Книги по тегу «беременная героиня»: ""
Когда-то в юности Георгий читал статью, написанную мужчиной-психологом. Автор рассказывал о том, что если при общении с женщиной у него в душе́ звенит колокольчик, эта женщина сразу вызывает глубокую симпатию и восхищение.
Больше пятнадцати лет колокольчик в душе́ Георгия звенел только при виде его жены Даши.
До того момента, как в строительный трест приняли нового дизайнера интерьеров, Аллу Викторовну. Это случилось в ноябре прошлого года. Впервые Георгий увидел её на одном из совещаний, и из его головы моментально улетучились все стройные и умные мысли.
При знакомстве с Аллой Викторовной колокольчик, а точнее, набат, зазвенел не только в душе́ у Георгия, но и у многих других коллег мужского пола...
Больше пятнадцати лет колокольчик в душе́ Георгия звенел только при виде его жены Даши.
До того момента, как в строительный трест приняли нового дизайнера интерьеров, Аллу Викторовну. Это случилось в ноябре прошлого года. Впервые Георгий увидел её на одном из совещаний, и из его головы моментально улетучились все стройные и умные мысли.
При знакомстве с Аллой Викторовной колокольчик, а точнее, набат, зазвенел не только в душе́ у Георгия, но и у многих других коллег мужского пола...
— Вы не девственница.
— Я девственница! — возмущённо восклицаю, глядя на гинеколога, и тут же краснею под строгим взглядом красивого врача.
Господи, у него глаза сиреневые! Такое вообще бывает?!
И снова это дурацкое чувство в груди, будто я его уже где-то видела.
— Нет. Не девственница. Более того, вы беременны.
— Что, простите?!
Вздохнув, он выключает лампу над смотровым креслом.
— И ещё, при пальпации я почувствовал три плодных яйца, — добивает мужчина. — Но нужно будет сделать УЗИ для точности.
___
Забыть целый день из своей жизни? Это про меня. Варя Грозная. Гроза всех Варь на планете, потому что забыла своего первого мужчину, с которым провела ночь на вечеринке. Узнала о том, что лишилась невинности от гинеколога. Да ещё и забеременела сразу тройней, чтобы окончательно сразить всех наповал. Особенного самого гинеколога с до боли знакомыми сиреневыми глазами...
— Я девственница! — возмущённо восклицаю, глядя на гинеколога, и тут же краснею под строгим взглядом красивого врача.
Господи, у него глаза сиреневые! Такое вообще бывает?!
И снова это дурацкое чувство в груди, будто я его уже где-то видела.
— Нет. Не девственница. Более того, вы беременны.
— Что, простите?!
Вздохнув, он выключает лампу над смотровым креслом.
— И ещё, при пальпации я почувствовал три плодных яйца, — добивает мужчина. — Но нужно будет сделать УЗИ для точности.
___
Забыть целый день из своей жизни? Это про меня. Варя Грозная. Гроза всех Варь на планете, потому что забыла своего первого мужчину, с которым провела ночь на вечеринке. Узнала о том, что лишилась невинности от гинеколога. Да ещё и забеременела сразу тройней, чтобы окончательно сразить всех наповал. Особенного самого гинеколога с до боли знакомыми сиреневыми глазами...
Что делать, если срочно нужны деньги на лечение матери? Пойти на поклон к отцу, которого долгое время не видела? Но он выставил условия — выйти замуж по его приказу. Ради матери я готова на все! Но как быть, если я беременна от красавчика, который оставил незабываемый след в моей жизни?
– Я могу дать тебе защиту, кров и гарантию того, что сохраню твою тайну.
– И что попросишь взамен?
– На два дня ты будешь моей.
Бруно произнес это так спокойно, что мне показалось, будто я ослышалась.
– Что значит «твоей»?
– Не думал, что нужно объяснять подобное замужней даме. Я буду тебя любить. Сначала медленно и нежно, чтобы ты ко мне привыкла. Потом так, чтобы ты сгорала от стыда, и на всю жизнь запомнила мое имя. Потом – так, как сама попросишь. А ты будешь делать что велено сразу и без возражений, не портя удовольствие ни мне, ни себе. Я достаточно конкретизировал, герцогиня?
Выйти замуж за герцога Удо Керна, богатого феодала, черного колдуна и просто красавца, было ошибкой.
Вот и пришлось бегать ночью по лесу, спасаясь от него и его чар, посланных мне вдогонку.
