Книги по тегу «измена и предательство»: ""
- Ты что здесь делаешь?! - раздраженно бросает муж, даже не пытаясь прикрыться.
Я смотрю на него и не узнаю человека, которого любила столько лет.
- Вообще-то я думала, ты готовишь мне сюрприз на день рождения, - отвечаю я с горькой улыбкой. - Только не думала, что сюрпризом будет твоя измена в нашей постели...
- Помалкивай и радуйся, что я вообще тебя содержу, - холодно заявляет он. - А она теперь будет всегда. И ты это примешь!..
Я была уверена, что муж просто забыл меня поздравить. Как же сильно я ошибалась…
Я ухожу, с твердым решением подать на развод. И в тот же день судьба сталкивает меня с мужчиной, которого я знаю много лет. Только я еще не знаю, что эта встреча изменит не просто мою жизнь.
Она разрушит весь мир моего бывшего. И покажет мне, какой на самом деле может быть жизнь после предательства…
Я смотрю на него и не узнаю человека, которого любила столько лет.
- Вообще-то я думала, ты готовишь мне сюрприз на день рождения, - отвечаю я с горькой улыбкой. - Только не думала, что сюрпризом будет твоя измена в нашей постели...
- Помалкивай и радуйся, что я вообще тебя содержу, - холодно заявляет он. - А она теперь будет всегда. И ты это примешь!..
Я была уверена, что муж просто забыл меня поздравить. Как же сильно я ошибалась…
Я ухожу, с твердым решением подать на развод. И в тот же день судьба сталкивает меня с мужчиной, которого я знаю много лет. Только я еще не знаю, что эта встреча изменит не просто мою жизнь.
Она разрушит весь мир моего бывшего. И покажет мне, какой на самом деле может быть жизнь после предательства…
— Не надо устраивать сцен, Маша, — голос моей сестры звучит буднично, будто мы обсуждаем покупку обоев. — Мы взрослые люди. Давай просто сядем на кухне и все решим.
— Решим... что? — хриплый шепот срывается с моих губ.
— Что твой муж не только твой, — выгибает бровь сестра. — И что детей у него больше, чем ты думаешь.
Растерянность внутри меня исчезает. Появляется злость и уверенность, что я не тряпка. Ноги о меня вытереть не получится.
— Значит, твои близняшки от него, — шепчу я, делая шаг навстречу Милане. Расстояние между нами сокращается. Я чувствую тепло ее дыхания на своей щеке. — И когда же ты забеременела, дорогая сестра? До моей свадьбы или после?
— Во время твоей свадьбы, Машуня, — ухмыляется сестра, и у меня темнеет перед глазами.
____
Остро, больно, эмоционально 🔥
Счастливый финал для тех, кто заслужил ✨
— Решим... что? — хриплый шепот срывается с моих губ.
— Что твой муж не только твой, — выгибает бровь сестра. — И что детей у него больше, чем ты думаешь.
Растерянность внутри меня исчезает. Появляется злость и уверенность, что я не тряпка. Ноги о меня вытереть не получится.
— Значит, твои близняшки от него, — шепчу я, делая шаг навстречу Милане. Расстояние между нами сокращается. Я чувствую тепло ее дыхания на своей щеке. — И когда же ты забеременела, дорогая сестра? До моей свадьбы или после?
— Во время твоей свадьбы, Машуня, — ухмыляется сестра, и у меня темнеет перед глазами.
____
Остро, больно, эмоционально 🔥
Счастливый финал для тех, кто заслужил ✨
– Ты сводишь меня с ума, Лола, – выдохнул мой супруг, обнимая бывшую жену. – Я не могу ничего с собой поделать. Ты для меня как магнит… Ты подлая обманщица, грязная девка, но я никого так не любил…
Моё сердце пропустило удар, а затем рухнуло вниз. Никого так не любил?.. А как же я? Он ведь еще утром целовал меня и клялся, что такой другой не найти.
– Согласись быть моей, – шептал Андрей. – Просто согласись и я всё брошу… Я снова женюсь на тебе…
Моё сердце пропустило удар, а затем рухнуло вниз. Никого так не любил?.. А как же я? Он ведь еще утром целовал меня и клялся, что такой другой не найти.
