Короткие любовные рассказы ТОП лучших книг
Я падаю на колени посреди этой шикарной, проклятой квартиры и наконец разрешаю себе завыть.
Громко. Грубо. По-звериному.
Потому что это не просто измена.
Это предательство всех тех ночей, когда он держал меня, пока я плакала по родителям.
Это плевок в те утра, когда я просыпалась первой, чтобы приготовить его любимый завтрак.
Это насмешка над тем, как я верила, что мы другие.
Что наша любовь – это не про деньги. Не про статус.
Что она настоящая.
Слезы текут по моему лицу, падают на мраморный пол.
Детектив показал Яне видео, на котором ее муж с роскошной блондинкой провел ночь в отеле. Она отказывалась верить, но персонал отеля все подтвердил.
Измена разбила их брак. Но настоящий предатель ждал в тени, с ножом за спиной.
Громко. Грубо. По-звериному.
Потому что это не просто измена.
Это предательство всех тех ночей, когда он держал меня, пока я плакала по родителям.
Это плевок в те утра, когда я просыпалась первой, чтобы приготовить его любимый завтрак.
Это насмешка над тем, как я верила, что мы другие.
Что наша любовь – это не про деньги. Не про статус.
Что она настоящая.
Слезы текут по моему лицу, падают на мраморный пол.
Детектив показал Яне видео, на котором ее муж с роскошной блондинкой провел ночь в отеле. Она отказывалась верить, но персонал отеля все подтвердил.
Измена разбила их брак. Но настоящий предатель ждал в тени, с ножом за спиной.
– Это мой дом, Кира, и я никуда не уйду! А ты… Посиди пока здесь и подумай! Я не хочу развода, и ты меня устраиваешь в качестве жены, но если будешь артачиться, я заберу всё! Всё, Кира! Детей тоже! Поняла? – он с силой сдавил мои плечи и смотрел на меня с такой дикой яростью, что мне стало по-настоящему страшно.
– Не смей меня пугать! Никогда больше я не позволю тебе ко мне прикоснуться! И детей ты не получишь! Мерзавец! – выкрикнула я и, вырвавшись, с размаху влепила Гене по лицу.
Влепила и тут же пожалела о своей горячности, видела же, что он зол, но сдержаться не смогла. Глаза Гены налились кровью, он прикоснулся пальцами к пылающей щеке и так недобро улыбнулся, что у меня задрожали коленки.
– Не позволишь? – прорычал он. – Да кто тебя будет спрашивать! Ты за все годы так и не поняла, что я своего не отдаю? А ты – моя, Кира! Всегда была и перестанешь быть, когда умрёшь!
– Не смей меня пугать! Никогда больше я не позволю тебе ко мне прикоснуться! И детей ты не получишь! Мерзавец! – выкрикнула я и, вырвавшись, с размаху влепила Гене по лицу.
Влепила и тут же пожалела о своей горячности, видела же, что он зол, но сдержаться не смогла. Глаза Гены налились кровью, он прикоснулся пальцами к пылающей щеке и так недобро улыбнулся, что у меня задрожали коленки.
– Не позволишь? – прорычал он. – Да кто тебя будет спрашивать! Ты за все годы так и не поняла, что я своего не отдаю? А ты – моя, Кира! Всегда была и перестанешь быть, когда умрёшь!
Этого человека я хотела забыть навсегда – Тимофей Круглов. Наше знакомство состоялось в студенческие времена. Наивная первокурсница с учебником литературы в руках попала под очарование яркой звезды нашего факультета, будущего выпускника с блестящей репутацией среди преподавателей и огромным интересом среди студенток. Феноменально красивые голубые глаза, мужественная внешность, притягательная аура делали его предметом завистливых взглядов большинства сверстниц. А он обратил внимание на меня, невзрачную провинциалку – «серую мышку».
Маргарита: могла ли подумать я, простая студентка, что за один день в Провансе моя жизнь так круто перевернётся с ног на голову. Я опоздала на самолет и провела целый день с очаровательным незнакомцем. Как же горячи были его объятия, я просто утонула в них, я таяла от его поцелуев. А потом встретилась с его невестой….
Матвей: этот день полностью изменил мою жизнь и все мои ценности. Я готов всё отдать, лишь бы хоть на мгновение его вернуть. Эта девушка свела меня с ума, забралась в сердце и душу. Я попытался ее разыскать, но все безуспешно, она просто исчезла….
