Книги по тегу «героиня 40+»: ""
– Любимым не изменяют, – дергаю плечами, пытаясь сбросить с них руки Руслана.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
– Это лишь слова, – спорит муж. – Жизнь не укладывается ни в какие правила. Я на самом деле люблю тебя.
– Зачем тогда с ней связался? Брось ее! – требую.
– Не могу. Потому что и ее я люблю тоже, – выдает муж. – Я вас обеих люблю. По-разному, но одинаково сильно. И ни одну из вас не могу бросить.
***
Незадолго до 20-летнего юбилея свадьбы Руслан закручивает роман с молодой пациенткой. Только вот Веронику не устраивает роль любовницы. Она решает подтолкнуть Руслана к разводу, рассказав об их отношениях его жене. В итоге он оказывается перед сложным выбором. Да и его жена Тамара не знает, как поступить в этой ситуации: простить ли предателя или оставить его у разбитого корыта.
Я познакомилась со своим мужем еще студенткой. И это была настоящая любовь, которая никуда не делась даже после того, как свекровушка сказала свое категорическое «нет». Потом, конечно, притерлись, сжились… Но через двадцать лет, как казалось, дружного брака, увы, так и не обросшего детьми, на юбилее мужа я узнала, что он мне изменяет. Развод? Конечно. Но как жить дальше? Когда тебе двадцать пять, тоже непросто, но когда хорошенько за сорок, а надо начинать с нуля, вдруг выясняется, что мешает буквально все. В первую очередь, конечно, одиночество… А еще чертов сосед за стеной, ночи которого настолько ярки на эмоции и сопутствующие им звуки, что больше всего его хочется убить…
— Извините, что помешала, — говорю холодно.
Мой муж и моя подруга. В кабинке туалета в ресторане. Хочется грохнуться в обморок и очнуться в какой-то другой реальности.
— Марина… — раздраженно выдыхает Юра, быстро взяв себя в руки. — Какого черта…
— Развод, — спокойно произношу.
Он усмехается.
— Перестань. Не смеши. Никто не разводится после стольких лет брака. Ты же понимаешь, что это невыгодно. Дом, бизнес, дети… Да и кому ты нужна-то в таком возрасте?
— Никто не разводится? — спрашиваю. — Посмотришь, как быстро я соберу твой чемодан.
Мой муж и моя подруга. В кабинке туалета в ресторане. Хочется грохнуться в обморок и очнуться в какой-то другой реальности.
— Марина… — раздраженно выдыхает Юра, быстро взяв себя в руки. — Какого черта…
— Развод, — спокойно произношу.
Он усмехается.
— Перестань. Не смеши. Никто не разводится после стольких лет брака. Ты же понимаешь, что это невыгодно. Дом, бизнес, дети… Да и кому ты нужна-то в таком возрасте?
— Никто не разводится? — спрашиваю. — Посмотришь, как быстро я соберу твой чемодан.
На нашей кровати лежит обнаженная девица, а рядом с ней – мой муж. Между ними стоит тарелка с клубникой, которой Витя кормит девушку.
Боже, сколько ей лет? Двадцать?
Голая девица поворачивается в мою сторону. Усмехается.
– Так это твоя жена? Ты говорил, что она старая и страшная, – с обидой говорит она.
Ее слова приводят меня в чувства.
– Пошла вон! – кричу, бросаясь на нее, – вон из моей спальни! Вон! Вон из моего дома!
Она пятится назад.
– Витюш, – говорит она обиженным тоном.
Муж вскакивает, грубо хватает меня за руку и выталкивает за дверь.
– Ты охренела? – орет он, – че творишь, дура?
– Витя, это ты охренел! Привел любовницу в наш дом…
Он цинично усмехается.
– Это теперь ее дом. А ты, Катя, проваливай.
***
Я – счастливая домохозяйка, положившая жизнь ради мужа и сыновей. Но это вчера.
