Подборка книг по тегу: "взрослые герои"
У нас с ним странные отношения, длиной почти в жизнь.
Он постоянно стремится занять особое место рядом, а я резко против.
Свиридов Пётр Викторович.
Он тот, кто клялся мне в вечной любви.
Тот, кого я отшивала раз за разом, со всеми его чувствами и признаниями.
Тот, кто несмотря ни на что, всё равно приходил мне на помощь, даже когда я, в итоге выбрала не его.
И он тот, кого я ненавижу!
Он постоянно стремится занять особое место рядом, а я резко против.
Свиридов Пётр Викторович.
Он тот, кто клялся мне в вечной любви.
Тот, кого я отшивала раз за разом, со всеми его чувствами и признаниями.
Тот, кто несмотря ни на что, всё равно приходил мне на помощь, даже когда я, в итоге выбрала не его.
И он тот, кого я ненавижу!
Если нужно спасти ребёнка, любая мать согласится. Вот и я заключила сделку: моя жизнь в обмен на жизнь любимой дочери. За это мне ещё и приятный бонус обещали – перерождение. В новом теле, в новом мире.
В мире, где драконы давно потеряли свои крылья и больше не ждут истинную пару.
Добро пожаловать в Четвёртое Королевство!
В королевство, где творятся странные дела.
В мире, где драконы давно потеряли свои крылья и больше не ждут истинную пару.
Добро пожаловать в Четвёртое Королевство!
В королевство, где творятся странные дела.
У многих из нас в жизни случались ошибки, за которые приходилось неоправданно высокую цену платить! И, к сожалению, бывают случаи, когда это "неоправданное" платишь дважды!
И, если почти в самом начале жизненного пути (когда ты молода, когда всякими романтическими и оптимистичными глупостями переполнена твоя голова) эта цена не кажется убийственно-тяжёлой, то, уже встав на ноги, уже почти до совершеннолетия вырастив умницу-красавицу дочь, уже научившись уважать себя и привикнув к уважению со стороны окружающих, ты уверилась, что ты - полноценная личность...
В общем, в свои 38, психологически очень сложно вернуться на унизительный и болезненно-тягостный "ошибочный" старт!
А может, посчастливится, и ОН её не узнает???
И, если почти в самом начале жизненного пути (когда ты молода, когда всякими романтическими и оптимистичными глупостями переполнена твоя голова) эта цена не кажется убийственно-тяжёлой, то, уже встав на ноги, уже почти до совершеннолетия вырастив умницу-красавицу дочь, уже научившись уважать себя и привикнув к уважению со стороны окружающих, ты уверилась, что ты - полноценная личность...
В общем, в свои 38, психологически очень сложно вернуться на унизительный и болезненно-тягостный "ошибочный" старт!
А может, посчастливится, и ОН её не узнает???
– Это не то, что ты думаешь! – прошипел мой муж мне в лицо.
А я подняла на него взгляд и с удивлением заметила отчаянный страх в глубине янтаря его глаз. Этот страх был важнее всего. Он ярче всех возможных слов показывал всю пропасть, что разверзлась между нами.
Можно не слушать, что мне говорит Илья. Слова – это пыль, бабочки на поверхности. Дунет холодный ветер осознания реальности, и слов не остаётся.
Остаётся чувство в глубине глаз любимого.
Предавшего меня.
– Отойди от двери, Илья! Я не собираюсь говорить с тобой второпях на парковке перед банком на потеху всех твоих сотрудников. Шаг назад и руки держи при себе, милый, – холодом моего голоса можно было остудить всю парковку вместо кондиционера. Выстудить жар из салона моего автомобиля.
А я подняла на него взгляд и с удивлением заметила отчаянный страх в глубине янтаря его глаз. Этот страх был важнее всего. Он ярче всех возможных слов показывал всю пропасть, что разверзлась между нами.
Можно не слушать, что мне говорит Илья. Слова – это пыль, бабочки на поверхности. Дунет холодный ветер осознания реальности, и слов не остаётся.
Остаётся чувство в глубине глаз любимого.
Предавшего меня.
– Отойди от двери, Илья! Я не собираюсь говорить с тобой второпях на парковке перед банком на потеху всех твоих сотрудников. Шаг назад и руки держи при себе, милый, – холодом моего голоса можно было остудить всю парковку вместо кондиционера. Выстудить жар из салона моего автомобиля.
— Давай, работай, работай! Зря я, что ли, вам столько бабок заплатил.
Я минуту стояла в ступоре, не веря своим глазам.
— Вася!
Вся троица замерла и уставилась на меня.
— Зоя? Какого ты тут делаешь? — рявкнул муж.
— Хотела сделать тебе сюрприз, но вижу, ты мне тоже подготовил подарочек, — выдохнула я, полностью придя в себя от шока.
