Подборка книг по тегу: "деревня"
Те, кто расплатился за чужую подлость,
Уходил под пули прямо, не сутулясь,
Превращаясь в слезы,
Превращаясь в гордость,
В синие таблички деревенских улиц...
Игорь Растеряев
Уходил под пули прямо, не сутулясь,
Превращаясь в слезы,
Превращаясь в гордость,
В синие таблички деревенских улиц...
Игорь Растеряев
— Ма-а-акс! Почему мы в одной кровати? — прохрипела не своим голосом.
— Потому что муж и жена спят в одной постели, так принято, прикинь, — проговорил тот, поворачиваясь набок и демонстрируя мне свою идеальную накаченную задницу, обтянутую черными боксерами.
— К… Какие муж и жена? — заикаясь, проговорила я, а сама бессовестно пялилась на него, борясь с желанием прикоснуться к телу, словно выточенному из камня. — Ты спятил?
— Потому что муж и жена спят в одной постели, так принято, прикинь, — проговорил тот, поворачиваясь набок и демонстрируя мне свою идеальную накаченную задницу, обтянутую черными боксерами.
— К… Какие муж и жена? — заикаясь, проговорила я, а сама бессовестно пялилась на него, борясь с желанием прикоснуться к телу, словно выточенному из камня. — Ты спятил?
Я сбежала. Предательство, разбитые иллюзии, парень, который целовал другую у меня на глазах, — всё это стало слишком тяжело.
Уехала в деревню где прошло моё детство.
Я надеялась, что тишина, солнце и грядки исцелят меня. Но вместо покоя получила: соседа-байкера с ужасным характером.
— Что, права купила, а тормоза забыла?
Она резко поворачивается. Хмурится.
— А вы, я смотрю, эксперт по жизни?
— Да нет. Просто наблюдаю. И думаю: канава — не самое удачное место для парковки.
— Серьёзно?
Уехала в деревню где прошло моё детство.
Я надеялась, что тишина, солнце и грядки исцелят меня. Но вместо покоя получила: соседа-байкера с ужасным характером.
— Что, права купила, а тормоза забыла?
Она резко поворачивается. Хмурится.
— А вы, я смотрю, эксперт по жизни?
— Да нет. Просто наблюдаю. И думаю: канава — не самое удачное место для парковки.
— Серьёзно?
– Зоя! – опять крикнул Илья тем самым, игривым, голосом.
Зоя обернулась, придержав полотенце.
– Подарю миску клубники, руку и сердце если на тебе красные трусики! – весело сказал Илья, протягивая через забор тазик с красной, очень красивой ягодой.
– Вот ты совсем дурак, и не лечишься. Пройди диспансеризацию! – крикнула она, и направилась в дом, но тот снова через смех позвал её.
– Бери-бери ягоду, соседка! Варенье сваришь!
Зоя остановилась, поправив наверченное на голове полотенце.
– Сейчас не рабыня перед тобой! – сказала она с интонацией гордой хюррем, погрозила наглому соседу пальцем, а потом развернулась и ушла с высоко поднятой головой.
Зоя обернулась, придержав полотенце.
– Подарю миску клубники, руку и сердце если на тебе красные трусики! – весело сказал Илья, протягивая через забор тазик с красной, очень красивой ягодой.
– Вот ты совсем дурак, и не лечишься. Пройди диспансеризацию! – крикнула она, и направилась в дом, но тот снова через смех позвал её.
– Бери-бери ягоду, соседка! Варенье сваришь!
Зоя остановилась, поправив наверченное на голове полотенце.
– Сейчас не рабыня перед тобой! – сказала она с интонацией гордой хюррем, погрозила наглому соседу пальцем, а потом развернулась и ушла с высоко поднятой головой.
– Ну, Машка, ну ты и попала!
С этими словами он все же отнял мой телефон, отбросил его на столик, а затем поднял меня на руки и закинул себе на плечо. Все это произошло так быстро, что я буквально потеряла ориентацию в пространстве и очнулась, только когда оказалась вверх тормашками.
- А-а-ах! – пискнула я и замолотила его кулаками по спине. – Что вы себе позволяете! Отпустите немедленно! Я вам не мешок с картошкой! У меня, вообще-то, кухня чуть не сгорела!
- Можешь кричать сколько хочешь, тебе это не поможет! – сказал он и властно обхватил рукой мои бедра. Слегка встряхнув, он уложил меня удобнее и шагнул прочь.
- Что?
- Что слышала. Я намерен это сделать, и даже все твои несколько тысяч подписчиков меня не остановят, - сказав это, он еще и шлепнул меня по ягодицам. Не больно, но обидно!
- А-а-а, - взвизгнула я, но он уже выносил меня из моей же кухни, закинув себе на плечо. – Куда вы меня тащите? Па-а-а-ма-ги-те-е!
С этими словами он все же отнял мой телефон, отбросил его на столик, а затем поднял меня на руки и закинул себе на плечо. Все это произошло так быстро, что я буквально потеряла ориентацию в пространстве и очнулась, только когда оказалась вверх тормашками.
- А-а-ах! – пискнула я и замолотила его кулаками по спине. – Что вы себе позволяете! Отпустите немедленно! Я вам не мешок с картошкой! У меня, вообще-то, кухня чуть не сгорела!
- Можешь кричать сколько хочешь, тебе это не поможет! – сказал он и властно обхватил рукой мои бедра. Слегка встряхнув, он уложил меня удобнее и шагнул прочь.
