Подборка книг по тегу: "новая любовь"
– Меня зовут Маша. Я… нашла ваш номер в телефоне Игоря. Мы в гостинице «Эталон». Ему… Ему плохо после секса. Он просто… отключился. Дышит, но не приходит в себя. Я не знаю, что делать… Приезжайте.
– Вы что-то путаете. Мой муж – известный профессор и сейчас он в командировке.
– Да очнитесь вы! Мы два года вместе. Приезжайте немедленно, он может умереть!
Пока я варю борщи и жду мужа из командировки, он развлекается со студентками в дешевой гостинице…
Но я не намерена терпеть предательство. Самое время начать заново и стать счастливой!
– Вы что-то путаете. Мой муж – известный профессор и сейчас он в командировке.
– Да очнитесь вы! Мы два года вместе. Приезжайте немедленно, он может умереть!
Пока я варю борщи и жду мужа из командировки, он развлекается со студентками в дешевой гостинице…
Но я не намерена терпеть предательство. Самое время начать заново и стать счастливой!
– Рома, а что происходит? – задала банальный вопрос, ответ на который уже знала.
Но я бы предпочла закрыть глаза, досчитать до десяти, чтобы когда снова посмотреть на мужа, он был один и встречал меня с привычной, тёплой улыбкой на губах.
– Тебе разве не звонила моя мама? Она должна была... поговорить с тобой и всё объяснить, – словно через силу выдавил из себя муж, продолжая раздражённо смотреть на меня.
– Ох, какая напряжённая сцена, – смеясь произнесла незнакомка, придвинувшись ближе к Роме и коснувшись ладонью его руки, как бы показывая, что он теперь принадлежит ей и только ей.
– Маша, давай обойдёмся без выяснений отношений, идёт? Я устал с дороги и хочу побыть в тишине и наедине со своей любимой девушкой. – Этими словами Рома не ранил меня, а добил, намеренно делая мне больно.
Но я бы предпочла закрыть глаза, досчитать до десяти, чтобы когда снова посмотреть на мужа, он был один и встречал меня с привычной, тёплой улыбкой на губах.
– Тебе разве не звонила моя мама? Она должна была... поговорить с тобой и всё объяснить, – словно через силу выдавил из себя муж, продолжая раздражённо смотреть на меня.
– Ох, какая напряжённая сцена, – смеясь произнесла незнакомка, придвинувшись ближе к Роме и коснувшись ладонью его руки, как бы показывая, что он теперь принадлежит ей и только ей.
– Маша, давай обойдёмся без выяснений отношений, идёт? Я устал с дороги и хочу побыть в тишине и наедине со своей любимой девушкой. – Этими словами Рома не ранил меня, а добил, намеренно делая мне больно.
БЕСПЛАТНО
— Сонечка, детка, эта девица ничего для меня не значит, я просто расслабился, спустил пар, у меня проблемы с новым автосалоном.
— Ты это сейчас серьезно? — еле прохрипела девушка.
— Сонь, ну что ты как маленькая. У мужиков все по-другому устроено, нежели у вас. Мы полигамны. А когда много работаем, то наступает момент, когда нам надо тупо сбросить напряжение, так что не переживай, у меня там нет ничего серьезного. Я не хотел, чтобы ты об этом знала, а тем более видела. Это просто досадное недоразумение. Я постараюсь больше так не палиться. А ты просто забудь о том, что произошло. У нас все как прежде.
Муж изменил, но не считает это причиной для развода. Пожалуй, нужно сделать так, чтобы он сам не захотел сохранять брак.
— Сонечка, детка, эта девица ничего для меня не значит, я просто расслабился, спустил пар, у меня проблемы с новым автосалоном.
— Ты это сейчас серьезно? — еле прохрипела девушка.
— Сонь, ну что ты как маленькая. У мужиков все по-другому устроено, нежели у вас. Мы полигамны. А когда много работаем, то наступает момент, когда нам надо тупо сбросить напряжение, так что не переживай, у меня там нет ничего серьезного. Я не хотел, чтобы ты об этом знала, а тем более видела. Это просто досадное недоразумение. Я постараюсь больше так не палиться. А ты просто забудь о том, что произошло. У нас все как прежде.
Муж изменил, но не считает это причиной для развода. Пожалуй, нужно сделать так, чтобы он сам не захотел сохранять брак.
Тут Игорь зло рассмеялся, медленно приблизившись ко мне.
– А, я понял, ты собираешь свои манатки, чтобы уйти. Какая радостная новость. А я уже и не знал, как изжить тебя из своего дома. И знаешь, ты...
– Да-да. Знаю-знаю. Я толстая, я тебя не возбуждаю и всё такое. Кстати, вместо того, чтобы как трус изживать меня, мог просто со мной поговорить. Без оскорблений, как взрослый и адекватный мужчина, а не кусок... понятно чего.
– Дура! Ночью же будешь рыдать из-за меня в подушку. И куда ты пойдёшь? Кому ты нужна?
