Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena»

Я сидела в сторонке и смотрела на мужа. Слава сидел в том же кафе, где прошлой зимой нравоучал нашего сына не баловаться и сесть наконец прямо, чтобы ничего не разбить. А сейчас он с искренним интересом ждал здесь другую женщину, анонимную, незнакомую, которая в его голове, кажется, уже давно существовала. И это было хуже всего.
Я встала и пошла к нему.
Сначала он увидел только мою фигуру, потом поднял на меня глаза. На его лице мелькнуло что-то смешное и жалкое одновременно: глаза округлились от недоумения, тогда как на лице уже застыла отрепетированная широкая улыбка, адресованная явно не мне, а той, на свидание с которой он явился.
- Лиз... Ты?
Я села напротив, не спрашивая.
- А ты ждал кого-то другого?
Слава оглянулся по сторонам, будто искал выход. Но выхода уже не было. По плану дальше был только скандал.

На нашей кровати, на льняных простынях цвета слоновой кости, которые я выбирала с такой любовью, сидел Виктор, а на нем – молодая женщина. Ей было не больше двадцати пяти. Яркая, дерзкая, с копной рыжевато-каштановых волос, разметавшихся по плечам.
Вероника – я сразу поняла, кто это. Девушка из его проекта, которую однажды видела вскользь. Она была обнажена по пояс, юбка задрана, а его руки все еще лежали на ее талии.
– Что… – вырвалось у меня хрипло, почти беззвучно.
Виктор резко повернул голову. Его лицо – лицо человека, которого я знала лучше, чем саму себя, – исказилось от ужаса и растерянности. Вероника же, напротив, не спешила прикрываться. Она медленно повернулась ко мне, и в ее глазах вспыхнул вызов.
– Марта?! – Виктор подскочил, хватая рядом рубашку. – Ты… ты же должна была быть на встрече до восьми!

- Она... - я не могу договорить.
- Да, она, - подтверждает Андрей, и в его голосе слышится почти торжество. - Она единственная, кто понимал меня по-настоящему. Пока ты игралась в идеальную семью, мы с ней создали свою.
Я смотрю на него и вижу монстра. Человека, который методично, год за годом, обманывал меня, используя мою доверчивость как инструмент для своего удовольствия.
- Ты... ты не можешь просто так это сказать, - шепчу я. - Дети... Саша, Маша... Как ты мог?
Андрей снова меняет выражение лица. Теперь в его глазах горит жесткий, расчетливый огонь.
- Дети останутся со мной, Кристина, - говорит он тихо и четко. - И дом тоже.
Я всхлипываю, не веря своим ушам.
- Что? Ты бредишь? Этот дом... всё имущество...
- Всё имущество оформлено на мои компании или на имя доверенных лиц, - прерывает он меня. - Ты была слишком доверчива, когда подписывала бумаги три года назад. Помнишь? Ты даже не читала их, просто доверилась своему «идеальному» мужу. Теперь ты юридически никто в этом

– Дочка, ну ты никогда не была красавицей и умом особо не отличалась. Откуда у тебя такие запросы?
Мама сидела на кухне, помешивая чай, и даже не повернулась ко мне. Ложка звенела о стенки кружки, и этот звук раздражал сильнее, чем ее слова.
– Запросы, мама? Какие еще запросы? – переспросила я, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Я хочу, чтобы муж мне не изменял!
– Все изменяют, не делай из этого трагедию. – Она наконец отпила глоток и поморщилась – чай, видимо, остыл. – Не ты первая, не ты последняя. Не бьет, не пьет – и то хорошо.

Тогда я еще не знала, что именно моя мама "положила глаз" на моего мужа.
Ну, ничего, держитесь, родные, я вам отомщу!

На открытии стеклянного павильона, который Инга создавала почти два года, её муж Герман выводит на сцену молодую любовницу — и объявляет её автором чужого проекта. А затем вручает Инге соглашение о разводе и отказ от прав на все работы за двадцать пять лет брака.

