Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Всего один конфликт с отцом — и жизнь Арии превратилась в пепел. Теперь её путь лежит через сумрачные чащи, где правила диктует не закон, а инстинкт.
В лесах пробудилась древняя вражда. По следам Арии идут неумолимые звери, чье рычание сотрясает саму землю. Но спасение приходит оттуда, откуда его ждут меньше всего — от безмолвных обитателей неба, привыкших жить в вечной тени.
Арии придется сделать невозможный выбор: довериться холоду ночи, чтобы спастись от ярости леса. Среди тех, кого мир привык считать монстрами, она встречает того, чьи руки ледяны, а взгляд обжигает сильнее лесного пожара. Он — воплощение опасности, которую она должна избегать, но именно в его пугающей близости Ария впервые чувствует себя в безопасности.
Иногда, чтобы выжить, нужно позволить тьме коснуться твоего сердца. Ведь тот, кто не имеет пульса, может оказаться единственным, чья душа бьется в унисон с твоей.
В лесах пробудилась древняя вражда. По следам Арии идут неумолимые звери, чье рычание сотрясает саму землю. Но спасение приходит оттуда, откуда его ждут меньше всего — от безмолвных обитателей неба, привыкших жить в вечной тени.
Арии придется сделать невозможный выбор: довериться холоду ночи, чтобы спастись от ярости леса. Среди тех, кого мир привык считать монстрами, она встречает того, чьи руки ледяны, а взгляд обжигает сильнее лесного пожара. Он — воплощение опасности, которую она должна избегать, но именно в его пугающей близости Ария впервые чувствует себя в безопасности.
Иногда, чтобы выжить, нужно позволить тьме коснуться твоего сердца. Ведь тот, кто не имеет пульса, может оказаться единственным, чья душа бьется в унисон с твоей.
Марьяшу без спроса выдали замуж — засиделась в девках, пора и честь знать. У бесприданницы и сироты под чужой крышей жизнь не мед: бьют — терпи, мужа пуще отца родного почитай, свекрови перечить не смей, родне в ноги кланяйся. А коли за два года не понесла, так место твое со свиньями в холодном сарае.
Я тоже была сиротой и голодранкой. Я выстояла, не сдалась, многому научилась, я превосходно держу удар. Но я все та же Марьяша, купеческая вдова, мачеха, хозяйка паршивой лавки и рухляди под названием «дом».
Я проживу еще одну свою лучшую жизнь, чего бы мне это ни стоило.
Я тоже была сиротой и голодранкой. Я выстояла, не сдалась, многому научилась, я превосходно держу удар. Но я все та же Марьяша, купеческая вдова, мачеха, хозяйка паршивой лавки и рухляди под названием «дом».
Я проживу еще одну свою лучшую жизнь, чего бы мне это ни стоило.
Тёмное фэнтези о демонической аристократке, запертой в теле человеческой девушки. Экзамены, интриги, зеркала-порталы и цена, которую платят самые верные
Я увидела, как мой муж целует другую женщину.
И это было не самым страшным.
Он врал. Обеим.
Использовал меня.
Когда правда всплыла, стало ясно:
из этого брака нельзя просто уйти.
Но ещё не поздно было спасти себя.
Он думал, я буду бороться за него.
Она думала, что выиграла.
Они оба ошиблись.
Потому что в этот раз я не жертва.
И я больше никого не спасаю.
Даже если за это придётся заплатить слишком высокую цену.
Даже если единственный выход — уйти… и начать сначала.
С человеком, которого я не должна была встретить.
И это было не самым страшным.
Он врал. Обеим.
Использовал меня.
Когда правда всплыла, стало ясно:
из этого брака нельзя просто уйти.
Но ещё не поздно было спасти себя.
Он думал, я буду бороться за него.
Она думала, что выиграла.
Они оба ошиблись.
Потому что в этот раз я не жертва.
И я больше никого не спасаю.
Даже если за это придётся заплатить слишком высокую цену.
Даже если единственный выход — уйти… и начать сначала.
С человеком, которого я не должна была встретить.
– Мне надоело ждать. – я замерла, услышав голос Риты, моей двоюродной сестры. – Когда ты разведёшься с ней? – продолжила она.
Секунда. Две. Три.
Я перестала дышать.
Ответ моего мужа прозвучал спокойно и обыденно.
– Потерпи ещё немного. План почти готов.
В этот момент внутри у меня словно что-то оборвалось. План?
– Ты всё это говоришь уже не первый месяц, – раздражённо сказала Рита. – Я устала быть любовницей, Лёш. Это унизительно.
– Я же сказал – осталось недолго, – ответил он, и в его голосе не было ни капли сомнения. – Я практически всё закончил.
– И что дальше? – спросила она. – Ты просто разведёшься с ней, и всё?
– Не совсем. У меня идеальный план. Через пару месяцев я подставлю Дашу в бизнесе. Все махинации, которые я проводил, повесят на неё. Она останется без денег… и, скорее всего, сядет.