— Пошла вон! — крикнул Вася.
Я хлопнула ресницами, сначала даже не поняв, что это он ко мне обращается.
— Ну, вали отсюда! Быстро! — орал на меня Вася.
Я минуту стояла в ступоре, не веря своим глазам.
— Вася!
Вся троица замерла и уставилась на меня.
— Зоя? Какого ты тут делаешь? — рявкнул муж.
— Хотела сделать тебе сюрприз, но вижу, ты мне тоже подготовил подарочек, — выдохнула я, полностью придя в себя от шока.
— Пошла вон! — крикнул Вася.
Я хлопнула ресницами, сначала даже не поняв, что это он ко мне обращается.
— Ну, вали отсюда! Быстро! — орал на меня Вася.
Не дождавшись мужа, я выхожу на задний двор ресторана и наблюдаю картину, как он мило беседует со своей коллегой Элей.
— Спасибо за подарок, я мечтала о такой машине. Я хочу, чтобы ты поехал ко мне, ведь ты скоро станешь папой, а Новый год это семейный праздник! — обиженно кривляет накаченные губы Эля, которая намного младше моего мужа.
— Эль, поезжай домой, я что-нибудь придумаю! Нас же могут заметить, сейчас не время ! Я же сказал, Алеся будет в ресторане, могла бы сегодня не приходить, я все равно бы приехал! — горланит Витя.
Мое дыхание сдавливает, внутри все клокочет, я хочу выйти и все высказать этой сладкой парочке, вырвать её наращенные волосы. Но не могу даже сделать шаг.
— Ну никого же нет, все отмечают…Хотя бы один чмок! — тянется мерзавка к моему мужу.
— Кошечку чмокнуть? А ночью, что мы будем делать? — как привороженный, не отводит от неё глаз.
Я стою, словно мне это все снится, он и эта девка с ума сойти, наши двадцать пять лет брака обесценены…
— Спасибо за подарок, я мечтала о такой машине. Я хочу, чтобы ты поехал ко мне, ведь ты скоро станешь папой, а Новый год это семейный праздник! — обиженно кривляет накаченные губы Эля, которая намного младше моего мужа.
— Эль, поезжай домой, я что-нибудь придумаю! Нас же могут заметить, сейчас не время ! Я же сказал, Алеся будет в ресторане, могла бы сегодня не приходить, я все равно бы приехал! — горланит Витя.
Мое дыхание сдавливает, внутри все клокочет, я хочу выйти и все высказать этой сладкой парочке, вырвать её наращенные волосы. Но не могу даже сделать шаг.
— Ну никого же нет, все отмечают…Хотя бы один чмок! — тянется мерзавка к моему мужу.
— Кошечку чмокнуть? А ночью, что мы будем делать? — как привороженный, не отводит от неё глаз.
Я стою, словно мне это все снится, он и эта девка с ума сойти, наши двадцать пять лет брака обесценены…
— Да куда ты без меня? — нагло тянет он. — Ни амбиций, ни реализации. Засиделась в вечном декрете, и, небось, мечтаешь о новом. Но уже поздно, Милочка. А там и до пенсии недалеко.
— Не переживай, разведусь с тобой и пойду реализовываться.
— Что, прости? — усмехается. — Разведешься? Да кому ты нужна будешь? Ты в зеркало-то посмотри. Оно не врет. Может, сейчас ты еще ничего. Последние годы красивой зрелости хватаешь. Но лет пять, Мила, и ты уже превратишься в Люсю. В бабу Люсю.
— Думаешь, ты в деда Андрея не превратишься? Закрутил с молодой и звонкой, так уверовал, что ты огонь? Ты еще старше меня.
— Мужчины не стареют, а матереют.
— Это тебе твоя Ирочка нашептала?
Он трясет указательным пальцем возле моего носа.
— Рот закрыла и в сторону Иры даже не дыши. Она настоящая женщина с амбициями. Она хочет строить карьеру и путешествовать по миру. А ты только рожать и банки с соленьями закатывать умеешь. Тошно смотреть.
И как моя жизнь превратилась в...это?
— Не переживай, разведусь с тобой и пойду реализовываться.
— Что, прости? — усмехается. — Разведешься? Да кому ты нужна будешь? Ты в зеркало-то посмотри. Оно не врет. Может, сейчас ты еще ничего. Последние годы красивой зрелости хватаешь. Но лет пять, Мила, и ты уже превратишься в Люсю. В бабу Люсю.
— Думаешь, ты в деда Андрея не превратишься? Закрутил с молодой и звонкой, так уверовал, что ты огонь? Ты еще старше меня.
— Мужчины не стареют, а матереют.
— Это тебе твоя Ирочка нашептала?
Он трясет указательным пальцем возле моего носа.
