Книги по тегу «предательство»: ""

— Свадьбы не будет! — заявила в ЗАГСе подруга и нагло ухмыльнулась.
— Что ты делаешь?
— То, что давно должна была сделать. Я люблю Вадима и не отдам его тебе.
— Вадим любит меня… — ответила я и посмотрела на жениха. Вадим почему-то молчал, что было совсем на него не похоже. — Вадим?
— Рита, не устраивай цирк, — хрипло одернул он подругу, обнял меня одной рукой. — Мы с Катей поженимся сегодня.
— А я? — дрогнувшим голосом сказала Рита. — Все, что было, для тебя ничего не значило? Ты ведь говорил, что с ней только из-за отца. Зачем тебе эта пустышка?
— Ты пьяна и несешь чушь…
— Я впервые говорю правду. Мне надоело притворяться.
— Вадим? — неживым голосом позвала я. — Это правда?
Гадкие слезы поползли по щекам и размыли черты его лица. Он схватил меня за плечи и развернул к себе.
— Кать, я напился тогда, это случайно вышло…

… А дальше слышу разговор в коридоре, от которого мне становится совсем плохо. Холодок пробегает по спине, сердце мгновенно сжимается. Глаза округляются от ужаса понимания, кто пришёл.
– Зачем ты звонил? У меня важная встреча, спешу.
– Сам посмотри. В комнату проходи, там тебя ждёт сюрприз.
Когда Егор заходит, вижу, как меняется его лицо. Прикрываю руками грудь, стыдно. Слёзы непроизвольно катятся по лицу, даже не пытаюсь их вытирать.
– Егор... – всё, что получается сказать,только всхлипываю.
– Помнишь брат, что я говорил про неё? Как она быстро захочет ко мне в постель? Ну вот, довольно быстро прыгнула. Причём без всякого сомнения и стеснения, – усмехается.
Егор молча смотрит на меня, потом на Дениса, разворачивается и уходит.

Расправив белоснежную рубашку мужа я сразу увидела красный след от помады на воротнике.

Я стояла и смотрела на отпечаток губной помады. Сомнений не было. Зачем-то приблизила рубашку к лицу, чтобы почувствовать запах. Еле уловимый аромат женских духов был слышен. Такой манящий и одновременно дерзкий. Воображение сразу рисовало уверенную в себе женщину.

— Амир, что это такое?

Я сунула под нос мужа рубашку со следами губной помады.

— Откуда я знаю? Что это вообще?

— Губная помада! — с вызовом заявила я.

— Амина, ты, наверное, и испачкала!

Амир как ни в чем не бывало сидел за столом на кухне в ожидании завтрака, который я заботливо подам ему.

Так было всегда. Я суетилась вокруг мужа и детей как заботливая наседка. Но почему-то именно сейчас задумалась — а правильно ли это.

Вера не могла понять, почему она ничего не чувствует. Ей не хочется ни плакать, ни кричать, ни ударить его. Просто силы разом все куда-то делись, словно в землю ушли.
Настя заплакала. Татьяна Петровна побледнела, прикрыла рот ладонью.
- Что ж, - Вера поднялась. - Вот и кончилась сказка. Пора двигаться дальше.
- Вера... - он умоляюще смотрел на неё.

Барабаны северных орков все ближе, но главным врагом становятся те, кто тебя окружают. Вернувшийся из плена кронпринц становится для сородичей не героем, а предателем. Ужасы прошлого не отпускают Лоренса, а близкие продолжают наносить все новые раны. Лидэлю с Линэль придется сделать тяжелый, почти невозможный выбор и принять правильную сторону в этой холодной, беспощадной войне, что развернется в королевском дворце.

Запустил руку в этот привлекательный разрез на юбке, коснулся её нежной кожи бедра и заметив проявляющиеся мурашки, медленно провел ладонью выше.
Она так же как я сгорала изнутри, жаждала тепла любимого тела, прикосновений, это было видно по её реакциям на мои действия.
- Не надо, Юр. Ты делаешь только хуже.
- Я не могу без тебя, Ромашка . Каждую ночь думаю о том... - Эти слова давались мне с трудом, почти со скрипом стиснув зубы я процедил - Как он трогает тебя, целует эти нежные губы, срывая твои стоны которые принадлежали только мне.
- Они больше не твои
Слова больно ударили в самое сердце... Дарина сделала шаг назад, освобождаясь от моих рук - Уходи! Не смей больше вот так приходить ко мне.
- Ты же не любишь его...
- Я не люблю ТЕБЯ, Гордеев.

-А кто такая Айгуль?
Сама не знаю зачем спросила. Почувствовала лишь, как сильнее напряглись Димины руки.
- Айгуль это моя бывшая жена! А почему ты спросила?
- Просто!
- Нет не просто, откуда ты про нее узнала!? Что этот тебе наговорил?
Дима от меня отстраняется, смотрит мне в глаза, а я тяжело вздыхаю.
- Прости, я кажется лишнее сказала!
- Да нет! – красивое лицо Димы поменялось. – Ты ничего лишнего не сказала, да это так, Андрей переспал с Айгуль с моей женой, мы расстались!
Я опустила голову.

- У Селены начался период слабости. Я не мог не принять меры. Она по прежнему девственница. Так что договор выполнен.

Вот так. Оборотень сразу обозначил, кто он такой, чтоб обрубить все мосты между собой и его кошкой.

- Это проверят врачи. Если всё так, как ты говоришь, то я обещаю, что так же выполню свою часть.

"Свою часть", "договор", "меры", "девственница"... Розовый туман сменялся медленно и неохотно серыми промозглыми лохмотьями... Что они имеют в виду, о чём они?

- Дуэйн?.. - Сель повернулась к любимому, отказываясь принимать открывшуюся её правду.

- Я должен был тебя вернуть. И это всё. Прости, Селена.
***
Он стал её первой любовью, огромной, испепеляющей страстью, но разбил её сердце на мелкие осколки, отдав другому. Осознание придёт, но "несвоевременность - вечная драма, где есть он и она". Что ждёт предавшего искренние чувства юной девушки немолодого и забывшего, что значит любить, оборотня?

Его лицо дрогнуло, но из очереди он так и не вышел. Пришлось ей стоять с ним и говорить при всех.
Растрёпанная, лохматая, красная, она тяжело дышала от бега. Такой её и запомнил Артём.
- Артём, - она схватила его руку, но он тут же высвободился. - Выслушай! Я знаю, что Олеся устроила какую-то провокацию! Поверь мне! Не уезжай! Дай время, я выясню всё!
Суворов молчал. Его очередь приближалась.
- Артём! - в отчаянии воскликнула Катя, видя, как он протягивает проводнику билет. - Я беременна! Почти шесть недель, Артём!
Его лицо опять дрогнуло, но Катя видела, что он не поверил ей. Пожал плечами и бросил, поднимаясь по лестнице в вагон:
- Если беременна, сообщи отцу ребёнка. Причём тут я?

— Я тебя ненавижу! Просто ненавижу! Ты трусливый и подлый шакалёнок! — с ненавистью выплёвываю в лицо мужа. — Я хреновая, да? Я?! Это ты мне внушал, трахая какую-то толстую бабёнку за моей спиной?!
— Легче, Марин… — заговаривает со мной ещё один лживый козёл.
— Да с чего бы?! — перевожу взгляд на брата любовницы моего мужа, который практически месяц притворялся нашим соседом, и безжалостно перепечатываю: — Ты чем лучше него? Твоя сестра что, особенная какая-то?! Тварь, которая мою семью разрушила! Ненавижу вас! Ненавижу!