Книги по тегу «сильная героиня»: ""
— Это ключи? От нашего дома?
— Нет. От моего.
— Для кого?
— Для моей новой жены.
Он сказал это так спокойно, будто речь шла не обо мне, не о наших детях, не о двадцати годах брака.
В его мир пришла девочка двадцати лет. И он решил: я должна смириться. Терпеть. Молчать. Принимать «по традиции».
Но я сказала себе одно: я не стану терпеть позор.
Я буду бороться за детей, за право дышать и говорить, за свою жизнь без унижений.
— Нет. От моего.
— Для кого?
— Для моей новой жены.
Он сказал это так спокойно, будто речь шла не обо мне, не о наших детях, не о двадцати годах брака.
В его мир пришла девочка двадцати лет. И он решил: я должна смириться. Терпеть. Молчать. Принимать «по традиции».
Но я сказала себе одно: я не стану терпеть позор.
Я буду бороться за детей, за право дышать и говорить, за свою жизнь без унижений.
— Это кто с тобой, Арсен?
— Не твое дело, Лейла.
— Я видела фото… Ты женился?
— Смирись. Так будет.
Он привёл в мою жизнь чужую женщину и хотел, чтобы я молчала. Чтобы я сидела за одним столом с соперницей и делила мужа. Но я не вещь, и не тень.
Родня давила, свекровь кричала, дети страдали. Мне говорили: «терпи, так принято».
А я выбрала другое — бороться. За себя. За своих детей. За право не жить в унижении.
— Не твое дело, Лейла.
— Я видела фото… Ты женился?
— Смирись. Так будет.
Он привёл в мою жизнь чужую женщину и хотел, чтобы я молчала. Чтобы я сидела за одним столом с соперницей и делила мужа. Но я не вещь, и не тень.
Родня давила, свекровь кричала, дети страдали. Мне говорили: «терпи, так принято».
А я выбрала другое — бороться. За себя. За своих детей. За право не жить в унижении.
Муж Адель Смитсон исчез год назад. Говорят, море забрало его корабль. Чтобы вернуть любимого, девушка соглашается на предложение таинственных агентов старой веры.
Ведь Адель твердо решила: она не станет вдовой.
Ведь Адель твердо решила: она не станет вдовой.
За час до свадьбы мечты я узнала, что у моего жениха есть жена. И трёхлетний сын. И двойная жизнь длиною в наш роман.
Меня зовут Вероника Астахова. Я наследница ювелирной империи, и сегодня должен был стать самым счастливым днём моей жизни. Белое платье за миллион, 500 гостей, камеры федеральных каналов...
А потом ОНА вошла в мою гримёрку. С ребёнком на руках и свидетельством о браке в сумочке.
Моя лучшая подруга, пропавшая 5 лет назад. Теперь — жена моего Максима.
Знаете, что самое мерзкое в предательстве? То, что оно всегда приходит от самых близких.
Я могла устроить скандал. Могла выгнать их обоих. Могла плакать и рвать фату.
Но я — дочь своего отца. А он учил: месть — это блюдо, которое стоит подавать изысканно.
Меня зовут Вероника Астахова. Я наследница ювелирной империи, и сегодня должен был стать самым счастливым днём моей жизни. Белое платье за миллион, 500 гостей, камеры федеральных каналов...
А потом ОНА вошла в мою гримёрку. С ребёнком на руках и свидетельством о браке в сумочке.
Моя лучшая подруга, пропавшая 5 лет назад. Теперь — жена моего Максима.
Знаете, что самое мерзкое в предательстве? То, что оно всегда приходит от самых близких.
Я могла устроить скандал. Могла выгнать их обоих. Могла плакать и рвать фату.
Но я — дочь своего отца. А он учил: месть — это блюдо, которое стоит подавать изысканно.
— Пап, знакомься, это Вероника, — улыбнулся Матвей, обнимая брюнетку. — Вероника, а это мой папа.
В ушах зазвенело, а в памяти в подробностях начали всплывать безумные выходные, которые я провел прошлым летом… Жена тогда навещала больного отца, а мне было скучно.
Паника сменяется слабым проблеском надежды — может, она меня не узнала? А через час: — Думал, переспал со мной, и я вдруг растворилась в воздухе?
— Чего ты хочешь?
В ушах зазвенело, а в памяти в подробностях начали всплывать безумные выходные, которые я провел прошлым летом… Жена тогда навещала больного отца, а мне было скучно.
Паника сменяется слабым проблеском надежды — может, она меня не узнала? А через час: — Думал, переспал со мной, и я вдруг растворилась в воздухе?
— Чего ты хочешь?