Череда случайных событий и ошибок изменит жизнь обоих. Один день соединит их и разлучит, чтобы они встретились вновь через год. Он – властный начальник, она его помощница, скрывающая от него самую главную тайну в ее жизни… маленьких двойняшек.
Матвей: этот день полностью изменил мою жизнь и все мои ценности. Я готов всё отдать, лишь бы хоть на мгновение его вернуть. Эта девушка свела меня с ума, забралась в сердце и душу. Я попытался ее разыскать, но все безуспешно, она просто исчезла….
Череда случайных событий и ошибок изменит жизнь обоих. Один день соединит их и разлучит, чтобы они встретились вновь через год. Он – властный начальник, она его помощница, скрывающая от него самую главную тайну в ее жизни… маленьких двойняшек.
— Вы злой! — заявила девчонка. — Как собака, которая гавкает за забором!
Я просто охренел! Так меня еще никто не называл.
— Я не собака! — рявкнул я, чувствуя, как внутри всё закипает.
— Тогда не надо рычать! — крикнула она, топнув ногой.
— Варя! Ты что такое говоришь? Так нельзя, это грубо, — Мария взяла девочку за руку и пыталась спрятать ее за собой. — Ну-ка извинись быстро перед Богданом Игоревичем, ты же хорошая девочка, а грубишь как невоспитанная.
— Но он сам первый начал! — возразила девочка.
— Знаете что, Мария?— процедил сквозь зубы. — Я не обязан терпеть хаос в собственном доме. Особенно когда меня не предупреждают, что вместо одного дизайнера ко мне переезжает целая детская площадка!
Я мама-одиночка и начинающий дизайнер. Не теряю оптимизма даже если у меня в квартире потоп и негде жить. Получив шикарный шанс заработать оформлением интерьера для успешного бизнесмена Богдана Вольского, я и представить не могла, что это изменит мою жизнь навсегда.
Я просто охренел! Так меня еще никто не называл.
— Я не собака! — рявкнул я, чувствуя, как внутри всё закипает.
— Тогда не надо рычать! — крикнула она, топнув ногой.
— Варя! Ты что такое говоришь? Так нельзя, это грубо, — Мария взяла девочку за руку и пыталась спрятать ее за собой. — Ну-ка извинись быстро перед Богданом Игоревичем, ты же хорошая девочка, а грубишь как невоспитанная.
— Но он сам первый начал! — возразила девочка.
— Знаете что, Мария?— процедил сквозь зубы. — Я не обязан терпеть хаос в собственном доме. Особенно когда меня не предупреждают, что вместо одного дизайнера ко мне переезжает целая детская площадка!
Я мама-одиночка и начинающий дизайнер. Не теряю оптимизма даже если у меня в квартире потоп и негде жить. Получив шикарный шанс заработать оформлением интерьера для успешного бизнесмена Богдана Вольского, я и представить не могла, что это изменит мою жизнь навсегда.
Тринадцать лет назад одна ночь изменила их жизни: Тагир получил карьерное повышение, а Кира потеряла всё, что тогда для неё имело значение. Она ушла, чтобы начать с нуля и доказать, что её успех зависит только от неё самой. Теперь судьба снова сводит их в громком бракоразводном процессе, где на кону стоят миллионы, репутации и их собственное прошлое.
— Готовы проиграть, Кира Викторовна? — его голос звучит слишком мягко, чтобы быть дружелюбным.
— Проиграть вам? — уточняю холодно, скрестив руки на груди. — Единственный раз, когда вы выигрываете, Тагир Эльдарович, — это в споре с зеркалом.
— А вы, я смотрю, тренируетесь на мне, — он наклоняется чуть ближе, его глаза сверкают уверенной дерзостью. — Уж слишком хороший спарринг-партнер.
— Жаль, я не могу сказать то же самое, — улыбаюсь, не отводя взгляда.
Когда закон становится оружием, чувства могут стать слабостью. Или самой опасной из стратегий.
— Готовы проиграть, Кира Викторовна? — его голос звучит слишком мягко, чтобы быть дружелюбным.
— Проиграть вам? — уточняю холодно, скрестив руки на груди. — Единственный раз, когда вы выигрываете, Тагир Эльдарович, — это в споре с зеркалом.
— А вы, я смотрю, тренируетесь на мне, — он наклоняется чуть ближе, его глаза сверкают уверенной дерзостью. — Уж слишком хороший спарринг-партнер.
— Жаль, я не могу сказать то же самое, — улыбаюсь, не отводя взгляда.
Когда закон становится оружием, чувства могут стать слабостью. Или самой опасной из стратегий.
– Ты давно с ней спишь?
