Книги по тегу «моральный выбор»: ""
История о юном сироте Диме, чей талант игры на гитаре привлекает внимание богатого мецената. Но готов ли музыкант променять свободу творчества на богатство? Трогательная история о цене истинного дара.
"Человек - это звучит гордо! Erde, Erde über alles!"
Человек – это тот, у кого есть душа. И если Церковь Господня решила, что у жителей других планет, как бы они ни были разумны, души не имеется, их нужно уничтожить как особо опасных представителей инопланетной фауны. Солдаты, которые будут заниматься зачисткой, пройдут потом курс реабилитации. Если же солдат не захочет наблюдаться у психолога, это его проблемы.
Человек – это тот, у кого есть душа. И если Церковь Господня решила, что у жителей других планет, как бы они ни были разумны, души не имеется, их нужно уничтожить как особо опасных представителей инопланетной фауны. Солдаты, которые будут заниматься зачисткой, пройдут потом курс реабилитации. Если же солдат не захочет наблюдаться у психолога, это его проблемы.
Людей делят на три типа: оптимисты, пессимисты и реалисты. Я же к ним не принадлежу. Ведь на все вещи у меня свой, иной взгляд. И этим взглядом я хочу поделиться с обществом. Быть может, найдутся единомышленники?
Казалось бы, профессией палача в наше время никого не удивишь. Но Влад Морозов - палач необычный. Ему для работы не требуются ни оружие, ни даже руки. Только мозг, ибо он способен запускать цепочки событий, приводящие приговоренного к смерти. А задания ему выдает таинственный Магистр, вешая над приговоренными невидимые взглядам простых смертных знаки.
Её зовут Соня. она домохозяйка. Жрать варит, телевизор смотрит. Так думает о ней её парень. Он даёт ей деньги и считает, что этого достаточно для её счастья. Интересно, она с этим согласна?
Пока остальные люди скрывают свои тёмные стороны, Алиса ими наслаждается. Вся её жизнь — нескончаемый поиск острых ощущений, головокружительного азарта.
Она — женщина без принципов и прошлого — ворвалась в мой серый мир разрушающим, всепоглощающим ураганом хаоса. Не умеющим останавливаться ни перед нормами морали, ни перед законом.
Теперь я сделаю всё, чего она пожелает. Потому что больше не умею жить как прежде.
Она — женщина без принципов и прошлого — ворвалась в мой серый мир разрушающим, всепоглощающим ураганом хаоса. Не умеющим останавливаться ни перед нормами морали, ни перед законом.
Теперь я сделаю всё, чего она пожелает. Потому что больше не умею жить как прежде.
"Тусклое безвидное Ничто – вот что такое смерть, думал Костя. Пустота, забавляющаяся с отлетевшей в горние выси душой как ей вздумается. Играющая с мышью кошка.
Коська вспоминал.
Прошлое, настоящее, будущее. Его, чьё-то, вообще чужое, но могущее быть – его.
Хорошее, плохое, никакое… Разное.
Не жил – вспоминал. Тонул, бултыхался в аморфном, размытом, гадко-кисельным Ничто и – вспоминал.
Щёлк-щёлк-щёлк-щёлк… Клацанье выключателя сливалось в сплошной мерный стрёкот часового механизма.
Выключатель в который раз щёлкал, подгоняя реальность к надлежащим лекалам, и оставлял Коську наедине с его собственным выбором".
Коська вспоминал.
Прошлое, настоящее, будущее. Его, чьё-то, вообще чужое, но могущее быть – его.
Хорошее, плохое, никакое… Разное.
Не жил – вспоминал. Тонул, бултыхался в аморфном, размытом, гадко-кисельным Ничто и – вспоминал.
Щёлк-щёлк-щёлк-щёлк… Клацанье выключателя сливалось в сплошной мерный стрёкот часового механизма.
Выключатель в который раз щёлкал, подгоняя реальность к надлежащим лекалам, и оставлял Коську наедине с его собственным выбором".
Он был мальчишкой-сорванцом из северного горного племени, а стал правителем сильного королевства. Как научить юного принца быть достойным наследником своего отца? Только личным примером. Или для начала - страшным рассказом о таинственном приключении, пережитом королём в детстве...
Soft cyberpunk.
"Едва уловимая тень в зеркале, призрак, намёк на чьё-то присутствие, и вот – отражение размывается, рябит: "дождь" из стеклистых нитей перекраивает лицо и фигуру, лепит образ за образом, маску за маской, подстраиваясь под единственную и неповторимую тебя; замерев на мгновение, тает снеговиком на солнце и опять преображается, затягивая в искристый водоворот. От беспрестанных превращений кружится голова. Наконец рябь пропадает; чужое, угловатое, точно составленное из прозрачных граней лицо смотрит цепко, насмешливо. Калейдоскоп радужки без зрачков, треугольник носа, широкая щель рта. Не я, не человек, нечто. Сквозь очертания гостьи зримо, вещественно проступает ванная комната – благородный розовый мрамор, блеск металла, декоративное панно с рыбками. Обманчиво хрупкий профиль невесомо парит в воздухе, как мираж в пустыне. Хрустальный дворец, друза самоцветных кристаллов. Понятно, почему Антон назвал ее так.
Привет, говорит стекляшка. Какой отвратительный шрам".
"Едва уловимая тень в зеркале, призрак, намёк на чьё-то присутствие, и вот – отражение размывается, рябит: "дождь" из стеклистых нитей перекраивает лицо и фигуру, лепит образ за образом, маску за маской, подстраиваясь под единственную и неповторимую тебя; замерев на мгновение, тает снеговиком на солнце и опять преображается, затягивая в искристый водоворот. От беспрестанных превращений кружится голова. Наконец рябь пропадает; чужое, угловатое, точно составленное из прозрачных граней лицо смотрит цепко, насмешливо. Калейдоскоп радужки без зрачков, треугольник носа, широкая щель рта. Не я, не человек, нечто. Сквозь очертания гостьи зримо, вещественно проступает ванная комната – благородный розовый мрамор, блеск металла, декоративное панно с рыбками. Обманчиво хрупкий профиль невесомо парит в воздухе, как мираж в пустыне. Хрустальный дворец, друза самоцветных кристаллов. Понятно, почему Антон назвал ее так.
Привет, говорит стекляшка. Какой отвратительный шрам".
Соавтор – Лев Жаков.
Бойцы спецотделения, цель которых не тушить, а спасать, не лезут вглубь, в ревущий ад, где обваливаются перекрытия и рушатся стены. Бесполезно. Им, вооруженным и защищенным не лучше рядовых пожарных, не продержаться в огненной стихии и нескольких минут. В ад спускаюсь я – Феникс.
Бойцы спецотделения, цель которых не тушить, а спасать, не лезут вглубь, в ревущий ад, где обваливаются перекрытия и рушатся стены. Бесполезно. Им, вооруженным и защищенным не лучше рядовых пожарных, не продержаться в огненной стихии и нескольких минут. В ад спускаюсь я – Феникс.
Выберите полку для книги