Подборка книг по тегу: "литмоб_снежные_каникулы"
Сбежала с вечеринки, застукав жениха с бывшей... Машина решила отдать концы на ночной горной дороге, в самый паршивый момент моей жизни. Вот такой у меня Новый год. Я почти замерзла в снегу, не надеясь на спасение. Но тут на помощь мне пришел ангел. Который потом попросил вернуть должок за мое спасение.
- Я тебя спас, теперь твоя очередь спасать меня, - твердо заявляет мажор, притягивая меня к себе за талию.
Согласие мое не требуется. Требовательные губы закрывают мой рот, и пискнуть не успеваю. Вот наглец!
- Я тебя спас, теперь твоя очередь спасать меня, - твердо заявляет мажор, притягивая меня к себе за талию.
Согласие мое не требуется. Требовательные губы закрывают мой рот, и пискнуть не успеваю. Вот наглец!
Мажор ворвался в мой дом вместе со снежной бурей – холодный, наглый и уверенный, что я прислуга.
Я хочу выгнать его, но Дед Мороз утверждает, что мы – идеальная пара.
Всего неделя. Один дом. И парень, от взгляда которого по коже идет ток.
Он бесит меня. Провоцирует. Нарушает границы…
А тело предает меня каждый раз, когда он оказывается рядом.
– Не смей подходить ко мне так близко, понял?
– Мне не нужно твоё разрешение, – почти шепчет он, касаясь моего лица.
По коже искры и толпы мурашек. Я отворачиваюсь, но сердце стучит слишком громко. И он это слышит. Точно слышит.
– Ты всё равно будешь моей.
– Ни за что! – хочу крикнуть это ему в лицо, но голос предательски дрожит.
Я хочу выгнать его, но Дед Мороз утверждает, что мы – идеальная пара.
Всего неделя. Один дом. И парень, от взгляда которого по коже идет ток.
Он бесит меня. Провоцирует. Нарушает границы…
А тело предает меня каждый раз, когда он оказывается рядом.
– Не смей подходить ко мне так близко, понял?
– Мне не нужно твоё разрешение, – почти шепчет он, касаясь моего лица.
По коже искры и толпы мурашек. Я отворачиваюсь, но сердце стучит слишком громко. И он это слышит. Точно слышит.
– Ты всё равно будешь моей.
– Ни за что! – хочу крикнуть это ему в лицо, но голос предательски дрожит.
Аннотация
- Зачем, Варя?— спрашивает Паша, смотрят на меня глазами, полными разочарования и боли. - Это был твой план? Растоптать меня? Или для тебя новая тысяча просмотров и лайков, намного важнее, чем всё то, что появилось между нами?!- его голос повышается до предельной высоты, и Бондарев, натянув спортивные штаны, хватает футболку, что висела на кресле, и, кинув на меня просто уничтожающий взгляд, обувается и выходит из спальни, а вскоре я слышу, как хлопает дверь в дом.
Догнать и объяснить?
« Уезжай по-хорошему» — прилетает СМС от него.
Но это уже не важно, я для него предатель. А оправдываться я никого не буду...
***
Нас ждёт увлекательная зимняя история ❄️😈красавчик мажор, который решил доказать отцу, что он что-то может и острая на язычок героиня😏
Их встречи всегда случайны, а эмоции каждый раз на грани 🔥
Вот только что же будет, когда он узнает чья она дочь? А его бизнес окажется под угрозой...
- Зачем, Варя?— спрашивает Паша, смотрят на меня глазами, полными разочарования и боли. - Это был твой план? Растоптать меня? Или для тебя новая тысяча просмотров и лайков, намного важнее, чем всё то, что появилось между нами?!- его голос повышается до предельной высоты, и Бондарев, натянув спортивные штаны, хватает футболку, что висела на кресле, и, кинув на меня просто уничтожающий взгляд, обувается и выходит из спальни, а вскоре я слышу, как хлопает дверь в дом.
Догнать и объяснить?
« Уезжай по-хорошему» — прилетает СМС от него.
Но это уже не важно, я для него предатель. А оправдываться я никого не буду...
***
Нас ждёт увлекательная зимняя история ❄️😈красавчик мажор, который решил доказать отцу, что он что-то может и острая на язычок героиня😏
Их встречи всегда случайны, а эмоции каждый раз на грани 🔥
Вот только что же будет, когда он узнает чья она дочь? А его бизнес окажется под угрозой...
Я и так боялась ехать в Шерегеш, а тут ещё подруга со своими “Судьбу встретишь, счастлива будешь”. Нервы – оголённые провода. Так что, когда я сбиваю мажора на снегоходе, то у меня есть оправдание! Я случайно, и вообще нечего ходить в лесу и внезапно появляться из-за дерева.
А потом… Мы сталкиваемся снова и снова. И от нас двоих искрит ещё хлеще.
***
Медленно разжимаю пальцы, зачем-то касаюсь её подбородка и давлю на него, заставляя поднять голову и посмотреть мне в глаза.
– Как ты это делаешь? – сам не понимаю, что именно хочу спросить этим вопросом.
Она нервно проводит языком по нижней губе, бегая своими серыми глазами от одного моего зрачка к другому, но почему-то не пытается отойти. Вообще, не шевелится.
– О чём ты? – тихо бросает.
Скольжу пальцем от подбородка вниз по шее, вдоль синей венки, под которой бьётся пульс, меняю траекторию, уводя палец влево, и замираю, только когда встречаю препятствие в виде лямки купальника. Ярко-красного. Как знак “СТОП”.
