Книги в жанре «Женский роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

– Я дома, – говорит он из коридора.
Полковник Корнеев вернулся из командировки. Саратов, неделя, совещание в штабе.
Из ванной доносится шум воды, и я стою над его сумкой и делаю то, что делала сотни раз: разбираю вещи.
Бритвенный набор. Зарядка. Грязные носки – свёрнуты комком, как обычно. Запасной ремень. Футболка для сна. И на дне – скомканная белая рубашка.
Я вытаскиваю её, чтобы бросить в стирку, и замираю.
Запах. Он бьёт в нос мгновенно – сладкий, приторный, удушливый. Чужие духи. Тяжёлые, пряные, с мускусной нотой. Эти духи кричат. Они воняют, если честно.
Я подношу рубашку ближе к свету и вижу.
На воротнике – след. Яркий, красный, жирный, отчётливый. Губная помада. Красная, густо-красная, цвета пожарной машины.
У меня нет красной помады. Я вообще редко крашу губы – Андрей говорит, что «размалёванных женщин» не уважает. Ирония, думаю я, глядя на этот алый след. Какая чудовищная, великолепная ирония.
Муж променял меня на 120 кг обаяния и вкусный борщ

– Это ты на фотографиях?
Артём смотрит прямо.
– Да. Я не прошу прощения. Предлагаю забыть и жить дальше.
Пытаюсь уйти, муж хватает за запястье.
– Ты никуда не пойдёшь. Ты моя жена.
– Отпусти, или закричу!
– Кричи. Здесь никого нет.

Неизвестный отправитель. Одна фотография. И муж, который не просит прощения за измену. Но почему он так спокоен? Почему не отпускает? И главное, кто прислал это фото и зачем?

Я думала, у нас семья. Любовь. Будущее. Пока в один вечер не узнала, что у моего мужа давно другая жизнь… и другая женщина.
Он предал меня. Унизил. Разбил всё, во что я верила.

Когда боль становится невыносимой, остаётся только одно — уйти. Не оглядываясь. Не слушая лживых оправданий. Не веря, что предатель способен измениться.

Я начала жизнь заново. Без него. Без прошлого. Без права на слабость.
И именно тогда рядом появился мужчина, рядом с которым я впервые почувствовала себя не удобной, не запасной, не сломанной — а желанной. Сильной. Настоящей.

Вот только бывший муж вдруг решил, что не готов меня отпустить.
Слишком поздно он понял, кого потерял.
Слишком поздно захотел вернуть ту, которую сам уничтожил.

Но есть чувства, которые можно воскресить.
И есть предательство, после которого остаётся только сказать:

Не прощу. Не вернусь. Не твоя.

Он думал, что она никуда не денется.
Тихая, нежная, удобная — его жена, его слабость, его птичка.

Алина слишком долго жила рядом с мужчиной, который умел приказывать, но не умел беречь. Генерал Михаил Громов привык, что она всё простит: холод, боль, унижение… даже предательство.

Но однажды птичка улетела.

Развод стал для Алины не концом, а началом новой жизни. Теперь она больше не та женщина, что молча ждала его по вечерам и собирала по кусочкам разбитое сердце. Теперь рядом с ней появляется мужчина, который смотрит с теплом, а не с властью.

Вот только генерал не привык проигрывать.

Когда Михаил понимает, что потерял не просто жену, а единственную женщину, которую любил, становится слишком поздно. Или всё-таки нет?

Он хочет вернуть её.
Она больше не хочет жить в клетке.
Но что сильнее: старая боль… или любовь, которая так и не умерла?

Развод. Бывшие. Властный герой. Очень эмоционально. Ревность. Предательство. Сильная героиня. ХЭ.

— Вы приманиваете чужих детей сахаром? — его голос звучит холодно и брезгливо. Я стою посреди собственной кухни с мукой на щеке, а под моим столом прячется шестилетняя девочка, намертво вцепившаяся в недоеденный эклер. — Идеальный способ испортить ребенку здоровье
Я — Аня, владелица маленькой домашней кондитерской. Обожаю свою работу, уют и свои пышные формы.
Он — Максим, мой новый сосед сверху. Ледяной сухарь и отец-одиночка, у которого вся жизнь расписана по таблицам калорийности.
Мы бы точно поубивали друг друга, если бы в первый же день он не залил мою квартиру, уничтожив огромный заказ. Теперь он должен мне ремонт, а его дочь, доводящая до слез всех нянь, решила, что жить не может без моих сырников и сказок на ночь.
Максим уверен, что сможет контролировать все, включая собственное сердце. Но мы-то знаем: мужчина, отказавшийся от сладкого, однажды обязательно сорвется. И сдастся первым!