- Что?
- Что слышала. Я намерен это сделать, и даже все твои несколько тысяч подписчиков меня не остановят, - сказав это, он еще и шлепнул меня по ягодицам. Не больно, но обидно!
- А-а-а, - взвизгнула я, но он уже выносил меня из моей же кухни, закинув себе на плечо. – Куда вы меня тащите? Па-а-а-ма-ги-те-е!
После развода я сбежала из города в деревню. Хотелось одного — покоя. Но вместо тишины и умиротворения я получила… соседа.
Он построил коттедж, поставил забор, который заслонил мне половину огорода, и ходит мимо с таким лицом, будто он тут выше всех.
А я не собираюсь мириться.
— Эй! — кричу соседу через ворота. — Это что за безобразие?! Вы мне весь огород загородили!
Он смотрит сверху вниз. Огромный, как медведь. И отвечает безразлично:
— И что?
И что?.. И что?! Ладно! Не хочет договориться мирно, значит, будет война!
Сказано — сделано. Я пошла до конца, чтобы вернуть свой прежний покой. Но не знала, что все самое важное в моей жизни уже началось. С одного надменного и холодного взгляда.
Он построил коттедж, поставил забор, который заслонил мне половину огорода, и ходит мимо с таким лицом, будто он тут выше всех.
А я не собираюсь мириться.
— Эй! — кричу соседу через ворота. — Это что за безобразие?! Вы мне весь огород загородили!
Он смотрит сверху вниз. Огромный, как медведь. И отвечает безразлично:
— И что?
И что?.. И что?! Ладно! Не хочет договориться мирно, значит, будет война!
Сказано — сделано. Я пошла до конца, чтобы вернуть свой прежний покой. Но не знала, что все самое важное в моей жизни уже началось. С одного надменного и холодного взгляда.
Затылок пронзило неприятное ощущение, когда чувствуешь, что на тебя смотрят. Причем смотрят так, что хочется проверить, не прорвались ли шорты в самом неприличном месте. Я замерла с тряпкой в руке, и осторожно глянула между своих ног. Мужик! Обутый!
— Твою дивизию! — Выползая из-под стола, я уже готовила гневную тираду. Очередной хахаль хозяйки, видимо, решил, что здесь проходная комната.
— Совсем офонарели?! — я поднялась во весь рост и уперла руки в боки. — Пол только что вымыла! Только что! А вы тут в своих... запнулась, потому что передо мной стоял не типичный любовник моей работодательницы. Этот мужчина был... другой.
— И часто у Елены Сергеевны гости? — мужик так прищурился подозрительно, как будто допрашивает. Я аж себя в полиции почувствовала. Хоть никогда и не привлекалась. И тут до меня дошло!
— Так вы не... Вернее, вы... — я провела взглядом по пустой каминной полке, на которой отродясь семейных фото не было. — Вы и есть ее... "масик"?
— Предпочитаю все же Назар.
— Твою дивизию! — Выползая из-под стола, я уже готовила гневную тираду. Очередной хахаль хозяйки, видимо, решил, что здесь проходная комната.
— Совсем офонарели?! — я поднялась во весь рост и уперла руки в боки. — Пол только что вымыла! Только что! А вы тут в своих... запнулась, потому что передо мной стоял не типичный любовник моей работодательницы. Этот мужчина был... другой.
— И часто у Елены Сергеевны гости? — мужик так прищурился подозрительно, как будто допрашивает. Я аж себя в полиции почувствовала. Хоть никогда и не привлекалась. И тут до меня дошло!
— Так вы не... Вернее, вы... — я провела взглядом по пустой каминной полке, на которой отродясь семейных фото не было. — Вы и есть ее... "масик"?
— Предпочитаю все же Назар.
Немолодая женщина готовится отпраздновать юбилей. Тяжело переживая своё одиночество, она загадывает желание: вновь встретиться с возлюбленным, с которым когда-то разлучили её родственники и односельчане. Тем временем над селом восходит Кровавая Луна, а из леса выходит рецидивист. Дальнейшие события помогут героине переосмыслить свою жизнь и на этот раз сделать правильный выбор.
Полина спасла старушку, вовремя оказав помощь, помогла той встать на ноги после больницы, а потом оказалась выброшенной за порог неблагодарным мужланом, оказавшимся внуком бабушки. Теперь ей придётся вернуться домой с позором.
Костик рос добрым мальчиком, но жизни в Европе превратила его в циничного мужчину, неспособного, казалось бы, на добрые чувства. И только бабушка знает, что под ледяным панцирем успешного бизнесмена спрятано ранимое живое сердце. Немного шантажа, щепотка драматизации… Главное успеть, ведь врачи дали сроку не больше полугода, а внучок “бесхозный”.
Костик рос добрым мальчиком, но жизни в Европе превратила его в циничного мужчину, неспособного, казалось бы, на добрые чувства. И только бабушка знает, что под ледяным панцирем успешного бизнесмена спрятано ранимое живое сердце. Немного шантажа, щепотка драматизации… Главное успеть, ведь врачи дали сроку не больше полугода, а внучок “бесхозный”.
Шестилетнего Митьку, отданного на лето в деревню, мучают ночные кошмары. Это бесы охотятся за ним. С каждым разом они подбираются всё ближе и ближе. Бабушка говорит, что крещёному мальчику ничего не грозит, а дед подсказывает мужское решение проблемы.
Выберите полку для книги