– Согласись быть моей, – шептал Андрей. – Просто согласись и я всё брошу… Я снова женюсь на тебе…
КНИГА ЗАВЕРШЕНА!!
-Я должна избавиться от беременности, потому что ты сделал ребенка «безутешной» вдове своего брата? - голос дрожит, пока я смотрю на мужа сквозь пелену боли.
Арслан резко тормозит у обочины и поворачивается ко мне. Его взгляд тёмный, чужой.
-Я устал от твоих истерик, Злата.
У меня внутри всё обрывается.
Потому что ещё недавно этот мужчина целовал мои ладони, прижимал к себе по ночам и клялся, что я - вся его жизнь.
А теперь жена его погибшего брата беременна.
И вся их семья уже живёт только этим ребёнком. Мне и моему малышу нет места в этой идеальной картинке.
-Значит, это правда. Вероника беременна от тебя, - шепчу, задыхаясь.
Я смотрю на мужа, не веря, что это происходит с нами.
-Я с тобой развожусь. Ты мне больше никто!
Арслан проводит рукой по моему лицу и хрипло бросает:
-Ты моя жена. Развода не будет. Ребенок не помешает нашей семье.
Муж предал меня, а я унесла под сердцем свою тайну. Пока однажды не случилось то, что изменило всю нашу жизнь
-Я должна избавиться от беременности, потому что ты сделал ребенка «безутешной» вдове своего брата? - голос дрожит, пока я смотрю на мужа сквозь пелену боли.
Арслан резко тормозит у обочины и поворачивается ко мне. Его взгляд тёмный, чужой.
-Я устал от твоих истерик, Злата.
У меня внутри всё обрывается.
Потому что ещё недавно этот мужчина целовал мои ладони, прижимал к себе по ночам и клялся, что я - вся его жизнь.
А теперь жена его погибшего брата беременна.
И вся их семья уже живёт только этим ребёнком. Мне и моему малышу нет места в этой идеальной картинке.
-Значит, это правда. Вероника беременна от тебя, - шепчу, задыхаясь.
Я смотрю на мужа, не веря, что это происходит с нами.
-Я с тобой развожусь. Ты мне больше никто!
Арслан проводит рукой по моему лицу и хрипло бросает:
-Ты моя жена. Развода не будет. Ребенок не помешает нашей семье.
Муж предал меня, а я унесла под сердцем свою тайну. Пока однажды не случилось то, что изменило всю нашу жизнь
– Лидия и дети – это тоже моя семья. Если тебя не устраивает – всегда можно потерпеть! – заявляет муж раздраженно.
– Терпеть твою вторую семью? – не верю своим ушам.
– Главная добродетель женщины – это терпение, родная моя. Потерпишь вторую семью, потерпишь мои отлучки. И потерпишь появление наших с Лидой и близнецов в своём окружении. Заодно поможешь ей с ними, своих-то уже вырастила.
– Значит, ты сделал выбор не в пользу меня.
– Такому мужику, как я, не надо выбирать. Он может взять все. Даже если кто-то против!
Помогать Лидии с близнецами я не стала.
Оставила за спиной двадцать пять лет брака и решила начать новую жизнь.
– Терпеть твою вторую семью? – не верю своим ушам.
– Главная добродетель женщины – это терпение, родная моя. Потерпишь вторую семью, потерпишь мои отлучки. И потерпишь появление наших с Лидой и близнецов в своём окружении. Заодно поможешь ей с ними, своих-то уже вырастила.
– Значит, ты сделал выбор не в пользу меня.
– Такому мужику, как я, не надо выбирать. Он может взять все. Даже если кто-то против!
Помогать Лидии с близнецами я не стала.
Оставила за спиной двадцать пять лет брака и решила начать новую жизнь.
10 лет брака — казалось бы, нерушимый союз. Но за месяц до венчания, я получаю доказательства измены мужа. Вместо слёз и отчаяния я выбираю путь мести, осознавая, что «большой грех» требует ответа.
Фотография.
Мой муж. В постели. Он спит, а к нему прижалась полуголая девица. У нее тонкая талия, прикрыта простыней. Ее рука лежит на его голой спине, властно, обладающе.