Вызывающе наглый Бруно спас мне жизнь.
Раз за разом он предлагал чудовищные, губительные для репутации молодой женщины вещи, но ради избавления от опостылевшего брака я была согласна на многое.
© Лера Виннер 2
– И что попросишь взамен?
– На два дня ты будешь моей.
Бруно произнес это так спокойно, что мне показалось, будто я ослышалась.
– Что значит «твоей»?
– Не думал, что нужно объяснять подобное замужней даме. Я буду тебя любить. Сначала медленно и нежно, чтобы ты ко мне привыкла. Потом так, чтобы ты сгорала от стыда, и на всю жизнь запомнила мое имя. Потом – так, как сама попросишь. А ты будешь делать что велено сразу и без возражений, не портя удовольствие ни мне, ни себе. Я достаточно конкретизировал, герцогиня?
Выйти замуж за герцога Удо Керна, богатого феодала, черного колдуна и просто красавца, было ошибкой.
Вот и пришлось бегать ночью по лесу, спасаясь от него и его чар, посланных мне вдогонку.
Вызывающе наглый Бруно спас мне жизнь.
Раз за разом он предлагал чудовищные, губительные для репутации молодой женщины вещи, но ради избавления от опостылевшего брака я была согласна на многое.
© Лера Виннер 2
– Макс.. – Толкаю мужа в спину. Он лениво зевает.
В моих руках дрожит его телефон с пришедшим только что сообщением. – Тут эта...тебе пишет...
Макс не реагирует. Рывком стягиваю с него одеяло. В глазах стынут горячие слезы.
– Кто? Два часа ночи, Оль, спи уже, а!
Ворчит, ёрзает нервно.
– Спи? – заикаюсь, сердце щемит. – Она тебя в горячую ванну зовёт...
Макс поворачивается ко мне лицом, читает сообщение и багровеет.
В животике пинается доченька, прикладываю ладошку, держусь, чтобы не скатиться в истерику.
– Ты ничего не хочешь мне сказать, Макс?
В моих руках дрожит его телефон с пришедшим только что сообщением. – Тут эта...тебе пишет...
Макс не реагирует. Рывком стягиваю с него одеяло. В глазах стынут горячие слезы.
– Кто? Два часа ночи, Оль, спи уже, а!
Ворчит, ёрзает нервно.
– Спи? – заикаюсь, сердце щемит. – Она тебя в горячую ванну зовёт...
Макс поворачивается ко мне лицом, читает сообщение и багровеет.
В животике пинается доченька, прикладываю ладошку, держусь, чтобы не скатиться в истерику.
– Ты ничего не хочешь мне сказать, Макс?
Три года неудачных попыток. Первое эко. Второе. Пятое. И вот наконец, две полоски. Такие долгожданные, что даже забываешь как дышать, осталось только поделиться с мужем и ждать нашего малыша.
Вот только Павел не ждал, он развлекался с моей лучшей подругой прямо в нашей постели.
Обморок. Больница. Выкидыш.
Жизнь рухнула, как карточный домик, осталась только месть и обещание, что он за все заплатит.
Вот только Павел не ждал, он развлекался с моей лучшей подругой прямо в нашей постели.
Обморок. Больница. Выкидыш.
Жизнь рухнула, как карточный домик, осталась только месть и обещание, что он за все заплатит.
- Привет, это Надя, - сказала очень тихо, ведь горло сдавило от волнения.
- По какому вопросу? - стандартно вежливо уточнил Денис.
- Надя из универа. Третий курс. Мы ужинали, когда ты приезжал домой.
Денис простонал облегченно.
- А, черт. Прости, я не узнал. Как ты?
- Я… ничего, - ответила я трусливо, но собралась и выпалила. - Денис, прости, но…
Я снова запнулась. Зачем извиняюсь? Как будто я специально. Нужно просто сказать. Взять и сказать два слова. Но слезы душили, сжимали мне горло.
- Надя, ты в порядке? Что-то я волнуюсь.
Проглотив ком, я все-таки сказала:
- Я беременна.
Молчание на том конце провода сковало меня холодом. Через миллион бесконечных секунд Денис спросил:
- От меня?
- По какому вопросу? - стандартно вежливо уточнил Денис.
- Надя из универа. Третий курс. Мы ужинали, когда ты приезжал домой.
Денис простонал облегченно.