— Лена! — он попытался оттолкнуть Веру, но та лишь вцепилась в него еще сильнее. — Ты не должна была этого видеть!
— А что именно? — мой голос был ровным и холодным. — Как мой муж изменяет с моей лучшей подругой? Или как плохо он это скрывает?
Я перевела взгляд на Веру. Она пыталась прикрыться простыней, но ее глаза выдавали страх.
— Верочка. "Сантехник Леша" оказался с сюрпризами. И не только с кулоном.
Ее лицо побелело.
— Убирайся отсюда! — зарычал Дмитрий. — Ты все портишь!
— Я порчу? — я сделала шаг вперед. — Мне выйти и зайти позже?
— Когда я на тебе женился, ты хоть выглядела прилично! — его голос дрожал от злости. — А сейчас? Посмотри на себя! Жировые складки, целлюлит, растяжки! Ты думаешь, кому-то нужна такая? Я годами заставлял себя прикасаться к тебе! Это была пытка!
Я слушала и смотрела на него. На этого человека, которого когда-то любила.
— Терпел? — я улыбнулась. — А кто говорил ты и так красивая?
— А что именно? — мой голос был ровным и холодным. — Как мой муж изменяет с моей лучшей подругой? Или как плохо он это скрывает?
Я перевела взгляд на Веру. Она пыталась прикрыться простыней, но ее глаза выдавали страх.
— Верочка. "Сантехник Леша" оказался с сюрпризами. И не только с кулоном.
Ее лицо побелело.
— Убирайся отсюда! — зарычал Дмитрий. — Ты все портишь!
— Я порчу? — я сделала шаг вперед. — Мне выйти и зайти позже?
— Когда я на тебе женился, ты хоть выглядела прилично! — его голос дрожал от злости. — А сейчас? Посмотри на себя! Жировые складки, целлюлит, растяжки! Ты думаешь, кому-то нужна такая? Я годами заставлял себя прикасаться к тебе! Это была пытка!
Я слушала и смотрела на него. На этого человека, которого когда-то любила.
— Терпел? — я улыбнулась. — А кто говорил ты и так красивая?
— Итак, истец настаивает на разделе имущества, а также на определении места жительства несовершеннолетнего сына супругов и ограничении прав матери.
— Что?.. Что ты делаешь? Марк! — вскрикиваю я.
— Сядьте, ответчица, иначе я вас удалю из зала суда.
— Но послушайте, это какая-то ошибка!
Страх за сына сковывает тело.
— Я люблю Сашу, и он хочет жить со мной… за что ты так?
Муж переводит на меня полный презрения взгляд:
— Нищей уйдешь. И сына больше никогда не увидишь, — выплевывает он, отвернувшись.
Он… Он это сказал? И все слышали, но спокойно сидят?
А секретарь приглашает очередного свидетеля со стороны моего мужа. Марк ухмыляется и поворачивается в мою сторону. Я непонимающе смотрю на него, а затем перевожу взгляд на дверь.
В зал входит моя лучшая подруга — Кристина…
Та, которая поддерживала меня, успокаивала и говорила, что, может быть, всё ещё наладится… Кристина и есть его любовница?
— Что?.. Что ты делаешь? Марк! — вскрикиваю я.
— Сядьте, ответчица, иначе я вас удалю из зала суда.
— Но послушайте, это какая-то ошибка!
Страх за сына сковывает тело.
— Я люблю Сашу, и он хочет жить со мной… за что ты так?
Муж переводит на меня полный презрения взгляд:
— Нищей уйдешь. И сына больше никогда не увидишь, — выплевывает он, отвернувшись.
Он… Он это сказал? И все слышали, но спокойно сидят?
А секретарь приглашает очередного свидетеля со стороны моего мужа. Марк ухмыляется и поворачивается в мою сторону. Я непонимающе смотрю на него, а затем перевожу взгляд на дверь.
В зал входит моя лучшая подруга — Кристина…
Та, которая поддерживала меня, успокаивала и говорила, что, может быть, всё ещё наладится… Кристина и есть его любовница?
– Я… я очень рада за тебя, Варя, – голос подруги дрожал, но звучал неожиданно громко в зале, наполненном замершими людьми. – Ты сегодня вышла замуж за такого замечательного мужчину.
Она продолжала, медленно, с каким-то странным нажимом:
– Ведь я, как никто, знаю, какой он на самом деле.
Я нахмурилась, а в груди неприятно кольнуло. Я перевела взгляд на Максима и вдруг заметила – он напрягся.
Она словно почувствовав, что привлекла внимание, подняла подбородок и шагнула ближе.
