я сюда пошла? Зачем?
Вижу хлипкую потрепанную деревянную дверь, открываю, забегаю в комнату.
Шаги приближаются.
— Мне тоже нравится играть, — слышится нечеловеческий голос за дверью. — Но неужели, детка, ты думаешь, что тебе удастся меня переиграть?
Нас растили в жестких условиях, никаких поблажек. Он ехал за автобусом, специально проверяя, где она выйдет, — следил, как охотник за своей жертвой. В крови появился азарт: вот что ему нужно. Он уже три недели без задания.
Она прошла два дома, заходящих один за другой, и исчезла в подворотне. Он возбуждённо дышал, провожая её взглядом: вот что ему нужно — охота. Так его научили: выслеживать, охотиться. Ничего, маленькая мышка, ты даже не знаешь, что уже зашла в лабиринт и дверь захлопнулась. Только потому, что ты не знала, кем он был на самом деле.
Камелия видела, что он следит, в отражении зеркала автобуса. Она идеально держала лицо, не выдавая того, что тоже следит за ним. Девушка вышла из автобуса и последовала между домами, она слышала звук его двигателя — держится на расстоянии. В подворотню он не последовал, но это уже не важно. Эх, 9-35, если бы ты только знал, кто она, ты бы никогда не стал открывать дверь и соваться в лабиринт, как маленький мышонок
Она прошла два дома, заходящих один за другой, и исчезла в подворотне. Он возбуждённо дышал, провожая её взглядом: вот что ему нужно — охота. Так его научили: выслеживать, охотиться. Ничего, маленькая мышка, ты даже не знаешь, что уже зашла в лабиринт и дверь захлопнулась. Только потому, что ты не знала, кем он был на самом деле.
Камелия видела, что он следит, в отражении зеркала автобуса. Она идеально держала лицо, не выдавая того, что тоже следит за ним. Девушка вышла из автобуса и последовала между домами, она слышала звук его двигателя — держится на расстоянии. В подворотню он не последовал, но это уже не важно. Эх, 9-35, если бы ты только знал, кто она, ты бы никогда не стал открывать дверь и соваться в лабиринт, как маленький мышонок
Её сердце замёрзло. Её брак — удобная сделка. В её жизни нет места страсти.
Пока в гости не входит свёкор. Грубый, опасный, с глазами, которые видят насквозь.
Он не говорит о любви. Он заставляет чувствовать.
И впервые за много лет она хочет сгореть.
Пока в гости не входит свёкор. Грубый, опасный, с глазами, которые видят насквозь.
Он не говорит о любви. Он заставляет чувствовать.
И впервые за много лет она хочет сгореть.
— Я хочу, чтобы именно ты стала моей любовницей, Ася! Именно ты! Ты меня слышишь?!
Я слышала. Слышала каждое отравленное слово. И что-то во мне треснуло, разлетелось на тысячу осколков.
— Но вы же женаты! — закричала я, закрывая лицо ладонями.
— Тебя это не касается, — произнёс он ледяным тоном. — Либо да, либо нет. Но знай: отказ может быть куда более губителен для тебя, чем согласие.
Мой босс настоящий красавчик, Аполлон в дорогом костюме, и он без капли стеснения просит меня стать его любовницей. Смотрит в упор своим фирменным взглядом, от которого у любой нормальной женщины подкашиваются колени.
Но я не нормальная женщина. Мне двадцать четыре, и у меня никогда не было парня. Вообще. Какая из меня любовница?
Но он ждёт ответа. А я стою и понимаю кажется, я уже знаю, что скажу. И это пугает меня больше всего.
Я слышала. Слышала каждое отравленное слово. И что-то во мне треснуло, разлетелось на тысячу осколков.
— Но вы же женаты! — закричала я, закрывая лицо ладонями.
— Тебя это не касается, — произнёс он ледяным тоном. — Либо да, либо нет. Но знай: отказ может быть куда более губителен для тебя, чем согласие.