Лица этой мерзавки не видно, только темные, растрепанные волосы, рассыпанные по подушке рядом с его головой. Но тело молодое, наглое, уверенное в своем праве быть здесь.
И под фото текст, от которого сердце начинает бешено стучать.
«Он красиво вешает тебе лапшу на уши, пока спит со мной. А после называет любимой».
Что?!
Что за грязь?!
Кто это вообще?!
Еще одно сообщение. Видео. Тот же кадр. Камера чуть ближе. Она закидывает свою безупречно стройную ногу на него.
Мысли несутся вихрем, сталкиваясь, разбиваясь. Москва. Командировка. Важные переговоры. «Скучаю, родная». Лапша на уши. Любимая.
Любимая?!
Фотография.
Мой муж. В постели. Он спит, а к нему прижалась полуголая девица. У нее тонкая талия, прикрыта простыней. Ее рука лежит на его голой спине, властно, обладающе.
Лица этой мерзавки не видно, только темные, растрепанные волосы, рассыпанные по подушке рядом с его головой. Но тело молодое, наглое, уверенное в своем праве быть здесь.
И под фото текст, от которого сердце начинает бешено стучать.
«Он красиво вешает тебе лапшу на уши, пока спит со мной. А после называет любимой».
Что?!
Что за грязь?!
Кто это вообще?!
Еще одно сообщение. Видео. Тот же кадр. Камера чуть ближе. Она закидывает свою безупречно стройную ногу на него.
Мысли несутся вихрем, сталкиваясь, разбиваясь. Москва. Командировка. Важные переговоры. «Скучаю, родная». Лапша на уши. Любимая.
Любимая?!
Моя голова начинает кружиться. Я пытаюсь найти логическое объяснение. Может, он зашел сюда по работе? Может, это какая-то встреча? Может...
– Куда вы?! – кричит Лидия, но я уже делаю шаг внутрь квартиры. – Стойте! Я вам не разрешала! Вы не имеете права!
Я не слышу ее. Я иду дальше, в глубь квартиры. Прихожая переходит в гостиную. Дорогой интерьер, вкус, стиль.
На диване лежит спортивный костюм моего мужа. Что он здесь делает?
– Вы должны уйти! Немедленно! – Лидия хватает меня за руку, пытается развернуть к выходу.
Но я слышу звук льющейся воды из ванной комнаты.
Я вырываюсь из ее хватки и иду туда.
Толкаю дверь ванной.
И вижу его.
Моего мужа.
Он выходит из душевой кабины, обматываясь белым пушистым полотенцем. Его тело загорелое, красивое, мускулистое, с каплями воды на широких плечах.
Он поднимает голову – и видит меня.
Время замирает.
– Куда вы?! – кричит Лидия, но я уже делаю шаг внутрь квартиры. – Стойте! Я вам не разрешала! Вы не имеете права!
Я не слышу ее. Я иду дальше, в глубь квартиры. Прихожая переходит в гостиную. Дорогой интерьер, вкус, стиль.
На диване лежит спортивный костюм моего мужа. Что он здесь делает?
– Вы должны уйти! Немедленно! – Лидия хватает меня за руку, пытается развернуть к выходу.
Но я слышу звук льющейся воды из ванной комнаты.
Я вырываюсь из ее хватки и иду туда.
Толкаю дверь ванной.
И вижу его.
Моего мужа.
Он выходит из душевой кабины, обматываясь белым пушистым полотенцем. Его тело загорелое, красивое, мускулистое, с каплями воды на широких плечах.
Он поднимает голову – и видит меня.
Время замирает.
— Аня, наш брак закончился. Уже давно. Ты же сама это чувствуешь.
Молодая особа встаёт, кладёт руку ему на плечо.
— Ты должна съехать сегодня, — продолжает Дима просто. — Я собрал твои вещи. Самое необходимое. Остальное заберёшь потом, когда договоримся о времени.
Я смотрю на него. На человека, с которым прожила восемь лет. Который клялся любить меня в горе и в радости.
— Сегодня мне вручили премию, — говорю я тихо. — Я звонила тебе, как ты…
— Поздравляю, — перебивает он. — Но это ничего не меняет, Ань. Мы с тобой разные люди. Ты с твоими книгами, стариками, проектами. Я вырос. Мне нужна другая женщина. Яркая, современная.