Сегодня – я брошенка без гроша в кармане, без работы и опыта. Никому не нужная.
Так будет ли у меня завтра?..
Боже, сколько ей лет? Двадцать?
Голая девица поворачивается в мою сторону. Усмехается.
– Так это твоя жена? Ты говорил, что она старая и страшная, – с обидой говорит она.
Ее слова приводят меня в чувства.
– Пошла вон! – кричу, бросаясь на нее, – вон из моей спальни! Вон! Вон из моего дома!
Она пятится назад.
– Витюш, – говорит она обиженным тоном.
Муж вскакивает, грубо хватает меня за руку и выталкивает за дверь.
– Ты охренела? – орет он, – че творишь, дура?
– Витя, это ты охренел! Привел любовницу в наш дом…
Он цинично усмехается.
– Это теперь ее дом. А ты, Катя, проваливай.
***
Я – счастливая домохозяйка, положившая жизнь ради мужа и сыновей. Но это вчера.
Сегодня – я брошенка без гроша в кармане, без работы и опыта. Никому не нужная.
Так будет ли у меня завтра?..
— Мамуль, ты долго? — звучит из коридора, и я быстро прячу в ящик стола помолвочное кольцо.
Не хотелось его снимать, но сейчас не время таких новостей. На носу свадьба дочери, а потом, может, дойдет и моя очередь.
С ума сойти! В сорок пять стала невестой. Впервые за всю жизнь.
— Уже иду, — сообщаю, выходя в прихожую.
И тут раздается звонок в дверь.
— Ух, я нервничаю… — шепчет дочь.
Улыбаюсь.
— Это нормальное чувство для невесты.
За дверью сваты, жених дочки. Заставлять их ждать не стоит.
— Мама Вани тоже должна быть, — говорит Ира.
Про будущую сваху я наслышана.
И Иван, и его сестра, да и моя Иришка ратуют за то, чтобы родители сошлись.
Выходим в прихожую, открываю дверь и застываю. Не может быть…
Взгляд упирается в мужчину, с которым я вижу своё будущее, чьё кольцо я только стянула с пальца.
— Мои родители, — говорит Иван, а я опускаю взгляд на сцепленные пальцы сватов.
Помирились? Как и хотят дети?
Не хотелось его снимать, но сейчас не время таких новостей. На носу свадьба дочери, а потом, может, дойдет и моя очередь.
С ума сойти! В сорок пять стала невестой. Впервые за всю жизнь.
— Уже иду, — сообщаю, выходя в прихожую.
И тут раздается звонок в дверь.
— Ух, я нервничаю… — шепчет дочь.
Улыбаюсь.
— Это нормальное чувство для невесты.
За дверью сваты, жених дочки. Заставлять их ждать не стоит.
— Мама Вани тоже должна быть, — говорит Ира.
Про будущую сваху я наслышана.
И Иван, и его сестра, да и моя Иришка ратуют за то, чтобы родители сошлись.
Выходим в прихожую, открываю дверь и застываю. Не может быть…
Взгляд упирается в мужчину, с которым я вижу своё будущее, чьё кольцо я только стянула с пальца.
— Мои родители, — говорит Иван, а я опускаю взгляд на сцепленные пальцы сватов.
Помирились? Как и хотят дети?
ГЕРОИ НЕ УПОТРЕБЛЯЮТ ЗАПРЕЩЁННЫЕ ВЕЩЕСТВА
- Вы пропагандируете семейные ценности, традиции. Рассказываете всем о своем прекрасном и идеальном браке, - голос ведущей накаляет обстановку. - а попросту всех обманываете, Полина.
- Что? О чем вы? - сердце сжимается,.
- Разве это не ваш муж и его… кхм… кто она ему? - Сотрудница или… любовница?