– Варя, – сказала она твёрдо, и теперь её голос звучал иначе – я понимаю, что ты счастлива. Но всё это время, пока ты строила планы, верила ему, любила его, он не хранил тебе верность. – Она чуть улыбнулась, но в этой улыбке не было радости. – Он был и с тобой, и со мной. Не веришь? Посмотри сама.
Настя раскрыла конверт и высыпала фотографии прямо на скатерть перед нами.
Я опустила взгляд и тут же почувствовала, как по коже пробежал холод.
На снимках были они. Максим и Настя.
Она продолжала, медленно, с каким-то странным нажимом:
– Ведь я, как никто, знаю, какой он на самом деле.
Я нахмурилась, а в груди неприятно кольнуло. Я перевела взгляд на Максима и вдруг заметила – он напрягся.
Она словно почувствовав, что привлекла внимание, подняла подбородок и шагнула ближе.
– Варя, – сказала она твёрдо, и теперь её голос звучал иначе – я понимаю, что ты счастлива. Но всё это время, пока ты строила планы, верила ему, любила его, он не хранил тебе верность. – Она чуть улыбнулась, но в этой улыбке не было радости. – Он был и с тобой, и со мной. Не веришь? Посмотри сама.
Настя раскрыла конверт и высыпала фотографии прямо на скатерть перед нами.
Я опустила взгляд и тут же почувствовала, как по коже пробежал холод.
На снимках были они. Максим и Настя.
— Она будет жить с нами.
— Что ты сказал?
— Надеюсь, мы с тобой сможем поладить. Ведь нам придется делить этот дом, — заявляет деваха. — Мы с Сашей хотели бы детишек. А ты уже опытная в этом вопросе. Сможешь меня подготовить?
— Попробуй только вякнуть. Тогда у тебя будут большие проблемы.
— Ты мне угрожаешь?
— Можешь называть это как хочешь. Но Вика будет жить в моем доме. Нравится тебе это или нет.
***
Муж пришел с ультиматумом: любовница будет жить с нами, и я должна принять новые правила.
На мой отказ он пообещал уничтожить меня. Что ж, он недооценивает ту, с кем прожил столько лет. Я не позволю ему оставить меня ни с чем. Если он хочет войны, он ее получит.
Предатель еще не догадывается, какие тайны я узнаю на пути к справедливости.
— Что ты сказал?
— Надеюсь, мы с тобой сможем поладить. Ведь нам придется делить этот дом, — заявляет деваха. — Мы с Сашей хотели бы детишек. А ты уже опытная в этом вопросе. Сможешь меня подготовить?
— Попробуй только вякнуть. Тогда у тебя будут большие проблемы.
— Ты мне угрожаешь?
— Можешь называть это как хочешь. Но Вика будет жить в моем доме. Нравится тебе это или нет.
***
Муж пришел с ультиматумом: любовница будет жить с нами, и я должна принять новые правила.
На мой отказ он пообещал уничтожить меня. Что ж, он недооценивает ту, с кем прожил столько лет. Я не позволю ему оставить меня ни с чем. Если он хочет войны, он ее получит.
Предатель еще не догадывается, какие тайны я узнаю на пути к справедливости.
Я икона семейного счастья. У меня идеальный муж, двое детей, дом — полная чаша, блог на два миллиона подписчиков. Каждый день я учу женщин строить гармоничные отношения, но…
– А где сам Глеб? – выхватываю вопрос из потока сообщений. – Он утром улетел в командировку в Сочи. Важная встреча с партнёрами. Но обещал вернуться к ужину.
"Интересно рассказываешь про мужа в командировке. А ничего, что он сейчас в казино с эскортницей?" К сообщению прикреплено видео, на котором мой муж страстно целует другую.
Пятьсот тысяч человек в прямом эфире наблюдает, как рушится моя идеальная жизнь. Наблюдает за предательством, которое невозможно удалить.
⚡️Основано на реальных событиях из жизни инфлюенсеров.
💔Роман о цене любви в эпоху социальных сетей.
– А где сам Глеб? – выхватываю вопрос из потока сообщений. – Он утром улетел в командировку в Сочи. Важная встреча с партнёрами. Но обещал вернуться к ужину.
"Интересно рассказываешь про мужа в командировке. А ничего, что он сейчас в казино с эскортницей?" К сообщению прикреплено видео, на котором мой муж страстно целует другую.
Пятьсот тысяч человек в прямом эфире наблюдает, как рушится моя идеальная жизнь. Наблюдает за предательством, которое невозможно удалить.
⚡️Основано на реальных событиях из жизни инфлюенсеров.
💔Роман о цене любви в эпоху социальных сетей.
Выберите полку для книги