Книги по тегу «горячий кавказ литмоб»: ""
— Сними платок, — хрипло требует он, прижимая меня к стене, едва мы оказываемся в доме над ущельем.
Я вздрагиваю, сердце стучит так, будто пытается вырваться наружу. Его ладонь ложится на мой живот, горячая, тяжёлая, и медленно ползёт вверх, заставляя дыхание сбиться.
— Залим, прошу… Здесь Кавказ, это бесчестно… Ты знаешь…
Он усмехается, прижимается теснее, обжигая губами кожу возле моего уха:
— Бесчестно — это сбежать за день до свадьбы. Твоя сестра разбудила во мне зверя, а кормить его будешь ты, всю ночь напролёт.
Он резко стягивает с меня платок, волосы рассыпаются по плечам, и я, обнажённая его взглядом, понимаю: отсюда, из его рук, уже никуда не сбежать.
Я вздрагиваю, сердце стучит так, будто пытается вырваться наружу. Его ладонь ложится на мой живот, горячая, тяжёлая, и медленно ползёт вверх, заставляя дыхание сбиться.
— Залим, прошу… Здесь Кавказ, это бесчестно… Ты знаешь…
Он усмехается, прижимается теснее, обжигая губами кожу возле моего уха:
— Бесчестно — это сбежать за день до свадьбы. Твоя сестра разбудила во мне зверя, а кормить его будешь ты, всю ночь напролёт.
Он резко стягивает с меня платок, волосы рассыпаются по плечам, и я, обнажённая его взглядом, понимаю: отсюда, из его рук, уже никуда не сбежать.
Беда не приходит одна.
Сначала муж обозвал меня тумбой и ушел к стройной брюнетке ХS-размера.
Потом я повздорила с шеф-поваром одного крутого ресторана, который неправильно подал мне стейк. Он забрызгал меня жиром, а потом нагло облапал и сунул губы в моё декольте.
Думала, оставлю разгромный отзыв этому заведению и больше никогда не встречу нахала.
Но судьба, как известно, любит над нами посмеяться.
Рахим Омаров стал моим важным клиентом.
И какой же отзыв он теперь оставит мне?
Сначала муж обозвал меня тумбой и ушел к стройной брюнетке ХS-размера.
Потом я повздорила с шеф-поваром одного крутого ресторана, который неправильно подал мне стейк. Он забрызгал меня жиром, а потом нагло облапал и сунул губы в моё декольте.
Думала, оставлю разгромный отзыв этому заведению и больше никогда не встречу нахала.
Но судьба, как известно, любит над нами посмеяться.
Рахим Омаров стал моим важным клиентом.
И какой же отзыв он теперь оставит мне?
— Я… перепутала номер, — прошептала я, прижавшись спиной к двери. — Я думала, тут мой жених с любовницей.
— Правда? — Он шагнул ближе, насмешливо прищурившись. — Я прекрасно знаю эти трюки. Сначала выпроваживаете заказанных девушек, а потом сами занимаете их место.
— Нет! Я не эскортница! Это случайность!
— Уже не важно. Я планировал отлично провести эту ночь. И теперь проведу её с тобой.
Я думала, что смогу забыть мужчину, который лишил меня девственности, но жизнь приготовила новый удар: теперь он мой босс.
— Правда? — Он шагнул ближе, насмешливо прищурившись. — Я прекрасно знаю эти трюки. Сначала выпроваживаете заказанных девушек, а потом сами занимаете их место.
— Нет! Я не эскортница! Это случайность!
— Уже не важно. Я планировал отлично провести эту ночь. И теперь проведу её с тобой.
Я думала, что смогу забыть мужчину, который лишил меня девственности, но жизнь приготовила новый удар: теперь он мой босс.
— Скажи честно, Адил, в нашу первую брачную ночь со мной был не ты, да?
Он отвернулся, и я увидела, как напряглись его плечи.
— Какая теперь разница, Айшат? Это была просто необходимость. Старшие должны были убедиться в твоей чистоте.
Его слова были словно пощёчина.
— Ты отдал меня своему брату, как вещь?
Он холодно усмехнулся, не глядя на меня:
— Какая разница, кто был первым, я или мой брат-близнец?
Он отвернулся, и я увидела, как напряглись его плечи.
— Какая теперь разница, Айшат? Это была просто необходимость. Старшие должны были убедиться в твоей чистоте.
Его слова были словно пощёчина.
— Ты отдал меня своему брату, как вещь?
Он холодно усмехнулся, не глядя на меня:
— Какая разница, кто был первым, я или мой брат-близнец?
— Твоя мачеха сама отдала тебя мне на утеху, девочка. Так что привыкай, теперь ты моя.
Эти жестокие слова Юсуфа растоптали мою честь и разрушили жизнь. Моя мачеха решила избавиться от меня, узнав, что я стала свидетельницей её позора. Я оказалась в руках безжалостного мужчины, который теперь вершит мою судьбу. Он враг, похититель, мучитель… Но почему тогда моё сердце замирает рядом с ним, и почему мне всё сложнее сопротивляться запретному влечению к тому, кто безжалостно отнял у меня всё?
Эти жестокие слова Юсуфа растоптали мою честь и разрушили жизнь. Моя мачеха решила избавиться от меня, узнав, что я стала свидетельницей её позора. Я оказалась в руках безжалостного мужчины, который теперь вершит мою судьбу. Он враг, похититель, мучитель… Но почему тогда моё сердце замирает рядом с ним, и почему мне всё сложнее сопротивляться запретному влечению к тому, кто безжалостно отнял у меня всё?
— Что происходит, Багир? — спрашиваю у мужа, когда захожу в спальню. — Почему в нашей постели… чужая женщина?
