Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Значит, так, — он ловит мой взгляд и опускает ладони на стол. Градус напряжения поднимается вмиг.
— Сереж, пожалуйста, выслушай, — молю шепотом, потому что голос внезапно осел.
— Нет, Яна, сейчас буду говорить я, — перебивает. В голосе — холодная сталь. — Ты почти четыре года скрывала от меня дочь. Четыре, мать его, года. И ты возместишь мне все то время, которое я жил без жены и ребенка.
Несколько лет назад мой брак развалился на части. Я развелась с мужем, а теперь он случайно оказался в моей жизни и узнал правду, которую я так и не набралась смелости ему рассказать.
ХЭ
проды через день
— Сереж, пожалуйста, выслушай, — молю шепотом, потому что голос внезапно осел.
— Нет, Яна, сейчас буду говорить я, — перебивает. В голосе — холодная сталь. — Ты почти четыре года скрывала от меня дочь. Четыре, мать его, года. И ты возместишь мне все то время, которое я жил без жены и ребенка.
Несколько лет назад мой брак развалился на части. Я развелась с мужем, а теперь он случайно оказался в моей жизни и узнал правду, которую я так и не набралась смелости ему рассказать.
ХЭ
проды через день
— Вера, — тихо произношу я, тщетно пытаясь сохранить спокойствие. — Ничего не хочешь рассказать?
— О чем ты?
Ее глаза бегают, словно ищут приюта, лишь бы не встретиться со мной взглядом.
— Кто эта девочка? Чья она? — строго продолжаю, тайком наблюдая за резвящимся ребенком.
Вера резко вскидывает голову, устанавливая непростой зрительный контакт.
— Макс, я не обязана отвечать… — произносит, сжав кулаки до белых костяшек.
— Я задал простой вопрос. Чья она?
— Будет тебе ответ, хоть это и не твое дело, — шепчет Вера, оглядываясь по сторонам. — Она моя …. Моя, слышишь?
— Встречаемся завтра в девять в генетическом центре, - резко осекаю всю ту чушь, которую она несет.
— Макс…
— У тебя была попытка рассказать обо всем откровенно. Больше не жди от меня понимания и поддержки.
— О чем ты?
Ее глаза бегают, словно ищут приюта, лишь бы не встретиться со мной взглядом.
— Кто эта девочка? Чья она? — строго продолжаю, тайком наблюдая за резвящимся ребенком.
Вера резко вскидывает голову, устанавливая непростой зрительный контакт.
— Макс, я не обязана отвечать… — произносит, сжав кулаки до белых костяшек.
— Я задал простой вопрос. Чья она?
— Будет тебе ответ, хоть это и не твое дело, — шепчет Вера, оглядываясь по сторонам. — Она моя …. Моя, слышишь?
— Встречаемся завтра в девять в генетическом центре, - резко осекаю всю ту чушь, которую она несет.
— Макс…
— У тебя была попытка рассказать обо всем откровенно. Больше не жди от меня понимания и поддержки.
— Ты теперь будешь жить у меня, — он внаглую выхватывает у меня дорожную сумку и зашвыривает на заднее сиденье своего внедорожника.
— Что? Вы что себе позволяете? — шокировано вскрикиваю.
— Ты понравилась моей дочери, а я как раз искал няню.
— У меня поезд!
— Уже нет, — мужчина резко выдёргивает из моих пальцев билет и разрывает пополам. — Садись в машину, пока я не сдал тебя в полицию. Потом не откупишься, девочка.
Сбегая из столицы обратно в деревню, я помогла маленькой потеряшке. Она оказалась дочерью опасного миллиардера, который воспитывает её один и ищет няню. И теперь он считает, что может мною распоряжаться, потому что уволили меня именно из его фирмы по ложному обвинению в воровстве.
— Что? Вы что себе позволяете? — шокировано вскрикиваю.
— Ты понравилась моей дочери, а я как раз искал няню.
— У меня поезд!
— Уже нет, — мужчина резко выдёргивает из моих пальцев билет и разрывает пополам. — Садись в машину, пока я не сдал тебя в полицию. Потом не откупишься, девочка.
Сбегая из столицы обратно в деревню, я помогла маленькой потеряшке. Она оказалась дочерью опасного миллиардера, который воспитывает её один и ищет няню. И теперь он считает, что может мною распоряжаться, потому что уволили меня именно из его фирмы по ложному обвинению в воровстве.
Некстати выплывает фраза Антуана де Сент-Экзюпери: "Любовь - это не тогда, когда влюбленные смотрят друг другу в глаза, а когда они смотрят в одну сторону".
Сегодня все происходит некстати...
Я начинаю пристально рассматривать счастливую незнакомку, каждую деталь ее внешности, пытаясь найти, чем она хуже меня. Или, не дай Бог, лучше... И не могу понять, в чем дело…
Сегодня все происходит некстати...
Я начинаю пристально рассматривать счастливую незнакомку, каждую деталь ее внешности, пытаясь найти, чем она хуже меня. Или, не дай Бог, лучше... И не могу понять, в чем дело…
— Что ты делаешь?