– В первую очередь я нужна себе и сыну.
– А зачем это ты собираешь вещи сына? Ты что, думаешь, что я отдам тебе ребёнка? Нет, Таня, он мой. А ты можешь валить из моего дома.
– А, я понял, ты собираешь свои манатки, чтобы уйти. Какая радостная новость. А я уже и не знал, как изжить тебя из своего дома. И знаешь, ты...
– Да-да. Знаю-знаю. Я толстая, я тебя не возбуждаю и всё такое. Кстати, вместо того, чтобы как трус изживать меня, мог просто со мной поговорить. Без оскорблений, как взрослый и адекватный мужчина, а не кусок... понятно чего.
– Дура! Ночью же будешь рыдать из-за меня в подушку. И куда ты пойдёшь? Кому ты нужна?
– В первую очередь я нужна себе и сыну.
– А зачем это ты собираешь вещи сына? Ты что, думаешь, что я отдам тебе ребёнка? Нет, Таня, он мой. А ты можешь валить из моего дома.
– Регина, ты меня простишь?
– Я уже давно не держу на тебя зла. Злоба и обида слишком разрушительны, чтобы позволять им надолго засесть в сердце.
– Значит, у нас с тобой есть второй шанс?
– Конечно же нет! Не будь дураком и отпусти прошлое.
Шагнув обратно в квартиру, я захлопнула дверь перед сидящим на коленях бывшим, надеясь, что теперь он ко мне не полезет, осознав, что это бесполезно.
– Я уже давно не держу на тебя зла. Злоба и обида слишком разрушительны, чтобы позволять им надолго засесть в сердце.
– Значит, у нас с тобой есть второй шанс?
– Конечно же нет! Не будь дураком и отпусти прошлое.
Шагнув обратно в квартиру, я захлопнула дверь перед сидящим на коленях бывшим, надеясь, что теперь он ко мне не полезет, осознав, что это бесполезно.
— Данилов… отпусти меня, — говорю сквозь зубы, сама не веря, что голос дрожит.
— Не отпущу, — рык низкий, почти звериный. — Пока ты не скажешь мне правду.
— Какую ещё правду?! — почти срываюсь.
Он смотрит прямо в глаза, пристально, будто рвёт меня изнутри.
— Ту, что тебе на самом дело не в проверке. Ты запала на меня.
Мир вокруг будто замирает. Я открываю рот, чтобы огрызнуться, но слова застревают. Потому что на долю секунды — всего миг — я понимаю, что он прав.
— Чтооо? Нет! — выкрикиваю я.
— Запала, запала, — усмехается этот мерзавец и скользит взглядом по моему лицу, и от этой уверенности у меня по спине пробегает холод.
— Нет! — упрямо повторяю я.
— Думаю, что да.
— А я думаю, что ты мерзкий тип, который хочет лишить беззащитную женщину ее бизнеса.
— Если бы я хотел закрыть твой салон, ты бы уже собирала коробки, — его пальцы сжимаются ещё сильнее, я едва удерживаюсь, чтобы не поморщиться.
— Не отпущу, — рык низкий, почти звериный. — Пока ты не скажешь мне правду.
— Какую ещё правду?! — почти срываюсь.
Он смотрит прямо в глаза, пристально, будто рвёт меня изнутри.
— Ту, что тебе на самом дело не в проверке. Ты запала на меня.
Мир вокруг будто замирает. Я открываю рот, чтобы огрызнуться, но слова застревают. Потому что на долю секунды — всего миг — я понимаю, что он прав.
— Чтооо? Нет! — выкрикиваю я.
— Запала, запала, — усмехается этот мерзавец и скользит взглядом по моему лицу, и от этой уверенности у меня по спине пробегает холод.
— Нет! — упрямо повторяю я.
— Думаю, что да.
— А я думаю, что ты мерзкий тип, который хочет лишить беззащитную женщину ее бизнеса.
— Если бы я хотел закрыть твой салон, ты бы уже собирала коробки, — его пальцы сжимаются ещё сильнее, я едва удерживаюсь, чтобы не поморщиться.
— А что ты думала? С тобой в постели, как с бревном — тяжесть есть, а жизни нет.
Муж сказал это так спокойно, словно мы обсуждали, что хлеб закончился, а не его измену.
— Ты стала… серой. Тяжелой. Неинтересной, — продолжил он ровно, без единой эмоции. Как будто перечислял факты из инструкции. — Ты даже беременность свою носишь так, будто это подвиг.
Он усмехнулся — коротко, обидно:
— А Эвелина сияет. Понимаешь? Сияет. Я не хочу жить с тенью.
Мне показалось, что это худшее, что я могу услышать. Но нет — он продолжил, еще холоднее:
— Ты родишь его, конечно. Но воспитывать будет Эвелина.
Я инстинктивно прикрыла живот. Малыш внутри замер, будто прислушивался, боясь пошевелиться.
— Ты не можешь забрать у меня ребенка.
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты все равно одна ничего не вывезешь. Тебя от беременности плющит. Ты всегда уставшая. Вечно… никакая.