— Рот закрыла и в сторону Иры даже не дыши. Она настоящая женщина с амбициями. Она хочет строить карьеру и путешествовать по миру. А ты только рожать и банки с соленьями закатывать умеешь. Тошно смотреть.
И как моя жизнь превратилась в...это?
— Вика, послушай. Ну, у всех бывают моменты слабости. Мы люди, мы не идеальны. Не воспринимай это так серьезно.
— Не воспринимать это серьезно?! — Я вскочила с дивана. — Она пишет тебе «любимый», ты называешь ее солнышком. Вы обсуждаете, как быстрее избавиться от меня, потому что я уже бесполезна! Ты знаешь, что это такое — услышать от человека, с которым ты прожила двадцать лет, что ты старая и пустая?
Дмитрий сначала отвел взгляд, а потом посмотрел мне прямо в глаза. Его лицо изменилось. Стало холодным, отстраненным. Жестоким.
— Ты сама виновата, — резко оборвал он мой крик.
— Я виновата? — растерялась я.
— Конечно! Посмотри на себя, Вика, — добавил он, скривившись. — Уставшая, худая, вечно в деловых костюмах, вечно занята. Где твой былой блеск? Твоя энергия?
— Не воспринимать это серьезно?! — Я вскочила с дивана. — Она пишет тебе «любимый», ты называешь ее солнышком. Вы обсуждаете, как быстрее избавиться от меня, потому что я уже бесполезна! Ты знаешь, что это такое — услышать от человека, с которым ты прожила двадцать лет, что ты старая и пустая?
Дмитрий сначала отвел взгляд, а потом посмотрел мне прямо в глаза. Его лицо изменилось. Стало холодным, отстраненным. Жестоким.
— Ты сама виновата, — резко оборвал он мой крик.
— Я виновата? — растерялась я.
— Конечно! Посмотри на себя, Вика, — добавил он, скривившись. — Уставшая, худая, вечно в деловых костюмах, вечно занята. Где твой былой блеск? Твоя энергия?
Тринадцать лет назад одна ночь изменила их жизни: Тагир получил карьерное повышение, а Кира потеряла всё, что тогда для неё имело значение. Она ушла, чтобы начать с нуля и доказать, что её успех зависит только от неё самой. Теперь судьба снова сводит их в громком бракоразводном процессе, где на кону стоят миллионы, репутации и их собственное прошлое.
— Готовы проиграть, Кира Викторовна? — его голос звучит слишком мягко, чтобы быть дружелюбным.
— Проиграть вам? — уточняю холодно, скрестив руки на груди. — Единственный раз, когда вы выигрываете, Тагир Эльдарович, — это в споре с зеркалом.
— А вы, я смотрю, тренируетесь на мне, — он наклоняется чуть ближе, его глаза сверкают уверенной дерзостью. — Уж слишком хороший спарринг-партнер.
— Жаль, я не могу сказать то же самое, — улыбаюсь, не отводя взгляда.
Когда закон становится оружием, чувства могут стать слабостью. Или самой опасной из стратегий.
— Готовы проиграть, Кира Викторовна? — его голос звучит слишком мягко, чтобы быть дружелюбным.
— Проиграть вам? — уточняю холодно, скрестив руки на груди. — Единственный раз, когда вы выигрываете, Тагир Эльдарович, — это в споре с зеркалом.
— А вы, я смотрю, тренируетесь на мне, — он наклоняется чуть ближе, его глаза сверкают уверенной дерзостью. — Уж слишком хороший спарринг-партнер.
— Жаль, я не могу сказать то же самое, — улыбаюсь, не отводя взгляда.
Когда закон становится оружием, чувства могут стать слабостью. Или самой опасной из стратегий.
Мне 42 года. У меня двое детей-подростков, муж, которого я горячо люблю, и работа, которую я ненавижу. И до этого дня я считала, что у меня есть хотя бы стабильность. Что моя семья — это мой тыл. Что всё будет хорошо.
Но однажды Валентин сказал:
«Я ухожу. Между нами давно нет любви, а там меня каждый день встречают жаркими поцелуями».
Эти слова разрушили мою жизнь. Он ушел легко. А я осталась стоять посреди руин, не понимая, кто я теперь: без мужа, без любви, без уверенности в завтрашнем дне…
Правдивая история о том, как страшно бывает остаться в одиночестве.
Но однажды Валентин сказал:
«Я ухожу. Между нами давно нет любви, а там меня каждый день встречают жаркими поцелуями».
Эти слова разрушили мою жизнь. Он ушел легко. А я осталась стоять посреди руин, не понимая, кто я теперь: без мужа, без любви, без уверенности в завтрашнем дне…
Правдивая история о том, как страшно бывает остаться в одиночестве.
Выберите полку для книги