Тогда я поняла одно. Я сделаю всё, чтобы он ответил за то, что собирался сделать со мной. Даже если для этого мне придётся стать такой же жестокой.
Секунда. Две. Три.
Я перестала дышать.
Ответ моего мужа прозвучал спокойно и обыденно.
– Потерпи ещё немного. План почти готов.
В этот момент внутри у меня словно что-то оборвалось. План?
– Ты всё это говоришь уже не первый месяц, – раздражённо сказала Рита. – Я устала быть любовницей, Лёш. Это унизительно.
– Я же сказал – осталось недолго, – ответил он, и в его голосе не было ни капли сомнения. – Я практически всё закончил.
– И что дальше? – спросила она. – Ты просто разведёшься с ней, и всё?
– Не совсем. У меня идеальный план. Через пару месяцев я подставлю Дашу в бизнесе. Все махинации, которые я проводил, повесят на неё. Она останется без денег… и, скорее всего, сядет.
Тогда я поняла одно. Я сделаю всё, чтобы он ответил за то, что собирался сделать со мной. Даже если для этого мне придётся стать такой же жестокой.
Ламберт — беглый маг‑отступник, скрывающийся от инквизиции. Он привык к отчуждению и опасности, но надеется использовать редкие магические знания, чтобы помочь жителям Дарктауна в борьбе с новой болезнью. Фирель — эльфийка‑наёмница, бывшая рабыня магов: жестокое прошлое научило её не доверять чародеям и держаться на расстоянии даже от тех, с кем она в одном отряде.
Судьба сводит их в «Лавке Ноктикулы» у загадочного артефакта — Эсторекта. Случайное прикосновение к нему переносит обоих в иной мир… но с неожиданной переменой ролей.
Теперь Ламберт оказывается в рабстве у Фирель. Перед эльфийкой встаёт непростой выбор: воспользоваться шансом и подчинить мага, отомстив за былые обиды, или преодолеть предубеждения и попытаться вместе найти путь домой?
В мире, где магия работает по иным законам, а вокруг таятся неведомые угрозы, героям предстоит не только выжить, но и разобраться в себе.
Судьба сводит их в «Лавке Ноктикулы» у загадочного артефакта — Эсторекта. Случайное прикосновение к нему переносит обоих в иной мир… но с неожиданной переменой ролей.
Теперь Ламберт оказывается в рабстве у Фирель. Перед эльфийкой встаёт непростой выбор: воспользоваться шансом и подчинить мага, отомстив за былые обиды, или преодолеть предубеждения и попытаться вместе найти путь домой?
В мире, где магия работает по иным законам, а вокруг таятся неведомые угрозы, героям предстоит не только выжить, но и разобраться в себе.
— Что это? — я улыбаюсь, вытирая руки о полотенце. — Еще один сюрприз?
Муж не улыбается.
— Сядь, Алиса.
— Да я сейчас, Стас, еще торт надо...
— Сядь, пожалуйста.
Его голос звучит странно. Я невольно подмечаю это, и внутри поднимается странная тревога, которую я не могу себе объяснить.
Сажусь.
Стас остается стоять.
Он смотрит мимо меня, в темное окно.
— Это соглашение о разводе.
— Что? — мой голос звучит со стороны. Это не я. Это какая-то другая женщина внутри меня произносит ломаные, рваные звуки.
— Мне нужна другая, Алиса. Я поднялся, — он делает широкий жест рукой, обводя нашу кухню, дорогую технику, хрусталь на столе. — А ты так и стоишь на месте. Посмотри на себя. ты мне больше не пара.
Не пара?
Я забрала дочь, сменила фамилию обратно на девичью и, собрав себя по кускам, снова начала жить.
А Стас нашел меня через четыре года и сказал, что это была “шоковая терапия”, а он теперь возвращается домой!
Муж не улыбается.
— Сядь, Алиса.
— Да я сейчас, Стас, еще торт надо...
— Сядь, пожалуйста.
Его голос звучит странно. Я невольно подмечаю это, и внутри поднимается странная тревога, которую я не могу себе объяснить.
Сажусь.
Стас остается стоять.
Он смотрит мимо меня, в темное окно.
— Это соглашение о разводе.
— Что? — мой голос звучит со стороны. Это не я. Это какая-то другая женщина внутри меня произносит ломаные, рваные звуки.
— Мне нужна другая, Алиса. Я поднялся, — он делает широкий жест рукой, обводя нашу кухню, дорогую технику, хрусталь на столе. — А ты так и стоишь на месте. Посмотри на себя. ты мне больше не пара.
Не пара?
Я забрала дочь, сменила фамилию обратно на девичью и, собрав себя по кускам, снова начала жить.
А Стас нашел меня через четыре года и сказал, что это была “шоковая терапия”, а он теперь возвращается домой!
– Ладно, давай заключим пари: если я выдержу месяц пребывания в твоем доме, то ты женишься на мне. Матвей, неужели ты боишься, что ты не выдержишь и снимешь свою холодную маску безразличия? – брюнетка кокетливо улыбнулась и хихикнула.