Все же смотрю на огромный экран, где мелькают коллажи фотографий. На всех мой муж. Он идет под ручку с миниатюрной блондинкой (лицо замазано), крепко ее обнимает, они обедают в нашем с ним любимом ресторане, после заходят в здание мотеля.
Подавляю громкий всхлип, крепко вцепившись в подлокотники кресла.
Этот позор я так просто не оставлю. Не только мужу башку откручу, но и этой улыбчивой ведущей, с какого-то перепугу полившую меня обильной грязью.
- Вы пропагандируете семейные ценности, традиции. Рассказываете всем о своем прекрасном и идеальном браке, - голос ведущей накаляет обстановку. - а попросту всех обманываете, Полина.
- Что? О чем вы? - сердце сжимается,.
- Разве это не ваш муж и его… кхм… кто она ему? - Сотрудница или… любовница?
Все же смотрю на огромный экран, где мелькают коллажи фотографий. На всех мой муж. Он идет под ручку с миниатюрной блондинкой (лицо замазано), крепко ее обнимает, они обедают в нашем с ним любимом ресторане, после заходят в здание мотеля.
Подавляю громкий всхлип, крепко вцепившись в подлокотники кресла.
Этот позор я так просто не оставлю. Не только мужу башку откручу, но и этой улыбчивой ведущей, с какого-то перепугу полившую меня обильной грязью.
– Поздравляю, – и голос, на удивление, даже не дрогнул.
– С чем? – Валера оторвался от телефона, и даже чашку кофе подвинул.
– Ну как же, – в голосе против воли проскользнули ядовитые нотки. – Ты же теперь отец. Мальчик. Три пятьсот двадцать. Пятьдесят три сантиметра и восемь из девяти по Апгар. Все как положено, образцовый экземпляр. Ты молодец. Богатыря заделал.
– Ты? – Валера судорожно сглотнул, словно пытаясь проглотить ком вины, который внезапно подступил к горлу. – Как же так вышло?
– Да, милый, я принимала роды у твоей любовницы, – выплюнула я эти слова, словно яд.
***********
Мне сорок пять, и я узнала об измене мужа. Скажу больше, я принимала роды у его любовницы. Как вам такой поворот? Что дальше?
– С чем? – Валера оторвался от телефона, и даже чашку кофе подвинул.
– Ну как же, – в голосе против воли проскользнули ядовитые нотки. – Ты же теперь отец. Мальчик. Три пятьсот двадцать. Пятьдесят три сантиметра и восемь из девяти по Апгар. Все как положено, образцовый экземпляр. Ты молодец. Богатыря заделал.
– Ты? – Валера судорожно сглотнул, словно пытаясь проглотить ком вины, который внезапно подступил к горлу. – Как же так вышло?
– Да, милый, я принимала роды у твоей любовницы, – выплюнула я эти слова, словно яд.
***********
Мне сорок пять, и я узнала об измене мужа. Скажу больше, я принимала роды у его любовницы. Как вам такой поворот? Что дальше?
– Это не обязательно – знать меня. Главное, что у нас есть общий знакомый. Да еще какой! – и смеется. Причем как-то мерзко что ли… Не знаю почему, но я все-таки опускаюсь на скамью рядом с незнакомкой.
– Что-то я сомневаюсь, что у нас с вами могут общие знакомые…
– Поменьше высокомерия, мамаша! Гордыня еще никого лучше не сделала! Ваш муж – теперь и мой муж, – сообщает с каким-то мерзким хихиканьем. После чего тушит сигарету и достает пакетик с семечками.
___
После тридцати лет брака муж нашел себе двадцатилетнюю! Да еще и разводиться не хочет, чтобы не делить имущество.
– Что-то я сомневаюсь, что у нас с вами могут общие знакомые…
– Поменьше высокомерия, мамаша! Гордыня еще никого лучше не сделала! Ваш муж – теперь и мой муж, – сообщает с каким-то мерзким хихиканьем. После чего тушит сигарету и достает пакетик с семечками.