— Пишу твоей любовнице, что она может подобрать остатки со стола.
— Что-о-о?!
Он дергается еще сильнее. Пытается освободиться или хотя бы снять повязку, но все без толку. И наручники, и ремни крепко держат. Я склоняюсь к его уху и томно шепчу:
— Не волнуйся, милый, я не стану вам мешать. Пускай она забирает то, что я уже вынесла. Мне такой мусор не нужен.
И грустно, и смешно. Муж изменил мне с молоденькой студенткой. Вот только я такое отношение терпеть не буду! Месть — блюдо, которое подают холодным. Готовься, милый, я тебя не прощу...
— Пишу твоей любовнице, что она может подобрать остатки со стола.
— Что-о-о?!
Он дергается еще сильнее. Пытается освободиться или хотя бы снять повязку, но все без толку. И наручники, и ремни крепко держат. Я склоняюсь к его уху и томно шепчу:
— Не волнуйся, милый, я не стану вам мешать. Пускай она забирает то, что я уже вынесла. Мне такой мусор не нужен.
И грустно, и смешно. Муж изменил мне с молоденькой студенткой. Вот только я такое отношение терпеть не буду! Месть — блюдо, которое подают холодным. Готовься, милый, я тебя не прощу...
-Ты изменил мне! Как ты мог?! С ней, в нашей постели, - схожу с ума от боли.
-Я не хотел, чтобы ты это видела. Прости, - спокойно произносит муж.
Слез нет, наверное так бывает от шока. Но рваная рана в душе ноет все сильнее.
-Забирай свою подстилку! Пошел вон! - мой голос ломается.
-Я никуда не уйду! Тебе нужен уход после больницы. Я не могу оставить тебя в таком состоянии!
Он говорит с такой заботой и нежностью, словно ничего не произошло.
Мне же будто по сердцу лезвием полоснули.
Из-за спины Воронцова победно скалится полуголая брюнетка.
-Кириллу нужна настоящая женщина, а не духовка в старом халате! - впервые подает голос любовница моего мужа.
Муж пытается обнять меня за плечи и выпроваживает из спальни.
-Кать, иди в кухню. А мы пока тут с Никой продолжим. И забудь про развод, поняла?
-Я не хотел, чтобы ты это видела. Прости, - спокойно произносит муж.
Слез нет, наверное так бывает от шока. Но рваная рана в душе ноет все сильнее.
-Забирай свою подстилку! Пошел вон! - мой голос ломается.
-Я никуда не уйду! Тебе нужен уход после больницы. Я не могу оставить тебя в таком состоянии!
Он говорит с такой заботой и нежностью, словно ничего не произошло.
Мне же будто по сердцу лезвием полоснули.
Из-за спины Воронцова победно скалится полуголая брюнетка.
-Кириллу нужна настоящая женщина, а не духовка в старом халате! - впервые подает голос любовница моего мужа.
Муж пытается обнять меня за плечи и выпроваживает из спальни.
-Кать, иди в кухню. А мы пока тут с Никой продолжим. И забудь про развод, поняла?
— А вас как звать, молодой человек? — холодно отозвалась Даша, но дочь испуганно перебила:
— Мам, это Руслан. Мой парень, — добавила она, будто это не было и так ясно.
«Парень...» — отозвалось в голове Даши.
Она каким-то новым взглядом посмотрела на дочь, словно впервые осознав, что та выросла. Парень. Любовник. Смятые простыни.
— Вы хоть предохранялись? — вырвалось у потенциальной бабушки.
— Мам! — обиженно воскликнула дочка.
— А что — мам? Ну что — мам? Ты хотя бы представляешь себе, каково это — ребенка растить? Ты хотя бы образование получи как следует, прежде чем в пеленки с головой уйти!
— Ты меня в двадцать один родила! — не осталась в долгу дочь.
— Тогда время было другое! — Даша была задета за живое.
— Какая разница! Мне уже двадцать! — не сдавалась Карина.
— А мне — сорок один, — припечатала Даша. — Я, знаешь ли, еще работаю. За ребенком присмотреть не смогу. Рановато мне на пенсию!
— Мам, это Руслан. Мой парень, — добавила она, будто это не было и так ясно.
«Парень...» — отозвалось в голове Даши.
Она каким-то новым взглядом посмотрела на дочь, словно впервые осознав, что та выросла. Парень. Любовник. Смятые простыни.
— Вы хоть предохранялись? — вырвалось у потенциальной бабушки.
— Мам! — обиженно воскликнула дочка.
— А что — мам? Ну что — мам? Ты хотя бы представляешь себе, каково это — ребенка растить? Ты хотя бы образование получи как следует, прежде чем в пеленки с головой уйти!
— Ты меня в двадцать один родила! — не осталась в долгу дочь.
— Тогда время было другое! — Даша была задета за живое.
— Какая разница! Мне уже двадцать! — не сдавалась Карина.
— А мне — сорок один, — припечатала Даша. — Я, знаешь ли, еще работаю. За ребенком присмотреть не смогу. Рановато мне на пенсию!
– Даже не начинай, – предостерегающе произнёс Игорь, застёгивая рубашку.