В сорок девять она остаётся без дома, должности и фамилии, под которой её знал город. Но у Инги есть старые эскизы, девятилучевая звезда на восемнадцати объектах и шанс впервые подписать собственную работу.

Пока бывший муж стирает доказательства, дочь не знает, кому верить, а новый деловой партнёр предлагает опасно близкое доверие, Инге придётся решить: бороться за прошлое или построить жизнь, в которой никто больше не говорит от её имени.

Не стоит давать шанс изменникам. В этом убедилась Александра. Когда-то она под напором обстоятельств дала второй шанс для их брака с Максимом, и вот спустя три года они наступили на те же самые грабли.
Только в этот раз Саша не станет прощать. В этот раз она сделает так, как выгодно ей, и заберет то, что принадлежит ей по праву.

Ещё вчера я была абсолютно уверена, что мы с мужем любим друг друга. Но, как говорят: “Никогда не говори никогда”.
- Её зовут Жанна. Ей двадцать шесть, - зачем-то добавил он, словно это всё объясняло. - Она преподает йогу.
“Йогу?!” - Честное слово, в этот момент мне захотелось рассмеяться. - “Да ты же рукой до пальцев на ноге не можешь достать!”

В день пятнадцатилетия клиники «Атриум» Ярина узнаёт, что муж уже вычеркнул её из своей жизни.

На стене истории нет ни одной её фотографии. Место руководителя занимает молодая любовница Рената. А в отдельной папке лежат документы о разводе и соглашение, по которому Ярина должна отказаться от любых претензий на клинику.

Но самое страшное открывается позже: согласно официальным бумагам, семь лет назад она добровольно передала мужу свою долю. Подпись действительно принадлежит Ярине. Только документ она никогда не видела.

Теперь ей предстоит выбрать: уйти с деньгами и сохранить молчание или вступить в борьбу с человеком, которому она доверяла двадцать семь лет. На кону не только её имя и собственность, но и будущее сотрудников, сотни людей, связанных с «Атриумом», и отношения со взрослой дочерью, которая не знает, кому из родителей верить.

Рядом оказывается Тихон Вересов — человек, привыкший проверять каждое слово и не спешащий становиться её спасителем.

В сорок два года я узнала сразу две новости: у мужа другая женщина, а наш семейный ресторан почти разорен. Олег ушел открывать новое заведение, оставив мне пустой счет, просроченный кредит, долги поставщикам и пять оплаченных банкетов, которые нельзя отменить без потери репутации.

Теперь мне предстоит сохранить «Берег», работу девяти сотрудников и доказать, что деньги компании ушли на чужой бизнес. Единственный поставщик, готовый дать мне время, — Станислав Ракитин. Он слишком принципиален, чтобы закрыть глаза на долг, и слишком честен, чтобы решать за меня.

Я больше не стану платить за чужой выбор — ни деньгами, ни собственной жизнью. Но смогу ли я после предательства поверить мужчине, который предлагает не спасение, а равное партнерство?

Мой взгляд падает на фото.
На снимке – мужчина и женщина. Она молода, смеется, прижимая к себе Артема. А рядом...
Андрей.
Мой Андрей. Мужчина, который каждое утро целует меня в висок, когда я собираю завтрак сыну. Человек, который десять минут назад отправил мне сообщение: «Буду поздно, совещание по безопасности в северном филиале. Целую».
– А папа у меня самый сильный! – звонко объявляет Артем, заглядывая мне в глаза. – Он работает в большой компании, в безопасности. Обещал прийти ко мне на праздник!
Я медленно перевожу взгляд с мальчика на фотографию. Около семи лет.
Математика проста и беспощадна. Пока я учила нашего сына читать, пока я выстраивала тот самый «безопасный тыл», о котором Андрей так часто говорил, он построил еще один тыл. Параллельно. В другом доме. С другим ребенком.