Подборка книг по тегу: "страсть"
Париж, 1920-е год. За шелестом шёлка и блеском витрин здесь прячутся двери, которые открываются лишь однажды.
Лилиан Дюваль, портниха с руками, творящими чудеса, никогда не думала, что окажется по ту сторону этих дверей. Но приглашение на закрытый бал в масках — и встреча с Ним — меняют всё.
Мужчина в чёрной маске знает о ней больше, чем должен. Его голос звучит, как обещание. Его прикосновения — как вызов.
С этого вечера Лили оказывается втянута в опасную игру, где соблазн и власть сплетаются в один узор.
И однажды ей придётся решить: остаться в своей мастерской… или шагнуть туда, где нет правил.
Лилиан Дюваль, портниха с руками, творящими чудеса, никогда не думала, что окажется по ту сторону этих дверей. Но приглашение на закрытый бал в масках — и встреча с Ним — меняют всё.
Мужчина в чёрной маске знает о ней больше, чем должен. Его голос звучит, как обещание. Его прикосновения — как вызов.
С этого вечера Лили оказывается втянута в опасную игру, где соблазн и власть сплетаются в один узор.
И однажды ей придётся решить: остаться в своей мастерской… или шагнуть туда, где нет правил.
Подарок коллег оказался горячее, чем я только могла представить. Ожидала поход в спа, а получила двух роскошных брюнетов на приватной вилле.
"Тропический Рай" — это не про релакс массаж. Это про двойную дозу страсти, грязные шепоты и взрывное наслаждение, где тело клиента становится центром вселенной. Сомнения растают после первого прикосновения, после второго вы забудете собственное имя.
"Тропический Рай" — это не про релакс массаж. Это про двойную дозу страсти, грязные шепоты и взрывное наслаждение, где тело клиента становится центром вселенной. Сомнения растают после первого прикосновения, после второго вы забудете собственное имя.
Я должна его ненавидеть. Презирать. Все хотела начать с чистого листа, но не смогла, он сломал меня. Медленно и страшно. Заставил вернуться к прошлой жизни, только она была еще страшнее чем раньше. Стоял и смотрел мне прямо в глаза. Не красавец, ни качок, как я любила. Обычный. Жилистый, худой. Но мой. Во всяком случае, я так считала, хотя знала, что это не так.
- Что ты мне скажешь?
Голос хриплый. Сводящий с ума. Эта сумасшедшая дрожь доводит меня до исступления. Я чувствую, что это конец.
- Что я не хочу уходить!
Тарас усмехается, а я не могу понять. У него хоть что-то есть? Когда был со мной, столько страсти, огня было. Неужели просто так? Неужели ничего не было?
- Так надо, Ева! У тебя своя жизнь, у меня своя!
Я делаю шаг к нему. Мне не нужна эта жизнь без него, и он об этом прекрасно знает.
- Прости! Я остаюсь с ней!
Удар под дых. Ножом. До боли. Сводит скулы, хочется кричать. Я люблю его, люблю.
- Что ты мне скажешь?
Голос хриплый. Сводящий с ума. Эта сумасшедшая дрожь доводит меня до исступления. Я чувствую, что это конец.
- Что я не хочу уходить!
Тарас усмехается, а я не могу понять. У него хоть что-то есть? Когда был со мной, столько страсти, огня было. Неужели просто так? Неужели ничего не было?
- Так надо, Ева! У тебя своя жизнь, у меня своя!
Я делаю шаг к нему. Мне не нужна эта жизнь без него, и он об этом прекрасно знает.
- Прости! Я остаюсь с ней!
Удар под дых. Ножом. До боли. Сводит скулы, хочется кричать. Я люблю его, люблю.