Лена улыбается. Довольная, как кошка.
— Аня, не обижайся, — говорит она, и в голосе слышится фальшивое сочувствие. — Просто так вышло. Любовь — это не то, что можно контролировать.
Я обращаю внимание на ее наглое, довольное лицо.
— Не смей, — говорю я, и мой голос звучит злобно. — Не смей
говорить мне про любовь. Любовь — это не спать с чужим мужем.
Молодая особа встаёт, кладёт руку ему на плечо.
— Ты должна съехать сегодня, — продолжает Дима просто. — Я собрал твои вещи. Самое необходимое. Остальное заберёшь потом, когда договоримся о времени.
Я смотрю на него. На человека, с которым прожила восемь лет. Который клялся любить меня в горе и в радости.
— Сегодня мне вручили премию, — говорю я тихо. — Я звонила тебе, как ты…
— Поздравляю, — перебивает он. — Но это ничего не меняет, Ань. Мы с тобой разные люди. Ты с твоими книгами, стариками, проектами. Я вырос. Мне нужна другая женщина. Яркая, современная.
Лена улыбается. Довольная, как кошка.
— Аня, не обижайся, — говорит она, и в голосе слышится фальшивое сочувствие. — Просто так вышло. Любовь — это не то, что можно контролировать.
Я обращаю внимание на ее наглое, довольное лицо.
— Не смей, — говорю я, и мой голос звучит злобно. — Не смей
говорить мне про любовь. Любовь — это не спать с чужим мужем.
– Я не просто так разбила! – выкрикивает дочка, и у меня сердце падает куда‑то в желудок. – Это её машина. Я хотела, чтобы папа ее бросил.
– Кого бросил? – спрашиваю тихо, почти шепчу…
– Лину, – выдыхает Катя и тут же снова сжимается, как ежик.
В кабинете становится так тихо, что слышно, как тикают стрелки на круглых часах. Володя прячет глаза, челюсть ходит. На лице – маска, которую он надевал на совещания, когда его прижимали.
– Кто такая Лина? – спрашивает он неестественно ровно.
Катя переводит взгляд на него. Небольшая пауза – как перед тем, как сорваться с трамплина. Потом произносит очень чётко:
– Это твоя любовница, папа. Неужели ты забыл?
________
– Кого бросил? – спрашиваю тихо, почти шепчу…
– Лину, – выдыхает Катя и тут же снова сжимается, как ежик.
В кабинете становится так тихо, что слышно, как тикают стрелки на круглых часах. Володя прячет глаза, челюсть ходит. На лице – маска, которую он надевал на совещания, когда его прижимали.
– Кто такая Лина? – спрашивает он неестественно ровно.
Катя переводит взгляд на него. Небольшая пауза – как перед тем, как сорваться с трамплина. Потом произносит очень чётко:
– Это твоя любовница, папа. Неужели ты забыл?
________
— Хватит, — муж ударил по столу кулаком.
Я подпрыгнула, гости шокировано распахнули рты.
— Хватит, Поля, этой идиллии, тошнит уже, — сухо сказал он. — Сколько еще мы будем играть роль примерной семьи? Год, два, десять? Маринка выросла, а чувства угасли… с меня хватит.
Он встал, бросил салфетку на стол, посмотрел на меня долгим тяжелым взглядом.
— Мы разводимся. Я другую нашел, мне надоело есть твои борщи.
***
Тогда муж еще не знал, что через несколько лет та, другая, оставит его в инвалидном кресле без гроша и я буду единственной, к кому он решит обратиться.
Я подпрыгнула, гости шокировано распахнули рты.
— Хватит, Поля, этой идиллии, тошнит уже, — сухо сказал он. — Сколько еще мы будем играть роль примерной семьи? Год, два, десять? Маринка выросла, а чувства угасли… с меня хватит.
Он встал, бросил салфетку на стол, посмотрел на меня долгим тяжелым взглядом.
— Мы разводимся. Я другую нашел, мне надоело есть твои борщи.
***
Тогда муж еще не знал, что через несколько лет та, другая, оставит его в инвалидном кресле без гроша и я буду единственной, к кому он решит обратиться.
Выберите полку для книги