___
После тридцати лет брака муж нашел себе двадцатилетнюю! Да еще и разводиться не хочет, чтобы не делить имущество.
— Как ты мне объяснишь факт, что вы с Юлей давно знакомы? — спрашиваю мужа холодно.
— Что за бред?! Я её впервые вчера увидел! — возмущается он после короткой, едва заметной заминки.
— Она работала курьером в вашей фирме, — не сдаюсь я и делаю шаг вперёд.
— По-твоему, я помню всех мелких сошек, которые когда-то работали вместе со мной?! — злится муж, и его лицо начинает краснеть.
Мой смех наполнен горечью.
— Конечно помнишь, дорогой. Ты помнишь даже тех, с кем в детский сад ходил. У тебя прозвище «Коля-фотоаппарат» из-за твоей феноменальной памяти на лица.
****
Мы прожили двадцать пять лет. Вырастили двоих детей. Но я узнала, что муж мне не просто изменяет, а пошёл на невообразимое предательство. Очень похоже, что он спутался с новой девушкой сына. Это полный крах нашей семьи. Подобного я не прощу.
— Что за бред?! Я её впервые вчера увидел! — возмущается он после короткой, едва заметной заминки.
— Она работала курьером в вашей фирме, — не сдаюсь я и делаю шаг вперёд.
— По-твоему, я помню всех мелких сошек, которые когда-то работали вместе со мной?! — злится муж, и его лицо начинает краснеть.
Мой смех наполнен горечью.
— Конечно помнишь, дорогой. Ты помнишь даже тех, с кем в детский сад ходил. У тебя прозвище «Коля-фотоаппарат» из-за твоей феноменальной памяти на лица.
****
Мы прожили двадцать пять лет. Вырастили двоих детей. Но я узнала, что муж мне не просто изменяет, а пошёл на невообразимое предательство. Очень похоже, что он спутался с новой девушкой сына. Это полный крах нашей семьи. Подобного я не прощу.
— У тебя будет ребенок. От другой. И ты говоришь это так, будто заказал не то блюдо?
Муж пожал плечами. Цинично. Холодно. Чужой.
— Я остаюсь с тобой. Если ты об этом. А ребенка буду содержать. Вполне решаемо. Мать ребенка тоже. Не волнуйся, денег на всех хватит.
— Ты с ума сошел?
— Послушай, Карин… Двадцать лет вместе. Мы даже не семья уже. Мы система. Устроенная. Все работает. И ты прекрасно знаешь, что в сорок лет, не молода, не свежа, не можешь родить… Ты никому не будешь нужна. Так что не драматизируй.
Я смотрела на него и ощущала, как во мне что-то обрывается.
— Я не часть системы, Костя. И не твоя тень. И уж точно не безропотная жена, которая смирится с любовницей.
— Ты не справишься одна, — сказал он в спину.
Я уже шла к двери.
— Смотри внимательно, — бросила через плечо. — Справляюсь прямо сейчас.
Муж пожал плечами. Цинично. Холодно. Чужой.
— Я остаюсь с тобой. Если ты об этом. А ребенка буду содержать. Вполне решаемо. Мать ребенка тоже. Не волнуйся, денег на всех хватит.
— Ты с ума сошел?
— Послушай, Карин… Двадцать лет вместе. Мы даже не семья уже. Мы система. Устроенная. Все работает. И ты прекрасно знаешь, что в сорок лет, не молода, не свежа, не можешь родить… Ты никому не будешь нужна. Так что не драматизируй.
Я смотрела на него и ощущала, как во мне что-то обрывается.
— Я не часть системы, Костя. И не твоя тень. И уж точно не безропотная жена, которая смирится с любовницей.
— Ты не справишься одна, — сказал он в спину.
Я уже шла к двери.
— Смотри внимательно, — бросила через плечо. — Справляюсь прямо сейчас.
Выберите полку для книги