Он взглянул на меня пусто, как на чужого человека:
— Ты не мать, Лиза. Отдай ребенка тем, кто справится лучше.
Муж сказал это так спокойно, словно мы обсуждали, что хлеб закончился, а не его измену.
— Ты стала… серой. Тяжелой. Неинтересной, — продолжил он ровно, без единой эмоции. Как будто перечислял факты из инструкции. — Ты даже беременность свою носишь так, будто это подвиг.
Он усмехнулся — коротко, обидно:
— А Эвелина сияет. Понимаешь? Сияет. Я не хочу жить с тенью.
Мне показалось, что это худшее, что я могу услышать. Но нет — он продолжил, еще холоднее:
— Ты родишь его, конечно. Но воспитывать будет Эвелина.
Я инстинктивно прикрыла живот. Малыш внутри замер, будто прислушивался, боясь пошевелиться.
— Ты не можешь забрать у меня ребенка.
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты все равно одна ничего не вывезешь. Тебя от беременности плющит. Ты всегда уставшая. Вечно… никакая.
Он взглянул на меня пусто, как на чужого человека:
— Ты не мать, Лиза. Отдай ребенка тем, кто справится лучше.
— Вы знали?
— Наташа, не начинай. Это… было предсказуемо.
— То есть вы знали, мама, что у него любовница, и молчали?
— Он всегда хотел быть с Мариной. Просто тогда не получилось. А теперь — время всё расставить на свои места.
В мой день рождения они выстроили план: свекровь, бывшая, мой муж.
Они хотели, чтобы я ушла по-тихому. А я — не ушла. Я разнесла всё к чёрту.
Суд. Скандалы. Раздел. Дети. Переписка в семейном чате. Я собрала всё — и ударила туда, где им больно. Спокойно. По-настоящему.
Теперь они — в руинах. А я — в лучшей версии своей жизни.
— Наташа, не начинай. Это… было предсказуемо.
— То есть вы знали, мама, что у него любовница, и молчали?
— Он всегда хотел быть с Мариной. Просто тогда не получилось. А теперь — время всё расставить на свои места.
В мой день рождения они выстроили план: свекровь, бывшая, мой муж.
Они хотели, чтобы я ушла по-тихому. А я — не ушла. Я разнесла всё к чёрту.
Суд. Скандалы. Раздел. Дети. Переписка в семейном чате. Я собрала всё — и ударила туда, где им больно. Спокойно. По-настоящему.
Теперь они — в руинах. А я — в лучшей версии своей жизни.
Подхожу к двери кабинета. "Заведующий кафедрой хирургии К.И. Морозов" — золотые буквы на табличке. Уже хочу постучать, но слышу его голос:
— Да, вот так... девочка моя...
Рука замирает в воздухе. Что-то в его интонации заставляет меня насторожиться. Это не тон преподавателя, объясняющего технику наложения швов.
Сердце начинает колотиться как бешеное. Нет, это невозможно. Не мой Костя. Не мужчина, который клялся в вечной любви у алтаря. Не отец моего ребенка.
Бесшумно приоткрываю дверь. Всего на сантиметр, достаточно, чтобы увидеть...
Мир рушится...
Я узнала что муж мне изменяет со студенткой и о том, что он хочет лишить меня всего — такого я не прощу! Расплата будет беспощадной...
— Да, вот так... девочка моя...
Рука замирает в воздухе. Что-то в его интонации заставляет меня насторожиться. Это не тон преподавателя, объясняющего технику наложения швов.
Сердце начинает колотиться как бешеное. Нет, это невозможно. Не мой Костя. Не мужчина, который клялся в вечной любви у алтаря. Не отец моего ребенка.
Бесшумно приоткрываю дверь. Всего на сантиметр, достаточно, чтобы увидеть...
Мир рушится...
Я узнала что муж мне изменяет со студенткой и о том, что он хочет лишить меня всего — такого я не прощу! Расплата будет беспощадной...
— Это она поправляла тебе галстук?
— Лиза, не начинай.
— Говори! Ты с ней прямо в офисе, на глазах у всех?
— Мы просто разговаривали.
— Я не верю. Видела, как она к тебе прикасалась.
Один взгляд — и всё стало ясно. Мой «идеальный» муж изменял прямо на работе.
С той, кого называл просто коллегой. Предательство, развод, страх за сына — я прошла через всё. А потом рядом оказался человек, которого он боялся больше всех — его босс. И все изменилось.
— Лиза, не начинай.
— Говори! Ты с ней прямо в офисе, на глазах у всех?
— Мы просто разговаривали.
— Я не верю. Видела, как она к тебе прикасалась.
Один взгляд — и всё стало ясно. Мой «идеальный» муж изменял прямо на работе.
С той, кого называл просто коллегой. Предательство, развод, страх за сына — я прошла через всё. А потом рядом оказался человек, которого он боялся больше всех — его босс. И все изменилось.
Выберите полку для книги