Когда-то я выбрала не Михаила, пожертвовала своей карьерой и вышла замуж за его весёлого и харизматичного брата-альпиниста. Последний трагически погиб, и я осталась одна у разбитого корыта. Оказалось, что покойный муж успел проиграть в карты всё наше имущество и нагрести долгов. Я по уши в отчаянии и страхе, ведь мне угрожают, и помочь может только Михаил. Но плата за его покровительство слишком высокая…
- Я решу твои проблемы, Алиса, - хриплый голос пробегает мурашками по коже.
Я, повинуясь инстинктам, провожу пальцами по горлу, словно на нем затягивают удавку.
- Но…?
- Но? – усмехается. – Ты переезжаешь ко мне.
- Как же Марина?
- Марина – моя проблема, и тебя волновать не должна. Вот, - подает связку ключей, - от моей рабочей студии в центре.
Пауза. Слышу лишь громкий стук своего сердца.
- Решай, Алиса.
- Я решу твои проблемы, Алиса, - хриплый голос пробегает мурашками по коже.
Я, повинуясь инстинктам, провожу пальцами по горлу, словно на нем затягивают удавку.
- Но…?
- Но? – усмехается. – Ты переезжаешь ко мне.
- Как же Марина?
- Марина – моя проблема, и тебя волновать не должна. Вот, - подает связку ключей, - от моей рабочей студии в центре.
Пауза. Слышу лишь громкий стук своего сердца.
- Решай, Алиса.
30 лет. Жизнь – говно. Работа, жена, друзья – все в прошлом. Единственный выход? Глотнуть пилюлю "второй молодости" и вернуться в студенчество.
Общага, бесконечные тёлки и ощущение, что весь мир у ног. Кажется, мечта сбылась? Фиг там! Прошлое мстит, тело бунтует, а за экспериментом следят тени из будущего.
Общага, бесконечные тёлки и ощущение, что весь мир у ног. Кажется, мечта сбылась? Фиг там! Прошлое мстит, тело бунтует, а за экспериментом следят тени из будущего.
В мире, раздираемом вечной зимой и всепоглощающим огнём, её выбор определит всё.
Фаша, в чьих жилах течёт сила ветров, оказывается на пороге рокового предназначения. Её замок — крепость тайн, её сердце — поле битвы. Два мужчины, две стихии, два искушения:
Дариус: Лёд, который обещает вечную безопасность, но скрывает обжигающую страсть.
Лиор: Огонь, который сулит свободу и риск, но может сжечь дотла.
В замке, полном призраков прошлого и магии, Фаша должна раскрыть древние тайны, сразиться с силами, жаждущими её энергии, и сделать выбор, который спасёт мир... или уничтожит его.
Фаша, в чьих жилах течёт сила ветров, оказывается на пороге рокового предназначения. Её замок — крепость тайн, её сердце — поле битвы. Два мужчины, две стихии, два искушения:
Дариус: Лёд, который обещает вечную безопасность, но скрывает обжигающую страсть.
Лиор: Огонь, который сулит свободу и риск, но может сжечь дотла.
В замке, полном призраков прошлого и магии, Фаша должна раскрыть древние тайны, сразиться с силами, жаждущими её энергии, и сделать выбор, который спасёт мир... или уничтожит его.
— Раньше... раньше я не знала, чего хочу. Жила как положено, делала что нужно. — Голос звучал хрипло. — А теперь хочу узнать, какой могу быть на самом деле.
— И какой же? — Его голос стал совсем тихим.
Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. В темных глазах читался вызов.
— Твоей, — выдохнула я.
Его рука на моем бедре замерла, пальцы сжались так крепко, что стало почти больно.
— Черт... — прошептал он, и в его голосе послышалось что-то первобытное. — Ты не представляешь, о чем просишь, принцесса. Я не буду с тобой нежничать.
— А я не хочу, чтобы ты нежничал, — ответила я, встречаясь с его взглядом.
— Уверена? — Он изучал мое лицо, ища признаки сомнений.
Вместо ответа я накрыла его руку своей и медленно потянула выше, под край платья. До кружевной резинки чулок.
