Книги в жанре «Женский роман» по тегу «razvod»
Муж прижимает мою подругу в алом халатике к стенке, облизывая ее горло, когда я захожу на кухню. Прокашливаюсь в кулак.
- Отвлекитесь на минуточку! – они испуганно отлетели друг от друга, а Ольга затянула пояс, поправляя волосы.
- Саш, это не то, что ты подумала…
Выставляю указательный палец, и муж благоразумно затыкается.
Кладу помаду на столешницу, и мой взор устремлен к довольной подруге.
- Сигнал получен. Ожидала, что трусики подкинешь, но, видимо, мой почти бывший муж их разорвал в порыве страсти. Надеюсь, что после раздела имущества ему хватит на новые. Как бы не пришлось искать нового покровителя. С твоей… изношенностью и запросами маловероятно, что найдешь. В принципе – вы отличная пара. Неудачник, который раскрутился с моей помощью, и содержанка.
- Раздел? – муж разозлился, не потрудившись застегнуть рубашку. – Я не дам тебе развод!
- Отвлекитесь на минуточку! – они испуганно отлетели друг от друга, а Ольга затянула пояс, поправляя волосы.
- Саш, это не то, что ты подумала…
Выставляю указательный палец, и муж благоразумно затыкается.
Кладу помаду на столешницу, и мой взор устремлен к довольной подруге.
- Сигнал получен. Ожидала, что трусики подкинешь, но, видимо, мой почти бывший муж их разорвал в порыве страсти. Надеюсь, что после раздела имущества ему хватит на новые. Как бы не пришлось искать нового покровителя. С твоей… изношенностью и запросами маловероятно, что найдешь. В принципе – вы отличная пара. Неудачник, который раскрутился с моей помощью, и содержанка.
- Раздел? – муж разозлился, не потрудившись застегнуть рубашку. – Я не дам тебе развод!
— Влада, — негромко и нараспев позвала меня Лера, ткнула в предплечье длинным красным ногтем и кивнула в сторону входной зоны, — там твой Андрей с какой-то женщиной, или мне пора к окулисту? — она сощурила голубые глаза, сделав ставку на ухудшившееся зрение.
Я посмотрела в заданном направлении и проронила беззвучный изумленный вздох.
Безошибочно угадав в широком и гордом развороте плеч, чеканном мужественном профиле и неторопливой уверенной походке своего супруга, Тихонова Андрея Александровича, я ненадолго растеряла дар речи.
Он галантно помог своей спутнице снять пальто, отодвинул для нее стул и, прежде чем занять свое место, остановился чуть позади, положив свои ладони на хрупкие женские плечи.
Наклонился, чтобы что-то сказать.
Она ему улыбнулась, кивнула.
Андрей, сверкая винирами, сел напротив нее, и в ожидании официанта они соединили руки в центре столика, а вокруг них разлетались розовые сердечки, как в диснеевских мультиках…
Я посмотрела в заданном направлении и проронила беззвучный изумленный вздох.
Безошибочно угадав в широком и гордом развороте плеч, чеканном мужественном профиле и неторопливой уверенной походке своего супруга, Тихонова Андрея Александровича, я ненадолго растеряла дар речи.
Он галантно помог своей спутнице снять пальто, отодвинул для нее стул и, прежде чем занять свое место, остановился чуть позади, положив свои ладони на хрупкие женские плечи.
Наклонился, чтобы что-то сказать.
Она ему улыбнулась, кивнула.
Андрей, сверкая винирами, сел напротив нее, и в ожидании официанта они соединили руки в центре столика, а вокруг них разлетались розовые сердечки, как в диснеевских мультиках…
Двадцать лет брака. Двадцать лет лжи.
Мне казалось, что я построила крепкую семью, что Дима – моя надежная опора, любимый муж и отец нашей дочери. Я сама когда-то уговорила родителей, что этот бывший бабник изменился ради меня. Что он будет верен. Что я — его единственная.
Игра в кошки-мышки начинается, но негодяй ещё не понял самого главного.
Он – не охотник.
***
— У тебя хороший вкус, — мурлычет гадина, прижимаясь к моему мужу. Её пальцы скользят по лацкану его пиджака.
Он усмехается.
— Скоро всё изменится, детка, — обещает он, наклоняясь к её губам.
Всё изменится?
О, да. Но не так, как ты рассчитываешь, Дима.
Мне казалось, что я построила крепкую семью, что Дима – моя надежная опора, любимый муж и отец нашей дочери. Я сама когда-то уговорила родителей, что этот бывший бабник изменился ради меня. Что он будет верен. Что я — его единственная.
Игра в кошки-мышки начинается, но негодяй ещё не понял самого главного.
Он – не охотник.
***
— У тебя хороший вкус, — мурлычет гадина, прижимаясь к моему мужу. Её пальцы скользят по лацкану его пиджака.
Он усмехается.
— Скоро всё изменится, детка, — обещает он, наклоняясь к её губам.
Всё изменится?
О, да. Но не так, как ты рассчитываешь, Дима.
— Почему? — это был, наверное, единственный вопрос, который меня волновал.