- А, черт. Прости, я не узнал. Как ты?
- Я… ничего, - ответила я трусливо, но собралась и выпалила. - Денис, прости, но…
Я снова запнулась. Зачем извиняюсь? Как будто я специально. Нужно просто сказать. Взять и сказать два слова. Но слезы душили, сжимали мне горло.
- Надя, ты в порядке? Что-то я волнуюсь.
Проглотив ком, я все-таки сказала:
- Я беременна.
Молчание на том конце провода сковало меня холодом. Через миллион бесконечных секунд Денис спросил:
- От меня?
— Александра? — бывший муж поменялся в лице и попытался закрыть дверь, но Саша дёрнула ее на себя, сделала шаг и оказалась в прихожей.
Из комнаты выплыла девушка кукольной внешности:
— Котик, кто это?
– Бывшая жена, – ответила Саша. – К сожалению, у меня для вас плохие новости: я беременна.
Кукла, услышав это, притопнула и посмотрела на Котика:
— И когда это случилось, интересно?
Усатый не растерялся:
— Год назад, когда мы с тобой еще не были знакомы.
Вот как, значит? Саша обалдела от такой наглости.
— Так вы уже родили? — обратилась кукла к Александре.
— Нет, — гостья положила руки на животик, — мои близнецы все еще тут.
Ну и что же дальше скажет Котик? Саша наслаждалась тем, как забегали кошачьи глазки, и вдруг он выдал:
— Замершая беременность была.
Александра даже рот открыла от изумления. Неужели эта курица поверит?
— О, я слышала об этом, — кукла сложила бровки домиком. – И что сейчас? Она отмерла?
— Именно! — кивнул бывший муж.
Из комнаты выплыла девушка кукольной внешности:
— Котик, кто это?
– Бывшая жена, – ответила Саша. – К сожалению, у меня для вас плохие новости: я беременна.
Кукла, услышав это, притопнула и посмотрела на Котика:
— И когда это случилось, интересно?
Усатый не растерялся:
— Год назад, когда мы с тобой еще не были знакомы.
Вот как, значит? Саша обалдела от такой наглости.
— Так вы уже родили? — обратилась кукла к Александре.
— Нет, — гостья положила руки на животик, — мои близнецы все еще тут.
Ну и что же дальше скажет Котик? Саша наслаждалась тем, как забегали кошачьи глазки, и вдруг он выдал:
— Замершая беременность была.
Александра даже рот открыла от изумления. Неужели эта курица поверит?
— О, я слышала об этом, — кукла сложила бровки домиком. – И что сейчас? Она отмерла?
— Именно! — кивнул бывший муж.
— Я не могу работать на вас больше, Павел Андреевич! — говорю твердо, но дрожь в голосе все равно слышна.
— Это почему же? — осведомляется оскорбленно. Рычит. Я отступаю. Я так старалась сдержаться, но предательские слезы все же задрожали на ресницах. А потом очертили дорожки на моих щеках. — Журавлева?
— Я беременна, — произношу сбивчиво, и тут же готова язык себе откусить за это. Но слово не воробей, поэтому я испуганно застываю, глядя полными слез глазами на Суворова. — Беременна от вас, Павел Андреевич…
— Это почему же? — осведомляется оскорбленно. Рычит. Я отступаю. Я так старалась сдержаться, но предательские слезы все же задрожали на ресницах. А потом очертили дорожки на моих щеках. — Журавлева?
— Я беременна, — произношу сбивчиво, и тут же готова язык себе откусить за это. Но слово не воробей, поэтому я испуганно застываю, глядя полными слез глазами на Суворова. — Беременна от вас, Павел Андреевич…
- Ты даже не спросила о том, что мне надо от тебя.
- Что тебе надо от меня, Игорь?
- Хочу, чтобы ты полетела со мной в путешествие на десять дней. В качестве моей девушки.
- Нет, - вот теперь Инге вдруг стало по-настоящему страшно... - Никогда!
Лыков обещает мне "золотые горы", но это меня пугает так же, как и он сам, и моё отношение к нему...
- Что тебе надо от меня, Игорь?
- Хочу, чтобы ты полетела со мной в путешествие на десять дней. В качестве моей девушки.
- Нет, - вот теперь Инге вдруг стало по-настоящему страшно... - Никогда!
Лыков обещает мне "золотые горы", но это меня пугает так же, как и он сам, и моё отношение к нему...
Выберите полку для книги