Мой босс настоящий красавчик, Аполлон в дорогом костюме, и он без капли стеснения просит меня стать его любовницей. Смотрит в упор своим фирменным взглядом, от которого у любой нормальной женщины подкашиваются колени.
Но я не нормальная женщина. Мне двадцать четыре, и у меня никогда не было парня. Вообще. Какая из меня любовница?
Но он ждёт ответа. А я стою и понимаю кажется, я уже знаю, что скажу. И это пугает меня больше всего.
Жизнь Наташи казалась идеальной: гражданский брак, семья, уютный дом, планы на будущее. Но всё рушится в один момент, когда в её жизни вновь появляется человек из прошлого, чьи чувства, похоже, не угасли за годы разлуки. Ей приходится встать перед непростым выбором. Что выбрать привычку или любовь?
***
— Это мои дети и моя жена!
— Что‑то я штампа в её паспорте не видел! — отвечает Морозов. Голос его звучит угрожающе. — Поэтому я со стопроцентной уверенностью заявляю, что дети мои, а Наташа скоро станет моей женой!
Вокруг раздаются крики женщин, кто‑то призывает успокоиться, кто‑то грозится вызвать полицию. Я бросаю пелёнки и, не думая, срываюсь с места.
***
— Это мои дети и моя жена!
— Что‑то я штампа в её паспорте не видел! — отвечает Морозов. Голос его звучит угрожающе. — Поэтому я со стопроцентной уверенностью заявляю, что дети мои, а Наташа скоро станет моей женой!
Вокруг раздаются крики женщин, кто‑то призывает успокоиться, кто‑то грозится вызвать полицию. Я бросаю пелёнки и, не думая, срываюсь с места.
Долгожданное место в элитной больнице. Белый халат, стерильные перчатки и взгляд, полный профессионального интереса. Но интерес заведующего отделением, гениального хирурга, ко мне совсем не профессиональный.
В первый же день он дает понять: его власть безгранична. Ему мало моего таланта ассистентки. Он хочет мое тело. И он привык получать всё, что пожелает. Сможет ли скромный врач отказать хищнику, или постель заведующего станет продолжением рабочей смены?
В первый же день он дает понять: его власть безгранична. Ему мало моего таланта ассистентки. Он хочет мое тело. И он привык получать всё, что пожелает. Сможет ли скромный врач отказать хищнику, или постель заведующего станет продолжением рабочей смены?
Мой муж — слабак и лжец. Я терпела его измены и делала вид, что всё в порядке. Но его отец и его друг смотрели на меня иначе. Они переглядывались за моей спиной. Они ждали.
А потом они закрыли дверь на замок и провели урок.
Они думали, что получат игрушку. Они не знали, с кем связались.
А потом они закрыли дверь на замок и провели урок.
Они думали, что получат игрушку. Они не знали, с кем связались.
Мне 40 лет, ему 29! Наша юридическая компания заключила договор с его медицинским центром. И вот однажды я пришла на прием, где меня ждал он. Случайная связь стала началом порочных приключений.
Я пытаюсь разобраться в наших отношениях, а тут еще бывший муж хочет вернуться и босс не дает проходу, а пассия мужа шантажирует меня, угрожая испортить жизнь!
Я пытаюсь разобраться в наших отношениях, а тут еще бывший муж хочет вернуться и босс не дает проходу, а пассия мужа шантажирует меня, угрожая испортить жизнь!
«Мы делим всё. Игрушки, деньги, бизнес. И женщин, которых любим».
Вера оказывается в золотой клетке загородного особняка — между двумя мужчинами, которые смотрят на неё с двух сторон кровати. У неё нет денег, чтобы заплатить штраф по брачному договору. Нет друзей — их купили. Нет даже права на звонок матери — телефон прослушивается.
Она пленница. Игрушка. Собственность.
Вера оказывается в золотой клетке загородного особняка — между двумя мужчинами, которые смотрят на неё с двух сторон кровати. У неё нет денег, чтобы заплатить штраф по брачному договору. Нет друзей — их купили. Нет даже права на звонок матери — телефон прослушивается.
Она пленница. Игрушка. Собственность.
Подборка самой откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги