Книги по тегу «первая любовь»: ""
Она привыкла спасать людей.
Он привык ломать правила.
Элена Моретти — добрая девушка, которая верит, что даже в самом тёмном человеке можно найти что-то хорошее. Лука Вескари — опасный мужчина с криминальным прошлым, которого боятся даже те, кто работает на него.
Их встреча должна была закончиться одним разговором.
Но между ними вспыхивает чувство, которому не место в мире Луки.
Элена понимает: рядом с ним опасно. Он лжёт, скрывает прошлое и связан с людьми, для которых человеческая жизнь ничего не стоит. Но чем больше она узнаёт о Луке, тем сильнее сомневается: он действительно чудовище — или человек, который слишком долго пытался выжить в мире чудовищ?
А затем Элена узнаёт страшную правду.
Лука появился в её жизни не случайно.
Их встреча была частью его плана.
Предательство. Похищение. Криминальные тайны. Опасные враги. Любовь, которая может стоить жизни.
Но самое неожиданное ждёт их впереди.
Он привык ломать правила.
Элена Моретти — добрая девушка, которая верит, что даже в самом тёмном человеке можно найти что-то хорошее. Лука Вескари — опасный мужчина с криминальным прошлым, которого боятся даже те, кто работает на него.
Их встреча должна была закончиться одним разговором.
Но между ними вспыхивает чувство, которому не место в мире Луки.
Элена понимает: рядом с ним опасно. Он лжёт, скрывает прошлое и связан с людьми, для которых человеческая жизнь ничего не стоит. Но чем больше она узнаёт о Луке, тем сильнее сомневается: он действительно чудовище — или человек, который слишком долго пытался выжить в мире чудовищ?
А затем Элена узнаёт страшную правду.
Лука появился в её жизни не случайно.
Их встреча была частью его плана.
Предательство. Похищение. Криминальные тайны. Опасные враги. Любовь, которая может стоить жизни.
Но самое неожиданное ждёт их впереди.
В мире, где музыка запрещена, а душа считается болезнью, один пацан с гитарой бросит вызов системе.
Тимофей — не герой. Он — выродок. Так его называет дядя, избивающий его до кровавой корки. Так написано у него на лбу. Так думает он сам.
У него нет друзей. Нет семьи. Нет будущего.
Но есть бирюзовая гитара, спрятанная в старом гараже.
Первый аккорд пробуждает в нём комок — сгусток чистой, концентрированной ненависти. Теперь гитара в его руках дробит кости, впитывает души и поднимает его в небо. Он больше не жертва.
Он — Рогатый.
За его голову назначена цена. Но у судьбы странное чувство юмора: именно сейчас он встречает Её. Бьянку. Дочь того самого человека, который должен его уничтожить.
И когда Система заберёт у него всё, что он любит, Тимофею придётся ответить на вопрос, который дороже жизни:
Что делает нас людьми — ненависть, которая даёт силу? Или любовь, которая делает нас уязвимыми?
Тимофей — не герой. Он — выродок. Так его называет дядя, избивающий его до кровавой корки. Так написано у него на лбу. Так думает он сам.
У него нет друзей. Нет семьи. Нет будущего.
Но есть бирюзовая гитара, спрятанная в старом гараже.
Первый аккорд пробуждает в нём комок — сгусток чистой, концентрированной ненависти. Теперь гитара в его руках дробит кости, впитывает души и поднимает его в небо. Он больше не жертва.
Он — Рогатый.
За его голову назначена цена. Но у судьбы странное чувство юмора: именно сейчас он встречает Её. Бьянку. Дочь того самого человека, который должен его уничтожить.
И когда Система заберёт у него всё, что он любит, Тимофею придётся ответить на вопрос, который дороже жизни:
Что делает нас людьми — ненависть, которая даёт силу? Или любовь, которая делает нас уязвимыми?
В мире, погружённом в тьму и забвение, где люди живут под землёй, Лина и Кир решают рискнуть всем ради надежды на светлое будущее. Их путь начинается с таинственного сигнала, который пробуждает в них желание узнать правду о поверхности. Вместе с верными друзьями они отправляются в опасное путешествие, полное испытаний и открытий.
Он увидел её всего на несколько секунд.
Один взгляд на платформе метро — и Лео Морган понял, что встретил девушку, которую не сможет забыть.
Но для Эммы он был всего лишь незнакомцем.
Она не верила в любовь с первого взгляда. После болезненного прошлого Эмма боялась снова открыть кому-то сердце и не собиралась начинать отношения. А Лео не собирался сдаваться.
Он не пытался купить её любовь красивыми подарками. Не давил. Не требовал ответа. Он просто оставался рядом — день за днём, месяц за месяцем, год за годом.
Но сможет ли человек дождаться взаимности, если не знает, случится ли она когда-нибудь?
И что произойдёт, когда девушка, которая боялась любви, наконец поймёт, что всё это время рядом с ней был тот самый человек?
«С первого взгляда» — роман о настойчивости и терпении, страхе снова довериться, первой любви и выборе друг друга несмотря ни на что.
Иногда одного взгляда достаточно, чтобы начать историю.
Один взгляд на платформе метро — и Лео Морган понял, что встретил девушку, которую не сможет забыть.
Но для Эммы он был всего лишь незнакомцем.
Она не верила в любовь с первого взгляда. После болезненного прошлого Эмма боялась снова открыть кому-то сердце и не собиралась начинать отношения. А Лео не собирался сдаваться.
Он не пытался купить её любовь красивыми подарками. Не давил. Не требовал ответа. Он просто оставался рядом — день за днём, месяц за месяцем, год за годом.
Но сможет ли человек дождаться взаимности, если не знает, случится ли она когда-нибудь?