Рома замер. Его глаза потемнели так, что стали почти черными.
— Боже, — прошептал он. — Какая же ты горячая...
— И какой же? — Его голос стал совсем тихим.
Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. В темных глазах читался вызов.
— Твоей, — выдохнула я.
Его рука на моем бедре замерла, пальцы сжались так крепко, что стало почти больно.
— Черт... — прошептал он, и в его голосе послышалось что-то первобытное. — Ты не представляешь, о чем просишь, принцесса. Я не буду с тобой нежничать.
— А я не хочу, чтобы ты нежничал, — ответила я, встречаясь с его взглядом.
— Уверена? — Он изучал мое лицо, ища признаки сомнений.
Вместо ответа я накрыла его руку своей и медленно потянула выше, под край платья. До кружевной резинки чулок.
Рома замер. Его глаза потемнели так, что стали почти черными.
— Боже, — прошептал он. — Какая же ты горячая...
Тусить с сыном шейха круто, рожать от него детей, тоже не плохо. Так сделала моя сестра, родив Юльку от Адама. Беда, когда война идет меж братьев за трон. Война, где не бывает пленных, лишь рычаги для давления. Я тот самый рычаг, который нужно похитить, увести силой из страны и использовать. Ага счас!!! А по зубам не дать? А по самые ... не хотите горячие восточные красавцы? Будет вам игра в Го на правовых основаниях! И все остальное тоже будет, мой шейх Карим Али Юсуф. Перестаньте стонать! Я же вижу, вам хорошо…
– Тебе страшно?
– Нет, - неуверенно ответила и взглянула на Марка, - то есть немного.
– Немного это хорошо, - хитро улыбнулся друг моего отца и открыл передо мной дверь своего логова. - Но не переживай, я не сделаю тебе больно. Ну, разве что совсем чуть-чуть.
Жених изменил прямо на свадьбе. Не долго думая, я взяла и сбежала.
Куда глаза глядят.
Но далеко убежать не получилось – ливень и лужи сделали свое дело.
Я поскользнулась и упала прямо в руки мужчины, в которого когда-то была влюблена.
Теперь он везет меня, мокрую от слез и дождя, к себе в пентхаус, и мне почему-то кажется, что дело не ограничится только горячим чаем.
– Нет, - неуверенно ответила и взглянула на Марка, - то есть немного.
– Немного это хорошо, - хитро улыбнулся друг моего отца и открыл передо мной дверь своего логова. - Но не переживай, я не сделаю тебе больно. Ну, разве что совсем чуть-чуть.
Жених изменил прямо на свадьбе. Не долго думая, я взяла и сбежала.
Куда глаза глядят.
Но далеко убежать не получилось – ливень и лужи сделали свое дело.
Я поскользнулась и упала прямо в руки мужчины, в которого когда-то была влюблена.
Теперь он везет меня, мокрую от слез и дождя, к себе в пентхаус, и мне почему-то кажется, что дело не ограничится только горячим чаем.
«Её глаза встретились с его взглядом сквозь дымку ароматов готовящегося блюда… и сердце замерло.»
Молодая официантка Анна влюбляется в талантливого, но женатого шеф-повара Дмитрия. Их страсть бурлит среди запаха специй и шума кухни, обещая мгновение счастья ценой чужой боли.
Эта книга — о рискованной любви, трудных выборах и поиске истинного счастья вопреки всему. Увлекательная драма, оставляющая отпечаток в душе каждого читателя.
Молодая официантка Анна влюбляется в талантливого, но женатого шеф-повара Дмитрия. Их страсть бурлит среди запаха специй и шума кухни, обещая мгновение счастья ценой чужой боли.
Эта книга — о рискованной любви, трудных выборах и поиске истинного счастья вопреки всему. Увлекательная драма, оставляющая отпечаток в душе каждого читателя.
Выберите полку для книги