А потом… Мы сталкиваемся снова и снова. И от нас двоих искрит ещё хлеще.
***
Медленно разжимаю пальцы, зачем-то касаюсь её подбородка и давлю на него, заставляя поднять голову и посмотреть мне в глаза.
– Как ты это делаешь? – сам не понимаю, что именно хочу спросить этим вопросом.
Она нервно проводит языком по нижней губе, бегая своими серыми глазами от одного моего зрачка к другому, но почему-то не пытается отойти. Вообще, не шевелится.
– О чём ты? – тихо бросает.
Скольжу пальцем от подбородка вниз по шее, вдоль синей венки, под которой бьётся пульс, меняю траекторию, уводя палец влево, и замираю, только когда встречаю препятствие в виде лямки купальника. Ярко-красного. Как знак “СТОП”.
Меня бросили. Мой бывший сказал, что я слишком скучная, предсказуемая, как таблица умножения. А потом привёз на горнолыжный курорт, куда меня притащили подруги, свою новую игрушку и унизил меня ещё раз, на глазах у сотни людей.
Я хотела провалиться сквозь землю, но вместо этого решила отомстить. И для этого мне нужен он...
Кирилл Соколовский, ледяной король Шерегеша, мастер соблазнения, которого все боятся и все хотят. Говорят, после недели с ним любая девушка становится богиней, перед которой не устоит ни один мужчина.
Но никто не предупредил меня о цене...
Я хотела провалиться сквозь землю, но вместо этого решила отомстить. И для этого мне нужен он...
Кирилл Соколовский, ледяной король Шерегеша, мастер соблазнения, которого все боятся и все хотят. Говорят, после недели с ним любая девушка становится богиней, перед которой не устоит ни один мужчина.
Но никто не предупредил меня о цене...
Горнолыжная база, роскошный коттедж, три недели вынужденной близости - и никуда не сбежать.
Между ненавистью и желанием - один шаг.
Между запретом и страстью - одно касание.
Между «никогда» и «еще раз» - одна ночь, которая изменит все.
Иногда самый крутой спуск - это падение в объятия того, кого нельзя хотеть.
- Ты же понимаешь, что это неправильно? - его голос сорвался на шепот, горячее дыхание обожгло мою шею.
- Понимаю, - я запрокинула голову, чувствуя, как его руки сжимают мою талию.
- Мы не можем...
- Не можем... - подтвердила я.
- Мы пожалеем об этом, - прошептал он, сводя с ума каждым прикосновением.
- Пожалеем, - выдохнула я, притягивая его ближе. - Утром.
Его смех был низким, хриплым и безумно возбуждающим.
- Тогда давай не будем спать до утра.
Между ненавистью и желанием - один шаг.
Между запретом и страстью - одно касание.
Между «никогда» и «еще раз» - одна ночь, которая изменит все.
Иногда самый крутой спуск - это падение в объятия того, кого нельзя хотеть.
- Ты же понимаешь, что это неправильно? - его голос сорвался на шепот, горячее дыхание обожгло мою шею.
- Понимаю, - я запрокинула голову, чувствуя, как его руки сжимают мою талию.
- Мы не можем...
- Не можем... - подтвердила я.
- Мы пожалеем об этом, - прошептал он, сводя с ума каждым прикосновением.
- Пожалеем, - выдохнула я, притягивая его ближе. - Утром.
Его смех был низким, хриплым и безумно возбуждающим.
- Тогда давай не будем спать до утра.
Наклоняюсь. Расстояние между нашими лицами сокращается до пары сантиметров. Она замирает, прижимаясь спиной к твёрдой поверхности. Глаза широко распахнуты. В них — паника и… что-то ещё. То самое, что я уже сегодня видел.
— Давай проверим, — говорю я, — лжёшь ты или нет.
Поднимаю руку. Ксюша замирает, почти не дыша. Я не касаюсь её. Просто провожу большим пальцем по воздуху в миллиметре от её рта.
— Губы дрожат, — констатирую я. — От злости? Или от того, что я так близко?
Она пытается что-то сказать, но только сглатывает. Я продолжаю вести пальцем вдоль линии её челюсти к шее. Останавливаюсь там, где под тонкой кожей бешено бьётся пульс — так часто, что я почти ощущаю его вибрацию. Наконец я её касаюсь — легко, едва ощутимо.
— А здесь… — говорю я, глядя прямо в её глаза. — Здесь просто ад. Это от ненависти, Ксюша? — Она молчит, но рваное дыхание выдаёт её с головой. — Если у тебя есть парень, то почему ты потекла от меня, стоило до тебя дотронуться?
— Давай проверим, — говорю я, — лжёшь ты или нет.
Поднимаю руку. Ксюша замирает, почти не дыша. Я не касаюсь её. Просто провожу большим пальцем по воздуху в миллиметре от её рта.
— Губы дрожат, — констатирую я. — От злости? Или от того, что я так близко?
Она пытается что-то сказать, но только сглатывает. Я продолжаю вести пальцем вдоль линии её челюсти к шее. Останавливаюсь там, где под тонкой кожей бешено бьётся пульс — так часто, что я почти ощущаю его вибрацию. Наконец я её касаюсь — легко, едва ощутимо.
— А здесь… — говорю я, глядя прямо в её глаза. — Здесь просто ад. Это от ненависти, Ксюша? — Она молчит, но рваное дыхание выдаёт её с головой. — Если у тебя есть парень, то почему ты потекла от меня, стоило до тебя дотронуться?
Выберите полку для книги
Подборка книг по тегу: литмоб_снежные_каникулы