– Я ничего не боюсь, если что, – рассвирепел Холодов, он терпеть не мог, когда его считали слабаком, тем более эта молодая девица. – Я принимаю твой вызов. Никочка, думаю ты сама сбежишь от меня через неделю, и все твои мечты и желания окольцевать меня рассеются как дым, – Холодов хитро прищурился, проигрывать было не в его стиле.
– Не волнуйся, дорогой! Я все вынесу. Готовь свой паспорт к штампу, а я пока буду выбирать себе свадебное платье. Кстати, восемнадцать – это мой размер кольца, если что, – съязвила брюнетка, взяв его кружку, и сделала из нее глоток.
_________________________
Кто же выиграет в этом пари? Женится ли Холодов? Свобода или штамп в паспорте?
– Я ничего не боюсь, если что, – рассвирепел Холодов, он терпеть не мог, когда его считали слабаком, тем более эта молодая девица. – Я принимаю твой вызов. Никочка, думаю ты сама сбежишь от меня через неделю, и все твои мечты и желания окольцевать меня рассеются как дым, – Холодов хитро прищурился, проигрывать было не в его стиле.
– Не волнуйся, дорогой! Я все вынесу. Готовь свой паспорт к штампу, а я пока буду выбирать себе свадебное платье. Кстати, восемнадцать – это мой размер кольца, если что, – съязвила брюнетка, взяв его кружку, и сделала из нее глоток.
_________________________
Кто же выиграет в этом пари? Женится ли Холодов? Свобода или штамп в паспорте?
– Наташ, ты дура конченая! – визгливо заорал на неё недавний дружбан Тёма, – Ты мне нос свернула, идиотка!
– А нечего было под лифчик лезть, – огрызнулась Наташа, оправляя помятую кофточку, – Ты мне пуговицу оторвал! Где я её теперь найду?
– Под кроватью посмотри, она у тебя на соплях болталась, я не виноват, – Тёма кинулся к платяному шкафу и дёрнул ручку дверцы, всмотрелся в своё отражение в зеркале, – Ну точно шнобель свернула, дура! Ты же сама попросила! Вот ты коза, Степанова!
Лихие 90-е. Отец погиб в уличной драке, брат сидит, а мать пьёт и водит в дом мужиков. Наташа старается жить честно, но о ней всё равно говорят всякое. Потому что нельзя жить в дерьме и не запачкаться. А, может, не надо ломаться и строить из себя недотрогу, найти покровителя и стричь лавэ? Но Наташа хранит себя для "того самого". Только вот оценит ли её старания "тот самый"?
– А нечего было под лифчик лезть, – огрызнулась Наташа, оправляя помятую кофточку, – Ты мне пуговицу оторвал! Где я её теперь найду?
– Под кроватью посмотри, она у тебя на соплях болталась, я не виноват, – Тёма кинулся к платяному шкафу и дёрнул ручку дверцы, всмотрелся в своё отражение в зеркале, – Ну точно шнобель свернула, дура! Ты же сама попросила! Вот ты коза, Степанова!
Лихие 90-е. Отец погиб в уличной драке, брат сидит, а мать пьёт и водит в дом мужиков. Наташа старается жить честно, но о ней всё равно говорят всякое. Потому что нельзя жить в дерьме и не запачкаться. А, может, не надо ломаться и строить из себя недотрогу, найти покровителя и стричь лавэ? Но Наташа хранит себя для "того самого". Только вот оценит ли её старания "тот самый"?
Десять лет Людмила ждала от Ивана предложения. Десять лет терпела его мать, которая называла ее «пустоцветом». Четыре года пыталась забеременеть — и все без толку.
Когда на тесте наконец появляются две полоски, Людмила готова прыгать от счастья. Она накрывает праздничный стол, зажигает свечи и ждет мужа, чтобы сказать радостное известие. Но в тот же вечер Иван сообщает ей пренеприятнейшую новость: он уходит к другой — молодой, здоровой, которая гарантированно родит ему сына.
Людмила остается одна. С разбитым сердцем и с маленькой жизнью под грудью, в которую никто не верит — ни Иван, ни его мать, ни его новая пассия.
Казалось бы, все кончено. Но правда имеет привычку всплывать. И когда у Ивана рождается сын, а у Людмилы — девочка с его ямочкой на щечке, вопросы отпадают сами собой.
Когда на тесте наконец появляются две полоски, Людмила готова прыгать от счастья. Она накрывает праздничный стол, зажигает свечи и ждет мужа, чтобы сказать радостное известие. Но в тот же вечер Иван сообщает ей пренеприятнейшую новость: он уходит к другой — молодой, здоровой, которая гарантированно родит ему сына.
Людмила остается одна. С разбитым сердцем и с маленькой жизнью под грудью, в которую никто не верит — ни Иван, ни его мать, ни его новая пассия.
Казалось бы, все кончено. Но правда имеет привычку всплывать. И когда у Ивана рождается сын, а у Людмилы — девочка с его ямочкой на щечке, вопросы отпадают сами собой.
Выберите полку для книги