И он смел вести себя так, словно я только что не застукала его за изменой. Ну увидела жена, как он якобы «занят на работе», что тут такого!
Странно, муж за двенадцать лет брака должен был хорошо меня узнать, чтобы понять, что моё чувство достоинства лучше не задевать.
– Ладно, не буду начинать. Перейду сразу к самому интересному, к завершению.
Усмехнувшись, выдержав тяжёлый взгляд серых глаз, я шагнула вперёд, когда любовница Игоря неожиданно заслонила его собой, разведя руки в стороны.
– Не смей его трогать!
Хм, неожиданно. Но от этого не менее интересно что же будет дальше. А дальше будет месть, заслуженная для мужа и сладкая для меня.
И он смел вести себя так, словно я только что не застукала его за изменой. Ну увидела жена, как он якобы «занят на работе», что тут такого!
Странно, муж за двенадцать лет брака должен был хорошо меня узнать, чтобы понять, что моё чувство достоинства лучше не задевать.
– Ладно, не буду начинать. Перейду сразу к самому интересному, к завершению.
Усмехнувшись, выдержав тяжёлый взгляд серых глаз, я шагнула вперёд, когда любовница Игоря неожиданно заслонила его собой, разведя руки в стороны.
– Не смей его трогать!
Хм, неожиданно. Но от этого не менее интересно что же будет дальше. А дальше будет месть, заслуженная для мужа и сладкая для меня.
— Кто она, Архипов? Хоть это-то я имею право знать.
Я пытаюсь убедить себя, что мне всё равно. Я взрослая мудрая женщина, и я не стану закатывать ему истерик. Я просто уйду от него и всё.
— Это Лера Селиверстова, — Макс смотрит мне прямо в глаза.
А я с трудом удерживаюсь на ногах. Потому что это удар под дых.
Он изменил мне с дочерью моей лучшей подруги!
Семнадцать лет брака, умница-сын и большая любовь — всё оказалось растоптанным за один день.
— Ей девятнадцать, Макс! — шепчу я. — А тебе в два раза больше! И она дочь моей школьной подруги! Как ты вообще мог на это пойти?
Мой мир рушится, а мужчина, которого я любила больше, чем себя саму, лишь холодно выдыхает в ответ:
— Это любовь, Ира. Из тех, что бывает только раз в жизни.
Я пытаюсь убедить себя, что мне всё равно. Я взрослая мудрая женщина, и я не стану закатывать ему истерик. Я просто уйду от него и всё.
— Это Лера Селиверстова, — Макс смотрит мне прямо в глаза.
А я с трудом удерживаюсь на ногах. Потому что это удар под дых.
Он изменил мне с дочерью моей лучшей подруги!
Семнадцать лет брака, умница-сын и большая любовь — всё оказалось растоптанным за один день.
— Ей девятнадцать, Макс! — шепчу я. — А тебе в два раза больше! И она дочь моей школьной подруги! Как ты вообще мог на это пойти?
Мой мир рушится, а мужчина, которого я любила больше, чем себя саму, лишь холодно выдыхает в ответ:
— Это любовь, Ира. Из тех, что бывает только раз в жизни.
- Ты ведь теперь знаешь, Родион – мой муж, – захлёбываюсь слезами.
- И что? Предлагаешь бросить его ради тебя? Ты желаешь своему братику или сестрёнке вырасти без отца?
- Мы с Евой как-то выросли без папы... И без матери, – я отвернулась от Есении. – Это не правильно, так не должно быть!
- Я буду тебе помогать. Я тебе не враг. Я так и осталось твоей мамой.
Муж купил кольцо с красным бриллиантом! Подарил не мне… Моей молодой маме. Она - его беременная любовница и будущая жена.
Я пыталась сохранить семью, сообщив мужу о беременности. Но он решил, что этот малыш от нового жениха, которого он сам для меня выбрал.
Я стою на пороге новой жизни. Беременная, нищая, ничего не умеющая, брошенная мужем и женихом.
Через годы судьба нас сталкивает вновь. Я могу снова стать хозяйкой его дома и жизни. Но нашу малютку-дочь он не хочет знать и видеть. Даже после результатов ДНК.
- И что? Предлагаешь бросить его ради тебя? Ты желаешь своему братику или сестрёнке вырасти без отца?
- Мы с Евой как-то выросли без папы... И без матери, – я отвернулась от Есении. – Это не правильно, так не должно быть!
- Я буду тебе помогать. Я тебе не враг. Я так и осталось твоей мамой.
Муж купил кольцо с красным бриллиантом! Подарил не мне… Моей молодой маме. Она - его беременная любовница и будущая жена.
Я пыталась сохранить семью, сообщив мужу о беременности. Но он решил, что этот малыш от нового жениха, которого он сам для меня выбрал.
Я стою на пороге новой жизни. Беременная, нищая, ничего не умеющая, брошенная мужем и женихом.
Через годы судьба нас сталкивает вновь. Я могу снова стать хозяйкой его дома и жизни. Но нашу малютку-дочь он не хочет знать и видеть. Даже после результатов ДНК.
Выберите полку для книги