— Сам не знаю. Ты лежала в больнице после выкидыша, а я был так подавлен, растерян. Сидел и пил в кабинете. Марина зашла с документами и…
— То есть, когда я потеряла нашего ребёнка, ты не придумал ничего лучше, чем оприходовать первую попавшуюся бабу? — взвилась я, скидывая с себя его руки и поднимаясь на ноги.
— Да! Представляешь, не одной тебе было плохо! Ты бесконечно моталась по врачам и больницам, а я мужик, молодой здоровый мужик, а ты меня к себе на пушечный выстрел не подпускала, — взвился муж, показывая своё истинное лицо.
— Сам не знаю. Ты лежала в больнице после выкидыша, а я был так подавлен, растерян. Сидел и пил в кабинете. Марина зашла с документами и…
— То есть, когда я потеряла нашего ребёнка, ты не придумал ничего лучше, чем оприходовать первую попавшуюся бабу? — взвилась я, скидывая с себя его руки и поднимаясь на ноги.
— Да! Представляешь, не одной тебе было плохо! Ты бесконечно моталась по врачам и больницам, а я мужик, молодой здоровый мужик, а ты меня к себе на пушечный выстрел не подпускала, — взвился муж, показывая своё истинное лицо.
— Ты и правда собралась рожать в 45 лет? — муж сначала смотрит удивленно, а потом прыскает со смеху.
— Да... Собралась, — я уже не уверена в этом, видя реакцию Ильдара.
— Мать, да ты с ума сошла! — продолжает хохотать муж.
— А что тут смешного? — я чувствую, как к горлу подступает комок обиды.
— Ну как что? — Ильдар перестает смеяться, но смотрит на меня как на неразумное дитя. — Ты уже старая, Ань!
— Знаешь, многие женщины сейчас рожают после сорока, — пытаюсь я защититься.
— Только не ты! — внезапно серьезно отвечает муж. — Если бы я хотел ребенка в свои пятьдесят лет, то обратился бы к своей молодой любовнице для этого!
— Ильдар, это шутка такая?
— Никаких шуток! Бабий век короток! Для родов и плотских утех есть барышни помоложе! — причмокивая отвечает мне муж.
— Что ты такое говоришь? — я чувствую, как сердце перестало биться. — У тебя есть... любовница?
— Конечно! — гордо отвечает мне муж. — У каждого нормального мужика просто обязана быть любовница!
— Да... Собралась, — я уже не уверена в этом, видя реакцию Ильдара.
— Мать, да ты с ума сошла! — продолжает хохотать муж.
— А что тут смешного? — я чувствую, как к горлу подступает комок обиды.
— Ну как что? — Ильдар перестает смеяться, но смотрит на меня как на неразумное дитя. — Ты уже старая, Ань!
— Знаешь, многие женщины сейчас рожают после сорока, — пытаюсь я защититься.
— Только не ты! — внезапно серьезно отвечает муж. — Если бы я хотел ребенка в свои пятьдесят лет, то обратился бы к своей молодой любовнице для этого!
— Ильдар, это шутка такая?
— Никаких шуток! Бабий век короток! Для родов и плотских утех есть барышни помоложе! — причмокивая отвечает мне муж.
— Что ты такое говоришь? — я чувствую, как сердце перестало биться. — У тебя есть... любовница?
— Конечно! — гордо отвечает мне муж. — У каждого нормального мужика просто обязана быть любовница!
— Это что? Чья это фотография? – бывший муж смотрит на экран телефона.
Понятия не имею, как вообще так получилось, что он заметил. И теперь удерживает мою руку, рассматривая нашего сына.
— Ребенок, ты не видишь? — спрашиваю холодно.
— Вижу. Чей?
Закатываю глаза, но вопрос его оставляю без ответа.
— Чей ребенок, Яся? Твой?
***
Пять лет счастливого брака, две долгожданные полоски на тесте, а потом развод, потому что муж… привел к нам в дом другую!
Понятия не имею, как вообще так получилось, что он заметил. И теперь удерживает мою руку, рассматривая нашего сына.
— Ребенок, ты не видишь? — спрашиваю холодно.
— Вижу. Чей?
Закатываю глаза, но вопрос его оставляю без ответа.
— Чей ребенок, Яся? Твой?
***
Пять лет счастливого брака, две долгожданные полоски на тесте, а потом развод, потому что муж… привел к нам в дом другую!
За тонкой дверью слышатся возня и тихий разговор. Женский голос ласковый и нежный.
— Котик, представишь меня детям?
— Не сегодня, милая. Давай я вызову тебе такси, а когда разведусь с этой курицей, то конечно познакомлю с сыновьями.
— Да, точно курица! Не верит, что ты мог ей изменить? Что в ней особенного?
— Ничего, старая и скучная. Ничем не интересуется, кроме детей.
«Курица» не просто задевает. Растаптывает и уничтожает. Паша никогда не позволял себе подобных высказываний в мой адрес. Я мать его детей, я его законная жена. Я его спутница по жизни! А не какая-то стерва, которую я вижу первый раз.
Дверь открывается.
— Ты что, подслушиваешь? — язвительно спрашивает девица.