— Знакомься, это Ариана, — усмехается мой муж Багир Усманов, успешный и влиятельный кавказский бизнесмен, — она родит мне наследника вместо тебя, пустоцвета, а ты, Лиля, останешься при ней служанкой, будешь выполнять всё её капризы…
Нет, это всё какой-то страшный сон!
— Багир, — пячусь испуганно, потому что не узнаю собственного мужа, — это шутка?
— Нет, — Багир хватает меня за руку, — моё слово в этом доме закон, и ты обязана его выполнять. Будешь во всём слушаться Ариану.
Весь мир мой рушится за одну секунду.
Я не верю, что это происходит со мной.
— Багир, — шепчу в ужасе, — но… мы с тобой мечтали о ребёнке… у меня ещё есть шанс забеременеть…
— Нет, — отрезает он, — мне больше не нужен ребёнок от тебя, с этого момента ты просто служанка. А если каким-то чудом залетишь, заставлю тебя сделать аборт…
— Знакомься, это Ариана, — усмехается мой муж Багир Усманов, успешный и влиятельный кавказский бизнесмен, — она родит мне наследника вместо тебя, пустоцвета, а ты, Лиля, останешься при ней служанкой, будешь выполнять всё её капризы…
Нет, это всё какой-то страшный сон!
— Багир, — пячусь испуганно, потому что не узнаю собственного мужа, — это шутка?
— Нет, — Багир хватает меня за руку, — моё слово в этом доме закон, и ты обязана его выполнять. Будешь во всём слушаться Ариану.
Весь мир мой рушится за одну секунду.
Я не верю, что это происходит со мной.
— Багир, — шепчу в ужасе, — но… мы с тобой мечтали о ребёнке… у меня ещё есть шанс забеременеть…
— Нет, — отрезает он, — мне больше не нужен ребёнок от тебя, с этого момента ты просто служанка. А если каким-то чудом залетишь, заставлю тебя сделать аборт…
— Ты реально до сих пор девственница? — шепчет босс мне на ухо. — Тогда я первым буду…
— Пожалуйста, не надо! — хватаюсь за футболку, чтобы прикрыть грудь.
— Поздно, — говорит он, — Будешь моим подарочком на Новый Год, иначе...
Я сфотографировала своего босса обнаженным в его постели.
И написала об этом в личном дневнике, приправив от себя пикантными подробностями.
За что мой кавказский босс решил наказать меня в новогоднюю ночь по всей строгости…
В своей постели.
— Пожалуйста, не надо! — хватаюсь за футболку, чтобы прикрыть грудь.
— Поздно, — говорит он, — Будешь моим подарочком на Новый Год, иначе...
Я сфотографировала своего босса обнаженным в его постели.
И написала об этом в личном дневнике, приправив от себя пикантными подробностями.
За что мой кавказский босс решил наказать меня в новогоднюю ночь по всей строгости…
В своей постели.
— Кто вы? — прошептала я, глядя на светловолосую женщину с ребёнком.
— Я жена Мансура, — спокойно ответила она. — Мы живём здесь, на базе.
Я повернулась к мужу, сердце разрывалось от боли:
— Мансур… объясни…
Он не отвёл взгляд, лишь сухо бросил:
— Мужчине нужна женщина. Особенно на войне. Всевышний разрешает иметь до четырёх жён. Я не сделал ничего плохого.
Пока я годами терпела унижения его матери, растила наших детей одна, ночами вздрагивала от каждого стука в дверь, боясь услышать страшную весть, он спокойно завёл другую семью прямо здесь, на военной базе.
— Теперь он наш общий муж, — мягко добавила Лена, будто жалела меня. — Придётся принять.
— Я жена Мансура, — спокойно ответила она. — Мы живём здесь, на базе.
Я повернулась к мужу, сердце разрывалось от боли:
— Мансур… объясни…
Он не отвёл взгляд, лишь сухо бросил:
— Мужчине нужна женщина. Особенно на войне. Всевышний разрешает иметь до четырёх жён. Я не сделал ничего плохого.
Пока я годами терпела унижения его матери, растила наших детей одна, ночами вздрагивала от каждого стука в дверь, боясь услышать страшную весть, он спокойно завёл другую семью прямо здесь, на военной базе.
— Теперь он наш общий муж, — мягко добавила Лена, будто жалела меня. — Придётся принять.
- Ваш сын убил моего брата. Нам нужна его голова!
- Как можно договориться? Асланчик наш единственный кормилец! Его нельзя в тюрьму! - затрепещала мама, пока я подслушивала у двери.
- Вы забрали у нас брата, мы заберем у вас кормильца.
- Не надо его! Лучше заберите дочь! Вы жениться планировали, а Маринка хорошая хозяйка. Она нам все равно не нужна, будет служить вам до конца жизни, но Асланчика оставьте.
Мужчина с жгучими карими глазами посмотрел сквозь маму и столкнулся взглядом со мной. Он самый страшный и жестокий человек в округе, перед которым преклонялись даже воры в законе, а я... та самая Маринка, которая будет служить ему до конца жизни.
- Как можно договориться? Асланчик наш единственный кормилец! Его нельзя в тюрьму! - затрепещала мама, пока я подслушивала у двери.
- Вы забрали у нас брата, мы заберем у вас кормильца.
- Не надо его! Лучше заберите дочь! Вы жениться планировали, а Маринка хорошая хозяйка. Она нам все равно не нужна, будет служить вам до конца жизни, но Асланчика оставьте.
Мужчина с жгучими карими глазами посмотрел сквозь маму и столкнулся взглядом со мной. Он самый страшный и жестокий человек в округе, перед которым преклонялись даже воры в законе, а я... та самая Маринка, которая будет служить ему до конца жизни.
Выберите полку для книги