Я перелистываю страницы, почти не глядя. Мысли не здесь. Я думаю о том, как позвоню маме. Как расскажу подругам. Как мы будем обсуждать детей – двое или трое, сначала девочка или мальчик. Я уже знаю имена. Давно придумала.
Телефон вибрирует. Я вздрагиваю.
Читаю сообщение.
«Вера привет. Слушай, тут такое дело... Я случайно видела твоего Игоря. Не хочу лезть, но мне кажется ты должна знать. Он вчера ужинал в кабаке с какой–то девицей. Они сидели в углу и он её целовал. Я бы на твоем месте проверила своего кобелину».

Когда я узнала об измене мужа, мне казалось, что больнее уже не будет. Ошиблась. Потому что он не просто предал меня — он хладнокровно вышвырнул меня из своей жизни, уверенный, что я сломаюсь, подпишу развод и останусь ни с чем.
Он всегда считал меня удобной. Тихой. Слабой. Своей.
Но в день, когда бывший решил добить меня окончательно, рядом оказался мужчина, которого боятся даже такие, как он.
Генерал.
Холодный. Опасный. Сильный.
Тот, кому мой бывший никогда не рискнул бы перейти дорогу.
Теперь я — женщина, которую он пытается вернуть.
Женщина, которую генерал не собирается отдавать.
И чем яростнее бывший рвется назад в мою жизнь, тем яснее становится: развод был не концом.
Он стал моей точкой невозврата.
Моей местью.
Моим возрождением.
И его самой большой ошибкой.

Нажимаю на звонок.
- Открой, это доставка! - звучит голос Иры.
Не одна? С подругой?
Щелчок – и шок. В дверях стоит мой отец. Рубашка расстёгнута, волосы взъерошены.
- Хорошо, что без задержки, - Ирина появляется в наспех запахнутом халатике, придерживая полы руками.
Глаза отца расширяются.
- Сын…
Смотрю на них: отец, моя девушка, следы поцелуев на шее.
- Как долго? – голос словно чужой.
- Денис, я объясню, - отец делает шаг ко мне.
- Не подходи, - отступаю. – Как долго, я спросил?
- Это совсем не то, - встревает Ирина.
- Уйди, - грубо обрывает отец, и она пятится в комнату. – Денис, прошу, дай мне сказать…
- Вы больные, если думаете, что буду с вами разговаривать? – кричу, не в силах сдержаться.
Грубо отталкиваю отца, прохожу в квартиру, ногой открываю дверь.
- Ты спала со мной после того, как уже была с ним?– не знал, что умею разговаривать таким голосом. - Отвечай!
- Да, - шепчет она. – Я с ним… потом узнала, что ты его сын. Я люблю его, Денис. Не тебя.

Медленно, глядя прямо в его тёмные, горящие глаза, она подняла руки.
Её пальцы, немного дрожащие от нахлынувших чувств, коснулись завязок её дорожного платья.
Один за другим узлы поддавались, и тяжелая ткань, ставшая символом её прежнего, скованного страхом мира, начала сползать вниз.
Платье мягко опустилось на шкуры, оставив её в тонкой, прозрачной шёлковой сорочке, которая подчёркивала её нежную, лунную красоту.

– Да, я любовница твоего мужа, - заявляет мне моя новая коллега, которую муж буквально вчера взял в наш штат. - И операцию тебе буду проводить именно я.
– Не прикасайся ко мне! - шиплю из последних сил. - Я тебе не позволю проводить операцию!
– Без операции, - победоносно усмехается Яна, - шансы на выживание твоего ребенка приближены к нулю.
Я лежу на операционном столе и прекрасно понимаю, что не только жизнь моего ребенка, но и моя зависит от нее, от любовницы моего мужа.