Губы она успела подвести карандашом и помадой. Весь её образ отточен, хотя, как по мне, она похожа, пусть на дорогую, но эскортницу.
— Я в своём доме.
— Надолго ли? — ухмыляется любовница мужа и, цокая шпильками по ступеням, спускается вниз.
— Котик, представишь меня детям?
— Не сегодня, милая. Давай я вызову тебе такси, а когда разведусь с этой курицей, то конечно познакомлю с сыновьями.
— Да, точно курица! Не верит, что ты мог ей изменить? Что в ней особенного?
— Ничего, старая и скучная. Ничем не интересуется, кроме детей.
«Курица» не просто задевает. Растаптывает и уничтожает. Паша никогда не позволял себе подобных высказываний в мой адрес. Я мать его детей, я его законная жена. Я его спутница по жизни! А не какая-то стерва, которую я вижу первый раз.
Дверь открывается.
— Ты что, подслушиваешь? — язвительно спрашивает девица.
Губы она успела подвести карандашом и помадой. Весь её образ отточен, хотя, как по мне, она похожа, пусть на дорогую, но эскортницу.
— Я в своём доме.
— Надолго ли? — ухмыляется любовница мужа и, цокая шпильками по ступеням, спускается вниз.
– Ты нас что, проиграл в карты?
Между тем Игорь, доев фрикадельки, наливает себе кофе.
– Ну… Можно и так сказать, – пожимает плечами, – Ты пойми, Алена. Я не со зла это все… Знала же ты что у меня проблемы с этим. В общем, – откашливается, – Это не вчера произошло… Но вот Артур сказал что хочет свое забрать. И знаешь, будет все-таки лучше, если он заберет. Потому что мужик он крутой. И связи у него – не дай бог. Начнешь выделываться, никому мало не покажется.
– Ты с ума сошел? То есть я должна идти сожительствовать с человеком, которому ты меня проиграл в карты? Ты болен на всю голову? Да я лучше под мостом спать буду!
– А Ваня тоже спать под мостом будет? – кивает на сына, который сидит в просторном манеже и старательно вылизывает игрушку, – Ребенка ты в детдом сдашь?
___
Между тем Игорь, доев фрикадельки, наливает себе кофе.
– Ну… Можно и так сказать, – пожимает плечами, – Ты пойми, Алена. Я не со зла это все… Знала же ты что у меня проблемы с этим. В общем, – откашливается, – Это не вчера произошло… Но вот Артур сказал что хочет свое забрать. И знаешь, будет все-таки лучше, если он заберет. Потому что мужик он крутой. И связи у него – не дай бог. Начнешь выделываться, никому мало не покажется.
– Ты с ума сошел? То есть я должна идти сожительствовать с человеком, которому ты меня проиграл в карты? Ты болен на всю голову? Да я лучше под мостом спать буду!
– А Ваня тоже спать под мостом будет? – кивает на сына, который сидит в просторном манеже и старательно вылизывает игрушку, – Ребенка ты в детдом сдашь?
___
— Не могу я больше с тобой жить, — муж провел по лицу ладонью. — Ты совсем себя запустила, посмотри только… мы когда в последний раз куда-то ходили, ты когда в последний раз наряжалась во что-то дальше свитера с джинсами?
Так сказал мне муж прежде чем сообщить, что собирается со мной разойтись. Ведь я больше не выгляжу, как та женщина, которую он любил! А дочь посоветовала мне привести себя в порядок, не ради мужа, а ради себя. Однако с моим везением, мои деньги на преображение улетели в трубу. Да ещё и встретила мужчину, с которым встречалась в далекой юности...
Так сказал мне муж прежде чем сообщить, что собирается со мной разойтись. Ведь я больше не выгляжу, как та женщина, которую он любил! А дочь посоветовала мне привести себя в порядок, не ради мужа, а ради себя. Однако с моим везением, мои деньги на преображение улетели в трубу. Да ещё и встретила мужчину, с которым встречалась в далекой юности...
— Хватит, Стас!
— Что, хватит, Алёнушка?
— Хватит, это значит, что я подаю на развод!
— Никаких разводов. У меня выборы на носу!
Хуже измен мужа могут быть только измены нелюбимого мужа, который считает, что имеет надо мной власть.
Но его власть быстро кончается там, где начинается власть другого человека.
Боевой генерал, мужчина, который когда-то в юности причинил мне боль, предал, поверив наговорам. Теперь он вернулся и намерен вернуть и меня.
— Я помогу тебе с разводом, Алёна, но ты же понимаешь, что я потребую взамен?
— Что, хватит, Алёнушка?
— Хватит, это значит, что я подаю на развод!
— Никаких разводов. У меня выборы на носу!
Хуже измен мужа могут быть только измены нелюбимого мужа, который считает, что имеет надо мной власть.
Но его власть быстро кончается там, где начинается власть другого человека.
Боевой генерал, мужчина, который когда-то в юности причинил мне боль, предал, поверив наговорам. Теперь он вернулся и намерен вернуть и меня.
— Я помогу тебе с разводом, Алёна, но ты же понимаешь, что я потребую взамен?
Подборка женских романов о разводе
Выберите полку для книги