И что произойдёт, когда девушка, которая боялась любви, наконец поймёт, что всё это время рядом с ней был тот самый человек?
«С первого взгляда» — роман о настойчивости и терпении, страхе снова довериться, первой любви и выборе друг друга несмотря ни на что.
Иногда одного взгляда достаточно, чтобы начать историю.
Анастасия приехала к сестре-близняшке мириться.
Но из-за аварии Антонина заняла место сестры... и забрала свою дочь с собой в новую жизнь...
Но из-за аварии Антонина заняла место сестры... и забрала свою дочь с собой в новую жизнь...
Алёна привыкла, что её дни похожи друг на друга, как страницы одного и того же отчёта: будильник в 6:45, кофе на ходу, метро, где все смотрят в телефоны, офис с ровным гулом кондиционеров и клавиатур, обед из контейнера, который она забывает разогреть, и дорога домой, где уже не остаётся сил ни на что, кроме чашки чая и сериала, который смотришь, не замечая сюжета.
Ей было двадцать восемь, но в последнее время она всё чаще ловила себя на мысли, что чувствует себя гораздо старше — не телом, а тем внутренним напряжением, которое не отпускало даже по выходным. В зеркале она видела девушку с аккуратными чертами лица, русыми волосами, собранными в строгий хвост, и глазами, в которых всё чаще мелькала усталость. Но если присмотреться, в этих глазах ещё пряталась та самая детская искорка — будто где то глубоко внутри жила девочка, которая когда то бегала босиком по росистой траве и верила, что лето длится вечно.
Ей было двадцать восемь, но в последнее время она всё чаще ловила себя на мысли, что чувствует себя гораздо старше — не телом, а тем внутренним напряжением, которое не отпускало даже по выходным. В зеркале она видела девушку с аккуратными чертами лица, русыми волосами, собранными в строгий хвост, и глазами, в которых всё чаще мелькала усталость. Но если присмотреться, в этих глазах ещё пряталась та самая детская искорка — будто где то глубоко внутри жила девочка, которая когда то бегала босиком по росистой траве и верила, что лето длится вечно.
Она считала трещины на потолке, чтобы не сойти с ума. Он привык, что весь мир лежит у его ног. Между ними - ненависть, страсть и пять лет молчания.
Сумерки опускались на город неохотно, будто цеплялись за крыши домов, за острые шпили, за последние отблески дня. Мия шла домой привычной дорогой — через старый парк, мимо обветшалой ограды и дальше, вдоль узкой улочки, где фонари зажигались не все, а через один, оставляя длинные полосы темноты.
Сегодня воздух был особенно тяжёлым, будто впитал в себя чьи‑то невысказанные слова, и даже ветер, который обычно весело гнал по тротуару сухие листья, теперь шевелил их лениво, почти беззвучно. Мия куталась в шарф и старалась не смотреть в сторону кладбища — она всегда обходила его стороной, но сегодня короткий путь манил: хотелось поскорее оказаться дома, в тепле, среди знакомых вещей, где нет места ни страхам, ни странным предчувствиям.
И всё же она свернула к узкой тропинке, что вела мимо кованых ворот. Над ними висела табличка с полустёртой надписью, а за оградой тянулись ряды старых надгробий, потемневших от времени и дождей.
Сегодня воздух был особенно тяжёлым, будто впитал в себя чьи‑то невысказанные слова, и даже ветер, который обычно весело гнал по тротуару сухие листья, теперь шевелил их лениво, почти беззвучно. Мия куталась в шарф и старалась не смотреть в сторону кладбища — она всегда обходила его стороной, но сегодня короткий путь манил: хотелось поскорее оказаться дома, в тепле, среди знакомых вещей, где нет места ни страхам, ни странным предчувствиям.
И всё же она свернула к узкой тропинке, что вела мимо кованых ворот. Над ними висела табличка с полустёртой надписью, а за оградой тянулись ряды старых надгробий, потемневших от времени и дождей.
Петербург, 1905 год. Город замер в преддверии бури, но для титулярного советника Льва Аркадьевича Голицына буря уже началась. Его вызвали в особняк на Английской набережной, где убит известный фабрикант. Смерть нелепа и жестока — мужчина задушен собственной шалью, а в его сжатой руке зажат клочок бумаги с номером сейфа. Следствие ведет полиция, но Голицын, друг семьи, берется за дело сам, погружаясь в мир грязных тайн, шантажа и революционных прокламаций.
Москва, 2026 год. Михаил и Алина, друзья и сокурсники, засиживаются в архивной библиотеке МГУ перед сессией. В поисках редкой книги по квантовой запутанности они находят странный артефакт — старый проектор, излучающий фиолетовый свет. Случайное прикосновение активирует устройство, и друзей затягивает в воронку времени. Очнувшись в пустом парке, они понимают, что Москва изменилась до неузнаваемости: летающий транспорт, идеальная архитектура и полное отсутствие людей на улицах.
Их находит патруль «Кураторов» — вежливых, но безэмоциональных людей, которые определяют их как «Аномалий». Вместо тюрьмы их отправляют в «Центр Адаптации», где за ними закрепляют наставника — Эйдена. Он объясняет, что в 2150 году человечество достигло Равновесия: все потребности удовлетворены, войны нет, а выбором людей управляет глобальный ИИ. Эмоции считаются пережитком, «шумом», мешающим развитию.
Их находит патруль «Кураторов» — вежливых, но безэмоциональных людей, которые определяют их как «Аномалий». Вместо тюрьмы их отправляют в «Центр Адаптации», где за ними закрепляют наставника — Эйдена. Он объясняет, что в 2150 году человечество достигло Равновесия: все потребности удовлетворены, войны нет, а выбором людей управляет глобальный ИИ. Эмоции считаются пережитком, «шумом», мешающим развитию.
Выберите полку для книги