- Я не понимаю о чем ты, Руся! – попытался извернуться Павел, хмурясь и сморщивая нос.
– А что здесь не понятного? – уточнила я. Последний бокал все же был лишним. Язык начал с трудом шевелиться и путаться. – Я задала простой вопрос – ты давно спишь с моей лучшей подругой? Ой, – икнула я и продолжила говорить, – То есть, уже с бывшей лучшей подругой!
Павел был зажат в тупик. Он рыскал глазами по столу и боялся поднять их на меня! Свои бесстыжие глаза. Его рука подтянулась к шее и расстегнула несколько верхних пуговиц. Расстегнул рукава на рубашке и словно в смирительном жесте, сложил ладони вместе, опустив на них свой взгляд.
– Мы с Ариной всего несколько раз переспали… – тихо и смирно начал супруг. Его голос ломался. Он глотал слюну и сбивался. Было очевидно – ему стыдно! – Это ошибка, Руся! Я люблю только тебя!
Мне бы рассмеяться, но было почему –то не смешно!
- Я не понимаю о чем ты, Руся! – попытался извернуться Павел, хмурясь и сморщивая нос.
– А что здесь не понятного? – уточнила я. Последний бокал все же был лишним. Язык начал с трудом шевелиться и путаться. – Я задала простой вопрос – ты давно спишь с моей лучшей подругой? Ой, – икнула я и продолжила говорить, – То есть, уже с бывшей лучшей подругой!
Павел был зажат в тупик. Он рыскал глазами по столу и боялся поднять их на меня! Свои бесстыжие глаза. Его рука подтянулась к шее и расстегнула несколько верхних пуговиц. Расстегнул рукава на рубашке и словно в смирительном жесте, сложил ладони вместе, опустив на них свой взгляд.
– Мы с Ариной всего несколько раз переспали… – тихо и смирно начал супруг. Его голос ломался. Он глотал слюну и сбивался. Было очевидно – ему стыдно! – Это ошибка, Руся! Я люблю только тебя!
Мне бы рассмеяться, но было почему –то не смешно!
Из ванны слышен женский голос. Соседский.
Хорошо, что не пришла раньше, иначе застала бы самый разгар их продуктивного общения. Муж недоуменно вытаращился. Казалось, его глаза выпрыгнут:
- Лена... а как... ты же на смене. Была.
В этот момент дверь в ванную открылась и оттуда выпорхнула соседка. Тоже в полотенце.
Хорошо, что не пришла раньше, иначе застала бы самый разгар их продуктивного общения. Муж недоуменно вытаращился. Казалось, его глаза выпрыгнут:
- Лена... а как... ты же на смене. Была.
В этот момент дверь в ванную открылась и оттуда выпорхнула соседка. Тоже в полотенце.
— Кирилл, — тихо говорю я, почти не узнавая свой голос. — Ты не узнаешь меня, да?
Он замирает. Поворачивает голову. Его глаза на миг встречаются с моими — в них проблеск чего-то… воспоминания? Узнавания? Или просто злости?
Но в следующий момент всё рушится. Он рывком подходит ко мне, хватает за запястья и толкает спиной к стене. Его дыхание обжигает.
— Четвёртый раз, — шипит он. — Ты с ума сошла, Даша?
— Да, — шепчу я в ответ, чувствуя, как во мне вспыхивает огонь. — Из-за тебя.
______________
Он – горячий, чертовски сексуальный, и абсолютно неприступный пожарный. Моя первая любовь. Я люблю его со школы, где была для него лишь тенью. Но я изменилась, и теперь ему не устоять передо мной!
Он замирает. Поворачивает голову. Его глаза на миг встречаются с моими — в них проблеск чего-то… воспоминания? Узнавания? Или просто злости?
Но в следующий момент всё рушится. Он рывком подходит ко мне, хватает за запястья и толкает спиной к стене. Его дыхание обжигает.
— Четвёртый раз, — шипит он. — Ты с ума сошла, Даша?
— Да, — шепчу я в ответ, чувствуя, как во мне вспыхивает огонь. — Из-за тебя.
______________
Он – горячий, чертовски сексуальный, и абсолютно неприступный пожарный. Моя первая любовь. Я люблю его со школы, где была для него лишь тенью. Но я изменилась, и теперь ему не устоять передо мной!
Женя отличница и карьеристка. Она мечтает написать отличную курсовую, используя рукопись маньяка прошлых лет. Книга начинает сводить её с ума. А молодой художник жаждет написать её портрет кровью.
Выберите полку для книги